— Я видел... двоих мужчин. Они сражались... с чем-то. Или друг с другом. Или... с невидимым врагом. Потом... их кожа позеленела. Они хватали воздух... и умерли. Сразу.
— На них была форма? Такая же, как у нас?
Коул не опускал ствола, глаза прищурены, пальцы на спусковом крючке. Василий трясущимися руками схватился за бронежилет майора, сравнивая камуфляж.
— Да... да, в такой же. Старик закашлялся. — Их было только двое...
Тьерри перехватил взгляд Коула — он не верит.
— Если я останусь здесь, эти твари рано или поздно найдут меня. — Василий вытер пот со лба. — Я помогу вам. Я знаю каждый переулок в этом районе.
Коул резко кивнул, хватая старика за предплечье и поднимая на ноги.
— Держитесь сзади. Один неверный шаг — и вы окажетесь на линии огня. Вы уверены, что их было только двое? Среди них не было женщины?
— Совершенно уверен. Старик замотал головой. — Вы — первые живые люди за...
Рев. Нечеловеческий. Где-то за окном.
— О Боже! Они идут! — его глаза вылезли из орбит.
— Отставить панику, дед.
Ярек уже вскинул дробовик, щелкает затвором. — Сейчас Ович разметает этих Фредди Крюгеров, мать их.
— Они на стенах! — крикнул Шэймус, отскакивая от окна.
Стекло разлетелось в дребезги. Врывается оно.
Оранжевое. Приземистое. Морда — сваренные в ухмылку металлические пластины, глаза — две красные щели.
Когти. Длинные, как мачете, торчат из запястий. Василий вопит, падает на спину, когти вонзаются в пол в сантиметре от его горла.
Выстрел. Голова мутанта разлетается в кровавое месиво. Труп падает вниз, проламывая крышу ржавого "Трабанта".
— Их больше, — Ярек подошел к оконному проему, дробовик уперся в плечо. Твари Ползут. Цепляются когтями за кирпич.
— Ебись оно конем...
Выстрел. Дробь срывает кусок плеча у одного, но оно не останавливается. Не чувствует.
— Головы! Цельтесь в головы! — орет Коул, разворачиваясь к двери. Мутанты лезут в окна.
— В коридор! Перегруппировка! — Коул тащит Василия, Тьерри бросает дымовую.
Ярек перезаряжает, дрожь в пальцах. Не страх. Ярость.
— Ну давайте, уроды...
Он ждет первую голову в прицеле. Спальня. Окна разбиты. Темнота снаружи дышит.
Ярек щёлкает затвором дробовика, досылая патрон в патронник.
— Так, хлопцы, там еще куча этих тварей. Сваливаем, пока не стало поздно.
Антон прижимает раненую руку к груди, втягивает воздух через зубы:
— Сколько их?
— Насчитал пятерых.
ТРЕСК!
Стекло в соседней комнате разлетается вдребезги. Василий дрожащими руки сжимает нож.
— Они внутри. — Шёпот почти беззвучный. — Увидели мой сигнал... Идут за вами.
Скрип! Царапины по дереву. Дверь вздрагивает — острые, кривые когти протыкают её насквозь, как горячий нож масло. Шэймус не ждёт.
Пистолет вскинут — три выстрела вслепую, через дверь слышны крики боли.
Дверь влетает внутрь, разлетаясь щепками.
Ещё один гибрид вваливается в комнату — коренастый, кривозубый, с кожей, как мокрая резина.
— Проклятие! — Шэймус отпрыгивает, перезаряжая. — Сегодня точно не мой день.
Ярек смеётся:
— Напоминает засаду в Кашмире...
Коул отстреливается, не оборачиваясь:
— Индийцы были приятнее. И пахли лучше.
Василий ныряет к шкафу, выдёргивает "коктейль Молотова", чиркает зажигалкой. Бутылка летит, разбивается прямо в морду твари. Визг. Пламя вспыхивает, облизывает уродливую кожу.
"Крюгер" мечется, бьётся о стены, но через секунду — атака Шэймуса.
Шесть выстрелов в спину. Пули разрывают позвоночник. Тварь рычит, падает и ломает стол возле окна. Огонь ползёт по занавескам. Дым. Жар.
Коул кричит:
— Отряд, отступаем!
Едва они выскочили на лестничную площадку, как через окон в квартиру ворвались твари. Двое "крюгеров" - и нечто новое. Существо с грязно-желтой кожей, покрытой черными венами. Четыре змееподобных отростка извивались на его голове, а там, где должна быть нижняя челюсть, зиял ряд острых как у пираний зубов. Оно напоминало безумного арлекина из кошмаров.
Тьерри бросился к двери, захлопнув ее как раз в тот момент, когда костяные лезвия, выдвинувшиеся из запястий монстра, вонзились в дерево в сантиметре от его лица. "Лом! Дайте лом!" - закричал он. Шеймус подсунул ему металлический прут, и Тьерри запер дверь.
За дверью раздался яростный рев. Когти снова пронзили дерево, но дверь держалась. "Это их ненадолго задержит," - прошептал Тьерри, - "Но минут десять у нас есть."