Было любопытство, а желания познакомиться, скорее не было.
Что я ему скажу? Совершенно постороннему для меня дядьке, которому я все это время была не интересна?
- Привет, я - Марина - твоя дочь.
Стремно как-то. Я отказалась.
И больше мы о нем не вспоминали, вплоть до моих семнадцати, а точнее окончания первого полугодия одиннадцатого класса.
Надеялись, что справимся сами со всеми трудностями, и все у меня получится…
В том, что я - целеустремленная, не сомневался никто, а вот, что "семи пядей во лбу", или очень фартовая, тот еще вопрос. Алгебра, с ее началом анализа еще куда не шло...а вот геометрия,чтоб ее…не давалась мне, ну никак. Я зубрила геометрию. Именно зубрила наизусть, могла рассказать теоремы, как стихотворение. Но ни фига не получалось применить их на практике, хотя я очень старалась. Ходила к репетитору, и с ним решала бесконечные задачи и упражнения…но все было тщетно, как только я оставалась одна…один на один с заданием. Без помощи гуггла, наступал полный швах... Как говорила мама, нет у нас пространственного представления, это наследственное. Тройка. По математике я даже не дотягивала по пробникам ЕГЭ до четверки, а этого было ничтожно мало для поступления. И времени оставалось в обрез.
Проходной балл в универ был высокий, а желаемого результата, к сожалению, достичь никак не получалось…И я безрадостно констатировала, что моя заветная цель, казавшаяся такой близкой становилось все более призрачной... А мечта, ей же не запретишь закрасться в душу… как же хотелось вырваться из серого, унылого городка, выучиться...И работать по призванию, а не специалистом околовсяческих наук.
На семейном совете, нашей маленькой ячейки общества, было принято решение: приложить все возможные и невозможные усилия для исполнения мечты. Уточнили стоимость обучения на платной основе. В моем представлении, сумма была астрономической, сопоставимой с приобретением квартиры в этом же городе. И даже продав все…нашу двушку-брежневку, машину…и став бомжами…денег на весь срок обучения не хватало…а ведь еще нужно на что-то жить и желательно не впроголодь. Эх…это все лирика...но и на платном - проходной балл был высокий, и снова я пролетаю… из-за треклятой математики.
Но упорно тружусь, стремлюсь и надеюсь…
Когда стало понятно, что мои планы становятся все более зыбкими и я приуныла, мама сообщила, что связалась с моим отцом, списавшись через соц.сети, и они мило побеседовали, без взаимных претензий. Она рассказала ему о моих бедах и чаяниях, и вежливо предложила принять участие в жизни повзрослевшей дочери, пока не стало совсем поздно. Отец же, не просто согласился, а изъявил охотную готовность оказать поддержку, при этом выказав ярое желание познакомиться со мной.
Для меня было полной неожиданностью, что мама сможет обуздав свое самолюбие и гордость, решиться попросить помощи. Я была не просто в шоке. Я была - В ШОКЕ, качая головой в отрицании.
Но мама была непреклонна, сдержанно сообщила, что отец приезжает завтра. Встреча на нейтральной территории, в кафе.
- Да, Марина, я тоже волнуюсь. Я не видела его восемнадцать лет. Поверь, сама не знаю, что говорить и как себя вести
На следующий день, это была суббота, мы собирались на встречу с ним. Не сговариваясь, оделись почти одинаково: пуховики, джинсы, угги. Решили, что не будем специально стараться произвести впечатление. Все должно быть, естественно…нужно попробовать свести неловкую для всех ситуацию с запоздалым знакомством, к дружеской встрече давно не видевшихся приятелей…Пробовать и стараться мне не хотелось совсем
Припарковав машину к назначенному времени на подземной стоянке торгового центра, напряженной походкой мы направились в кафе.
Знания об отце в моей голове были ограниченными – Дмитрий Игоревич, сорока шести лет, бизнес которого связан с пространным словом "энергетика".
Очень хотелось, чтобы фотография в мессенджере, которую я нарыла, соответствовала реальности, и он не оказался потным, лысым и толстым, с неприятным запахом изо рта...почему-то это было очень важно, свежее дыхание.
Честно сказать, мне было страшно…сердце трепыхалось…Мама тоже нервничала, но шла стремительной походкой, бросив мне на ходу:
- В конце – концов, мы ничего не теряем. Посидим, послушаем, что скажет. Надеюсь, что он не превратился в жадного рыжего жмота, - шумно вздохнула, покачав головой. - Если уж, не получится, будем думать о поступлении в другом городе. В конце концов, не сошелся на этом универе свет клином! Прорвемся!