— Я все сделаю, господин, — уныло ответил купец.
— Законник, заходи! Мы договорились.
Флавий Виктор прошел мимо Франка в приемной и сел за стол. Мальчишке было жутко весело. Он прислушивался к тому, что происходило за дверью, и то и дело прыскал в кулак. Почему-то сопляка, выросшего в Субуре, такой малостью было не пронять.
— Итак, почтенные, — с каменным лицом произнес адвокат. — Вы пришли к соглашению? Какую сделку я должен зарегистрировать?
— Новый заём, — ухмыльнулся Берт. — На пятьдесят четыре солида, шесть силикв и шестьдесят нуммиев. Лихва — десятая часть. Сроку — год.
— Вы подтверждаете это, почтенный Септимий Корв? — спросил Флавий Виктор, и тот обреченно кивнул. — Хорошо, тогда я приглашаю свидетелей. Залог по займу будет?
— Нет!
— Да! — Берт перебил открывшего было рот купца. — Его зять поручится за него. Он совершенно случайно пришел сюда со всеми документами на склад.
— К-как зять? — это все, что Септимий Корв смог из себя выдавить.
— Придется обождать, почтенные, — сказал Виктор. — Можете посидеть в приемной. Я подготовлю документы. Имя залогодателя?
Люди вышли из кабинета, а Флавий Виктор бросился к кувшину и налил полный кубок. Ему срочно нужно унять дрожь в пальцах. Таблицы давно готовы. Они с Марком отработали эту сделку в мельчайших деталях. Теперь дело за малым. Несколько печатей на воске, и на бесчестного купца ляжет долг, который он не отдаст никогда…
— А ведь я превратился в законченного негодяя, — сказал сам себе Флавий Виктор. — Я по уши влез в самую грязную грязь. Ну а с другой стороны… Я был честен два года и жил в нищете. Теперь я делаю ужасные вещи вместе с плохими людьми, но дети сыты, а жена почитает меня, как раньше. Да я за один ее взгляд разорю десять таких Корвов. Нет, Марк, ты пришел в мою жизнь не просто так. Сам бог послал тебя. Будет грехом отвергать его дары.
Он выпил кубок в два глотка, а потом распахнул дверь.
— Прошу, почтенные! Квартус, приведи владельца залога и свидетелей…
Неприметная попина у Номентанских ворот шумела веселым гулом. Здесь пьянствовали грузчики, мастеровые и рабы, у которых завелась в кармане лишняя медь. Фальшиво хохотали шлюхи, довольно взвизгивая, когда подгулявшие гости хватали их за всякое. Здесь было удобно. Каменные своды образовывали ниши, из которых не доносилось ни звука. Липкая жара, исходящая от потных тел, плотный шум и запахи дешевой еды били по всем чувствам сразу, но Марк терпел. Это лучшее место для встреч. Тут никому ни до кого нет дела, а вопросы задавать не принято.
— Долю принес, старший, — Берт положил на стол небольшой мешочек. — Десять меняле, три твои и три законника. Мне — четыре. Все как договаривались.
— Когда склад получим, твоя третья часть, — поднял кубок Марк. — Хочешь стать уважаемым горожанином, Берт?
— На купчихе женюсь, — оскалился тот и развел руки в стороны. — Найду бабу вот с такой задницей и заделаю ей полдюжины толстых детей. Налоги буду платить, как последний дурак. Разве не об этом Атаульф мечтал?
— Это который Атаульф? — не понял Марк. — Рекс готов? Первый муж августы Плацидии?
— Он самый, — кивнул Берт. — Я его хорошо помню, он Алариха брат. Я же из воинов-федератов по роду. Когда римляне наши семьи резать начали (4), отец к готам перешел. А я от войска отстал, да так и прижился здесь. Рекс Атаульф хотел, чтобы готы и римляне одним народом стали. Чтобы нас признали равными. И чтобы германская знать стала римской знатью. Мы бы тогда воевали за вас.
— Вот как? — задумался Марк. — Не знал. Умный был человек. Царствие ему небесное. Только императоры на это ни за что не пойдут. Даже если им небо на голову упадет. А оно скоро упадет.
— Нехорошие вести есть из Заречья, старший, — наклонился вперед Берт. — Народ злобится. Хлеб дорогой. Скоро опять на форум пойдут. Горячие головы хотят склады Гальбы громить. В город такая мразь тянется, что даже мне не по себе. Беглые рабы, дезертиры, бывшие гладиаторы. Жди крови и пожаров.
— Сколько у нас времени?
— Немного, — покачал головой Берт. — Несколько дней, не больше. Лиходеи из болот помалу подходят. Идут по одному, чтобы стража не схватила. Ночью рекой плывут. Они сейчас в развалинах прячутся. С клеймом на плече людишек видел. Эти самые лютые. Им кровь, что водица. Даже Циклоп пришел. Не слышал? Он совсем тронутый. Нет, чтобы просто ограбить, мучает людей. На куски режет.
— Понял тебя.
Марк нахмурился. Он ждал чего-то подобного. Обещанные префектом Петронием Максимом корабли из Александрии задерживались…