Мне было совершенно неинтересно, но приходилось отступать под напором обстоятельств.
"Держись! - сказал я сам себе. - Ничего не поделаешь! Вспомни героев-пионеров, и их подвиги! Им приходилось ещё хуже! Или нет? Ладно, хрен с ними..."
Я уже знал - в ближайшее время на меня выльют ушат грязи. Но что я мог изменить? Отказаться значило прервать наши отношения. А я собирался продержаться до весны. И только тогда послать её к чёрту на жаркое.
- Ты правда хочешь узнать? - её голос показался мне в настоящую минуту каким-то особенно громким.
- Безусловно! Ты же моя девушка!
Я ударил себя в грудь как бы хорохорясь.
- Ну, тогда ладно, расскажу. А то я было подумала, что тебе на меня наплевать!
Анастасия в очередной раз метнула в мою сторону испытующий взгляд.
- Да что ты! - браво ответил я на него. - Ни в коем случае!
- Да. Теперь вижу. Смотри, не разочаровывай меня!
Мы прошли ещё шагов тридцать-пятьдесят, и я решил помолчать, видя, что Анастасия собирается с мыслями. Она осторожно переступала стройными ногами, старательно обходя места, на которых можно было поскользнуться. Хотя, я крепко держал её.
- Так вот, - произнесла, наконец, девушка. - Проблемы опять с племянником.
- А -а -а, как всегда...
- Это да. Но сейчас всё намного хуже.
- И что с ним стряслось? Стащил что-нибудь?
- Нет, связался с какой-то паршивой компанией.
Я качнул головой, предлагая тем самым продолжать рассказ. Пятиэтажки вокруг нас светились тёплыми окнами, и таскаться кругами в данную пору пусть и в обнимку лично мне не хотелось категорически.
- А теперь он ещё и проиграл им деньги. Много денег. И они требуют отдать их. Понимаешь?
Я естественно всё прекрасно понимал. Но пытался выпутаться:
- Да. Нехорошая история.
- Да уж. Видишь, какие у нас проблемы? Вот сестра сейчас и бьётся в истерике.
- Ну а что, ей неоткуда деньги взять?
- В том-то и дело что нет!
Я и не ожидал услышать другого ответа.
Анастасия тем временем, впилась в меня страшным взглядом. Напряжение в нём смешивалось с немым укором и презрением. Мне стало жутко. Но вида я не показал, поминутно вспоминая подвиги героев-пионеров, и продолжил уклоняться от вымогательства:
- Ну а занять у кого-нибудь?
- У кого? - иронически-брезгливо фыркнула девушка.
- Да сейчас возможностей уйма. Можно даже в банке взять в виде кредита.
Моё изобретательное предложение явно пришлось ей не по вкусу. Совсем не такого ответа она ждала! Совсем не такого!
- Ну нет! На сестре и так "висят" уже два кредита. Третий ей не дадут. Да и брать уже некуда!
- А на что же она брала те кредиты?
- Один на покупку нового мобильника. Знаешь, какой у неё классный телефон?
- А другой? Второй?
- А на другой она отдыхать ездила. В Египет. В прошлом году.
- Сколько же она брала? - удивился я.
- Сколько? Да много! Ещё год расплачиваться!
Настя вновь поднесла сигарету к губам, и глубоко затянувшись, добавила:
- Понимаешь, почему теперь ей больше нельзя брать кредитов?
- Да. Похоже на то, - отозвался я, размышляя совсем о другом.
"Ничего себе сестричка!" - сама собой нарисовалась у меня в голове мысль.
- Ну так что? - вопросительно проговорила моя неутомимая спутница.
- Чего - что? Думаю...
Мы дошли до конца улицы, и повернули назад. Дальше показалась дорога, и через неё идти мне не хотелось. Да и разговор к тому же возник пренеприятнейший. Я только и мечтал о том, чтобы его прекратить.
- Слушай, Настя, ну наверно племянник - то проиграл не такую уж и большую сумму...
- Сорок тысяч! - мгновенно назвала она цифру.
- Сорок тысяч? - подивился я. - Да такие суммы даже картёжник-Пушкин за картами не спускал!
- Вот видишь? - развела руками девушка, отстраняясь от меня.
Красный огонёк на кончике её сигареты прочертил огненную полосу в воздухе.
- И теперь их неоткуда взять... - она затянулась вновь, выдыхая дым.
"Сорок тысяч! - с отчаянием думал я. - Нет уж девочка! Такой суммы тебе от меня не дождаться. Ты конечно стройна, и вообще мне нравишься, но таких денег явно не стоишь. Ты уж извиняй..."
- Да. Дело сложное, - произнёс я. - И я к сожалению тебе с этим помочь не могу.
Анастасия дёрнулась при данных словах всем телом. Будто её ударило током.
- Не мо - же - шь? - по слогам переспросила она.
Взгляд её начал наполняться яростью. Губы сложились в струнку, и пальцы на руке сжимались и разжимались, демонстрируя нервозность и не оправдавшиеся надежды.