— Так у нас ведь еще остались патроны пять-пятьдесят-шесть, да? Возьми из козел шесть вармит-винтовок и две коробки патрон пять-пятьдесят-шесть и неси их бойцам!
— Вармит-винтовки? — переспросила кобылка, будто не расслышала сказанное.
— Именно! Либо можете Отродий дерьмом закидывать! Давай шевелись, пока я тебе надбавку за риск не урезала! — рявкнула Чарити, толкнув кобылку к коробкам с патронами, и делая тем временем заметку на планшете, который она левитировала перед собой, карандашом, который она держала в зубах.
Вдруг грянул громкий взрыв и планшет, мгновение назад паривший в воздухе, выгнулся вперед и полетел прямо в лицо кобылки. От удара она перекусила пополам карандаш и упала на землю спиной, держа свой кровоточащий нос и сжимая глаза от невыносимой боли.
Когда она открыла их, на месте ящиков с патронами и амуницией была воронка, покрытая щепками, а от кобылки, которая побежала к ним, осталась лишь кровавое месиво в паре метров от эпицентра взрыва. Остальные жеребята, которые пришли за припасами, побежали кто куда и исчезли в дыму.
Чарити всю трясло от вида тлеющей воронки. Всё её тело покалывало, будто через неё проходил разряд тока. Позади неё лицом вниз лежал планшет, из которого торчал большой кусок дымящейся шрапнели. Когда шок немного утих, она почувствовала, что её немного ранило шальными осколками, и эти раны медленно кровоточили, пока она пыталась выдавить из себя слова.
— Глупая… глупая… — сказала она дрожащим голосом и указала на кровавые ошметки. — За смерть полагается штраф, дура! Ты…
Она села на землю, голова поникла, а из глаз потекли слезы, стекая по окровавленным щекам. Во рту был привкус меди.
Всё рушилось. Оборона. Её дело. Её дом. Её будущие. Она была умной. Она была осторожной. Она заботилась о своих подчинённых: вкладывала инвестиции в город, хотела разнообразить ассортимент за счёт расширения сферы влияния. Через пять лет она бы стала единственным акционером искателей. Через десять она бы открыла собственную сеть оружейных магазинов, где жители пустошей могли бы покупать оружие, еду, лекарства, и отдыхать в безопасности!
— Да мне был пророчен чёртов успех! — крикнула она, а затем закашлялась и подавилась кровью.
И тут она упала лицом в грязь, когда ее оттолкнул жеребец и начал сметать припасы к себе в переметные сумки.
— Эй! Ты чего это, блядь, такое тво… — начала было она кричать, но жеребец лягнул её в лицо, и она упала на пол. Пока она лежала на боку, держась за голову, грабитель убежал, но он не был последним. Всё больше пони прибегало поживится тем, что осталось в магазине, а затем были таковы.
— Фто фы делаифе? — спрашивала Чарити дрожащим голосом, пока взрослые забирали все, что можно, лишь для того, чтобы её снова и снова пихали. Она достала свой мелкокалиберный пистолет, но до того, как она смогла выстрелить, её опять ударили по голове, а затем кто-то уволок и его.
— Фтой… я фдесь глафная… — слабо пробормотала она, повернувшись к стене. Но стена выглядела так, словно её больше никто и не обороняет. Дым в воздухе позволял различить лишь пару десятков жеребят, которые стреляли из всего, из чего было возможно, собирали патроны с павших и бегали друг к другу на помощь.
— О, Селестия, — прохрипела подбежавшая к ней зеленовато-голубая пегаска-гуль. — Так не пойдет. Я должна позвать королевскую стражу. Избиение кобылок! Да у них вообще есть стыд?
Харпика достала выцветший носовой платок и начала вытирать мордочку Чарити.
— Вот так, ага. Как только мы приведем тебя в порядок, нам надо будет встретиться с господином Вэнити. Он хороший пони, и проследит, чтобы твои родители обо всем узнали.
Чарити посмотрела на неё блестящими от слез глазами. Затем сжала зубы, подавляя желание ударить бедную сбитую столку пегаску-гуля. Позади пегаски, она видела, как пони бегут через мост к Ядру — единственному месту, которое могло предоставить защиту. Чарити опустила голову.
— Фам нуфно отвести фаших ферепят ф горы, Мисс Хафпика. Покафыте им фодоханелифе. Я уфеена, им это понрафится.
— Ох, я не могу, дорогая. Тебе нужна помощь, — сказала она в то время, как её затянутые дымкой глаза был обращены к наступающим Отродьям. — Знаешь, мне кажется, что эти господа задумали что-то нехорошее. Кто-то должен сказать им, что они ведут себя неприлично.
— Пофалуйста, Мисс Хафпика. Идите. Уфеена, фто страфа скоро пидет. Клянуфь, вашим феребятам понрафится маенькое путефествие к озеру, пофле того, как они фтоль долго сидели фзаперти, — сказала Чарити с натянутой улыбкой.