— Поучительная история, — засмеялся Чарлз. — Интересно, как человеческие предрассудки оборачиваются против их же приверженцев.
Он свернул к воротам особняка Бердамов.
— Значит, теперь это место католикам не принадлежит?
— Они сдают его в аренду и на эти деньги построили церковь Святого Антония, очень красивую и большую, и две католические школы. Старый Том арендует верхнюю часть холма без всякой надежды купить эту землю — надумай церковники этот холм продать, ему бы отказали в первую очередь.
— Вы знаете о моем доме гораздо больше, чем я!
Глядя на внушительный дорический портик, Китти подумала, как удачно старый Том выбрал место для своего дома в надежде, что его заполнит многочисленное потомство. Но у бедняги родились лишь сын и дочь, причем оба, как считал Том, получились не слишком удачными. Дочь, совершенно отвязная девица, сбежала с каким-то никчемным красавчиком, едва ей исполнилось восемнадцать, и вцепилась в него, как репей. Сын, который был на несколько лет старше дочери, исчез в неизвестном направлении, когда его сестра, мать Джека Терлоу, только начинала ходить. Сын был от первого брака Тома, а девочку родила ему Ханна.
Так что этот чудовищный особняк в стиле викторианской готики с огромными окнами и покатой крышей так и не стал семейным гнездом. Он возвышался на плоской вершине Католического холма, отвернувшись от широкой плодородной долины, где расположилась Корунда, и глядя на север, где тянулась красноватая горная цепь и раскинулись бескрайние леса, окружавшие Сидней.
«Какая красота, — думала Китти. — Затянутые голубоватой дымкой дали, шум лесов, похожий на вздох гигантских легких, беспечно журчащие ручьи, багровые скалы, словно истекающие кровью. Все словно нарисовано художником».
— Жаль, что я не поэт, — сказала она, захваченная этим пейзажем. — Теперь я понимаю, почему вы пригласили меня так рано. На закате все это выглядит совершенно фантастически.
— Прямо дух захватывает, — умиротворенно произнес Чарлз. — Кажется, я осел здесь уже навсегда.
Внутри особняк выглядел еще более викторианским, что вряд ли могло порадовать любую хозяйку дома.
— Этот дом надо как следует распотрошить, — заметил Чарлз, проведя Китти в комнату, из которой он сделал некое подобие гостиной, хотя мебель была старой и неудобной, а туалет, как подозревала Китти, находился на заднем дворе. Насчет последнего Чарлз ее быстро успокоил.
— Здесь не было канализации, и прежде чем переехать, я установил самый современный септик и оборудовал туалеты и ванные комнаты. Из Сан-Франциско сюда плывет обогреватель, работающий на мазуте, а если он не справится, придется заказать еще один — я заметил, что в Австралии нет центрального отопления, а зимы здесь, видимо, холодные.
Сев чуть поодаль от Китти, чтобы видеть ее всю, он пригубил виски с содовой, и его глаза приобрели тот же золотистый оттенок.
— Я не собираюсь докучать вам своими планами на будущее, но надеюсь, когда мы поженимся, вы, в отличие от старушки Ханны, сумеете сделать из этого места по-настоящему уютный дом. Насколько я знаю, она мне не бабушка, и я буду вам весьма признателен, если вы расскажете мне о моей семье.
Китти улыбнулась, продемонстрировав свои ямочки.
— Вам нужна хорошая мебель, сэр, — сказала она, устраиваясь в кресле. — Что касается Тома с Ханной, то здесь говорят, что Бердамам вообще не везет с семейными гнездами. Но это скорее легенда, часть мифа, который о них создали. Все дело в рубинах. Двадцать семь лет назад их нашел здесь Тридби, который решил, что теперь весь мир у его ног. Название нашего города происходит от корунда, минерала, разновидностью которого являются рубины и сапфиры. Здешние рубины очень высокого качества — цвета голубиной крови, некоторые звездчатые и практически все без посторонних включений. Но вы, вероятно, и без меня это знаете.
— Пожалуйста, продолжайте, — попросил он, наливая ей херес. — Мне нравится звук вашего голоса, и к тому же вы умная женщина, что встречается не так уж часто. Впереди у нас целый вечер, который мы можем занять только беседой.
— Женщины не глупее мужчин, но их приучили думать, что ум для них — большой недостаток, поэтому они стараются его не демонстрировать. Но наш отец считал иначе. А вот мама пыталась придерживаться традиций, правда, без особого успеха.