- Спасибо, племяш! - перед самым взором Вала, промаргивающегося от боли и забившей глаза пыли, объявилось лицо сэра Лестера.
"Наверняка, у меня сейчас такая же рыжая от грязи морда и усы…" - некстати подумалось сержанту.
- Ох, дядька, не был бы ты моим комбатом, сказал бы я тебе…
Неизвестно, какую ещё дерзость от облегчения в бешено колотящемся сердце Вал высказал бы рыцарю, пользуясь редкой возможностью побыть наедине. Но в это время в уже очистившемся небе промелькнула тень. Сначала показалась исцарапанная каска, съехавшая на глаза, а следом в окопчик словно большой рыжий барсук скатился тощий гоблин-связист. Скрутившись калачиком в дальнем углу, он тут же своими больше похожими на крохотные кинжалы зубами ловко зачистил изоляцию с провода, что тащился за ним. Не мешкая накинул медные петельки на клеммы и с привычным визгом крутанул ручку полевого телефона. На грязную его физиономию выплыла такая улыбка, что тут даже и не требовалось доклада:
- Есть связь, товарищ комбат!
Связь, это в условиях маневренной войны если не всё, то чертовски важно. Потому рыцарь кивнул, а потом зачем-то пошарил в нагрудном кармане.
- Добре. А ну-ка, парень, вызови мне миномётчиков… - а сам с такой разлитой на породистой физиономии досадой перебирал насмерть раздавленную пачку "Примы", что руки сержанта и связиста почти синхронно полезли за своим табачком.
У их дворянских благородий лапки всегда загребущие, это я вам верно говорю - сэр рыцарь с абсолютно невозмутимым лицом угостился из обеих рук. Правда, племяшовский "Казбек" мудро заложил за ухо, а сам весело зачадил гоблинским "Дукатом". Все трое весело хохотнули, а затем комбат обмахнул извлечённым из-за пазухи носовичком окуляры бинокля. И нахально дымя на манер маленького гномьего паровоза, опять полез на бруствер.
На попытку сержанта сдёрнуть его за ногу вниз перед носом того объявился внушительный кулак. В другое время племянник мог бы посвоевольничать, не давая рыцарю уж сильно рисковать своей жизнью, но - война есть война. Да и четыре дядькины звёздочки на погонах весили куда больше, чем три сержантские лычки на плечах Вала - хоть эти и выслужены были честно, без послаблений и оглядки на древность рода…
Неизвестно, что там сэр рыцарь высмотрел, но обратно он съехал одновременно весёлый и странно задумчивый. Правда, Валу было не до разгадывания эдаких ребусов. Пользуясь тем, что эльфский пулемётчик на время затих - то ли менял перегретый ствол своего машинен-гана, то ли попросту экономил патроны - он тут же набросил на макушку каску и занял своё место стрелка.
Просветлённая оптика "штурмгана" приблизила мешанину света и теней в ущелье, где наверняка и водичка имелась - откуда ж тогда там зелень? Сержант настойчиво и деловито осматривал самим же собой намеченные сектора, пытаясь засечь единственный оставшийся у остроухих пулемёт. Надо дожимать гадов - а он, паразит, не даст. Не переть же в лобовую под очереди…
Три года война улыбалась то одним, то другим. Поначалу союз эльфов и гномов почти взял было верх над легионами Тёмного Повелителя, сплошь состоящими из людей и гоблинов - надеюсь, не надо объяснять, на что способны эльфийские рэйнджеры или лучшие в мире танки из гномьего железа? Да и в воздухе противопоставить драконам, традиционно поддерживающим остроухих, было попросту нечего.
Да, поначалу кровью умылись крепенько - вон, у сэра Лестера на войне погибли оба сына. А единственная дочь подорвалась вместе со своей подлодкой, таки успевшей на прощание всадить пару торпед в брюхо тяжёлому крейсеру "Король Эарендил"… так что, кроме племянника, у рыцаря родни и не осталось.
