— У вас кто отчетами занимается? Товарищ Коробейников? Вот вы ему, пожалуйста, напомните! Времечко-то идет, а отчета все нету! Думаю, уж самого Александра Дмитриевича тревожить не стану, он человек занятой… Сам загляну да напомню, чай не барин! Да и недалеко тут…
— Не, не Коробейников… — секретарша — девчонка лет двадцати в строгом темном платье — вдруг густо покраснела. — Евлампий Сергеевич у нас на других отчетах сидит… А санитарным… Санитарный отчет мне поручили… И я… вот… Товарищ Петров! Если вам срочно, так я прямо сейчас…
— Да нет, нет, не срочно, что вы! — доктор замахал руками. — К началу нового года успеете?
— Да, конечно же! — смущенно улыбнулась девушка.
Как, наверное, все работники наркоматов, она изо всех сил изображала из себя важную солидную даму — и одеждой, и прической — волосы на затылке в пучок. Вот только выражение лица оставалось совершенно детским, да и глаза блестели совсем не по-взрослому. Впрочем, в те времена взрослели быстро — тому же Яше Блюмкину, до сих пор возглавлявшему иностранный отдел ВЧК, не было еще и двадцати. В той, прежней, истории Яков Григорьевич уже год, как подался бы в бега после убийства германского посланника Мирбаха и провала мятежа левых эсеров. Но! Убийство и мятеж Иван Павлович все же предотвратил! Не один, с помощью друзей-чекистов. Удалось, чего там! Чем невольно спас и Блюмкина… и левых эсеров.
А не они ли стоят за всеми наездами на доктора и его идеи? Хм… вряд ли, тогда бы действовали куда как наглее. Скорее, используют связи с Блюмкиным, как прикрытие. Хотя… и с эсерами, с тем же Яшей, разбираться все равно придется! Рано или поздно.
— Так я сделаю, сделаю! Спасибо, что вы…
— А? А-а! Да не спешите… Я просто, чтоб не забыли. Вас, кстати, как зовут?
— Надя… Ой! Надежда Михайловна!
Если точнее — Надежда Михайловна Слойкина. Двадцать лет, комсомолка, не замужем. Работает на своем месте уже около полугода, сменив прежнего секретаря.
О-о! Хитрый Иван Палыч прекрасно знал, кто должен делать санитарный отчет!
— Наденька… у меня вот тут бублики… случайно… Может, чаю попьем? А то, признаться, с морозца…
— Ага… Сейчас, я чайник… А я вас помню! Вы совсем недавно про товарища Коробейникова спрашивали!
Доктор развел руками:
— Ну, вот! Про Коробейникова спрашивал, а про отчет напомнить забыл! У самого голова дырявая, чего уж там.
Уже за чаем доктор осторожно выпросил по соседа, Коклюшкина… Мол, заселился в комнату от Наркомпрода.
— Верно, вы, Наденька, ему направление и оформляли…
— Как-как вы сказали? Коклюшкин? — сделав глоток, секретарша смешно наморщила носик. — Что-то я такого товарища не помню… Фамилия такая, что запомнила бы… А! Верно, это по нему из ЧеКа звонили! Я слышала, как Александр Дмитриевич по телефону разговаривал. Та какой-то маневренный фонд…
— Как, кстати, бублики?
— Вкусные! Спасибо. А про отчет я не забуду, не сомневайтесь!
— Да я, собственно, и не…
Бублики Петров купил в той самой булочной, у Машеньки, через которую держал связь с Ивановым. Маша передала, что Валдис хотел бы встретиться сегодня, в шесть часов вечера, в бильярдной, что неподалеку от Большой Лубянки.
Справедливо рассудив, что разговор может затянуться, Иван Павлович решил после бильярдной отправился сразу домой, а потому, оставив «Минерву» в гараже, взял извозчика:
— Любезный, гони на Сретенку!
И, когда лихач подогнал лошадей, негромко добавил:
— Хотя, нет… Давай-ка к Большой Лубянке!
— Как скажешь, дорогой товарищ! За ваши деньги домчим.
В бильярдной уже набралось достаточно много народу: страховые агенты, студенты ВХУТЕМАСа, газетчики из Дома Народов, театральные актеры. С недавних пор местечко считалось богемным, правда, вот пиво, в виду плачевной ситуации с зерном, нынче бывало с перебоями. Так что заказали чай из сушеного кипрея. Очень даже ароматный!
— Так что вот, — усевшись за столиком в уголку, негромко начал чекист. — Все, что ты просил, я сделал. Завтра же сам нарком Александр Дмитриевич Цюрупа объявит в своем наркомате чистку! К кому присмотреться — ему сказано. Блюмкина, кстати, услали в Петроград, на конгресс милицейских работников. Как представителя. Если не забыл, шеф-то у нас с милицией общий. Так что, посмотрим, как твой Коробейников завертится, к кому за помощью побежит!
— Коробейников-то завертится…
— Да! Насчет остальных… — Валдис хитровато улыбнулся. — По поводу синего авто… Ну, ты говорил. Я справился в ЦУМТе…
— Где-где? — вскинул брови доктор.
— В Центральном управлении местного транспорта! Ну, где регистрируют и выдают номера…
— Черт! — Иван Павлович запоздало ахнул. — Номер-то я и не запомнил. Точнее, не разглядел.