Юля кивает.
- Я позвонил ей сразу, взяв телефон Марата, потому что мой был разряжен. У нее как раз пациент не смог прийти, поэтому она согласилась взять меня. И фактически я поехал сразу к ней. Зовут ее Ольга Серебрякова. Как оказалось, довольно известный специалист. В общем, я пробыл вместо запланированных полутора часов у нее четыре часа. Ей даже пришлось отменить следующие встречи. Я просто вывалил на нее весь поток событий, информации и своих чувств. Как ни странно, она просто слушала, а мне стало легче. Она не осуждала меня за мой поступок, не осуждала моих действий, чувств. Просто слушала. В конце сеанса, она мне сказала, что ей нужно еще во многом разобраться, но первое, что нужно мне сделать, это отпустить тебя. Я противился даже этой мысли, но она сказала, что чем сильнее я на тебя напираю, тем больше ты будешь сопротивляться. И я послушал ее, невзирая на то, что мне было очень сложно. И, если быть честным, очень больно.
- Поэтому ты мне не отвечал так долго…
- На самом деле я не должен был тебе совсем отвечать, но не смог. Ольга посоветовала не общаться какое-то время, чтобы разобраться в себе. Поэтому я свёл общение к минимуму.
- Тебе она смогла помочь? – интересуется Юля.
- И да, и нет. Периодами она меня раздражала. Иногда, я ловил «инсайды» после ее сеансов. Где-то она задавала вопросы, на которые я не знал ответа, потому что даже не думал об этом. Так или иначе, ей удалось убедить меня в необходимости того, чтобы прекратить общение с тобой, таким образом дать себе и тебе время разобраться в себе.
- Только ты явился, как король, заявив, что я твоя. Что-то не очень-то тебя мое мнение интересовало,- говорит Юля строго, но я вижу, что глазами улыбается.
- Я не сказал, что я идеальный пациент, - отвечаю, смеясь, прижимая Юлю к себе, - мне не нужно было время, чтобы разбираться в своих чувствах. Я тебя люблю, Юля. Это правда. Никогда я не чувствовал ничего подобного. Мне кажется, Ольга это очень быстро поняла и поверила, между прочим быстрее, чем ты. Поэтому лишь направляла мой дурной характер, чтобы меня «исправить».
- Стас! – перебивает Юля.
- М?
- Не нужно мне, чтобы тебя «исправляли»!- эмоционально говорит Юля, и добавляет тише, - ты мне нужен таким, какой ты есть на самом деле. Я видела твою самую тёмную сторону, и даже она меня не страшит.
Я облегченно вздыхаю, потому что очень боялся ее реакции. Беру ее ладошки в руки и целую их.
- Юль, я понял, что измениться не в силах во многом. Я ревную тебя только от одной мысли, что кто-то на тебя посмотрел, не говоря о том, что если хоть кто-то к тебе прикоснется. Это выше меня. Но я пытаюсь это контролировать, не срываться. Я властный, если мое, то значит только мое. Принадлежит только мне, и я готов убить любого, кто решит отобрать. Я крушил кабинет Ольги два раза просто от одной фразы, что ты можешь с кем-то встречаться здесь – в Америке. Наверное, моих недостатков больше, чем достоинств. Но я стараюсь. Для тебя и для себя, для нашего общего будущего. Я даже принял тот факт, что ты свободна. Попытался принять. Я наладил отношения с родителями настолько, насколько это возможно. Я на многие вещи, ситуации взглянул под другим углом. Я еще больше виню себя за наше общее прошлое, корю за то, что не слушал сердце, а был поглощён желанием отомстить. Но я принял даже это. У меня есть темная сторона, с которой я буду бороться, наверное, еще долго. Но мне повезло, я встретил тебя: чистую и прекрасную! Своего ангела, который направляет меня. Ты меня исцелила, сама того не ведая.
Я умолкаю, даю время переварить Юле сказанное.
- Значит, Ольга разрешила тебе ко мне приехать, посчитав, что мы оба готовы? - спрашивает с интересом Юля.
- Не совсем. Она сказала, что я бы мог тебе позвонить, поговорить.
- А ты вместо этого сел на самолёт и прилетел ко мне?
- Я уже говорил, что не идеальный пациент! – утыкаясь носом в ее волосы,- мне кажется, я был уже на грани, что сорвался бы к тебе в любом случае. Ольга, хоть и хороший специалист, но она не я, не понимает, какой огонь горит внутри меня без тебя.
- Я рада, что ты приехал, - улыбается Юля той самой улыбкой, которая может свести с ума любого мужчину.
Ямочки, ох эти ямочки на щечках порабощают меня!
Как оказалось, почему-то делиться своими сеансами с Юлей было легко. О посещении мной психолога знал только Марат, и то лишь потому, что был инициатором этой затеи. С ним не разговаривали ни разу об этой теме больше. Марат по факту даже не знал, хожу ли я на сеансы. Никто не знал.