Но потом, когда удалось пожечь бутылками с горючей смесью непробиваемые, покрытые митриловой бронёй гномьи танки, а Тёмный Повелитель невесть какими путями таки сумел заключить союз с горгульями и горными грифонами да кое-как выравнять положение в воздухе, чаша весов постепенно склонилась в нашу пользу. И вот, теперь уже людские и гоблинские армии пришли к самым опушкам Вечного Леса. Где-то там, на севере, окружение уже завершено - лишь целительскую рощу их темнейшество лично повелел щадить.
А здесь эльфы отчаянно пытались восстановить контроль над нефтяными полями - без топлива и, соответственно, гномьих танков их положение оказывалось попросту безнадёжным. День-два, запасы вычерпают - и войне попросту конец. И как говаривал дядька, ухмыляясь в поседевшие усы, "настанет мир, и вот помянешь мои слова - всем станут заправлять бабы"…
- Миномётная батарея на связи! - так внезапно завопил притихший и что-то бубнящий в трубку гоблин, что Вал едва не сбился с осмотра - найти затаившегося в камнях и тощем кустарнике эльфийского пулемётчика это задачка отнюдь не тривиальная.
Краем уха сержант прислушивался к передающему координаты комбату, а сам с нехорошим интересом присматривался к лежащему вроде бы не на своём месте валуну. И в это время сэр рыцарь бросил в трубку короткое "ждите!" и дёрнул его за ногу.
- У нас там вроде несколько пленных эльфов есть? Приведи кого поцелее, - по правде говоря, Вал так и не понял - зачем командиру остроухий. Но заученно козырнул и ужиком, ужиком пополз в тыл, старательно вжимаясь телом в малейшие углубления каменистой почвы.
Честно говоря, ему и самому не улыбалось бросаться в атаку под кинжальные очереди пулемёта, и дядькина идея попросту забросать попавших в мешок парашютистов тяжёлыми минами понравилась куда больше. Но, приказ есть приказ…
И вот он уже притащил в окопчик тощего, грязного и злого как королевская кобра эльфа, которого так оглушило взрывом гранаты, что повязали остроухого живым и тёпленьким.
Бесцеремонно сграбастав худощавого и смазливого даже в таком виде пленного за шкирку, комбат несколькими жестами показал и объяснил тому безнадёжную позицию сотоварищей, а затем стащил обратно в окоп.
- А теперь слушай меня очень, очень внимательно, пидор остроухий, - комбат прокашлялся от набившейся в горло пыли.
- Войну вы проиграли - ну максимум день-два ещё кровушки нашей попьёте, но всё равно вам звиздец. И здесь, как видишь, тоже не вырваться вашим головорезам, - он проникновенно заглянул в потемневшие зелёные глаза. - Но я не стану гнать своих хлопцев в атаку, чтоб додавить этих змеёнышей в ущелье - у меня на проводе ждёт команды батарея тяжёлых миномётов. Соображаешь?
Породистое и гордое даже в таком виде лицо эльфа ничуть не изменилось. Он чуть привстал, опираясь об осыпающуюся стенку окопчика связанными спереди руками, ещё раз мельком осмотрел позицию вокруг, и нехотя кивнул.
- Это понятно, homo, - еле слышно прошелестел его севший голос.
- Так вот, - устало продолжил комбат. - Я не хочу лишней крови - даже с вашей стороны. Война окончена.
Он выдернул из ножен трофейный тесак добротной гномьей стали. И глядя эльфу в глаза, перерезал стягивающие того путы.
- Иди и передай своим - если через четверть часа я не приму от вашего командира сдачу в плен, то на ваши дурные остроухие головы полетят пятидюймовые пирожки с крепкой начинкой… - рыцарь кивком головы указал на гоблина, терпеливо держащего в лапках телефонную трубку с на всякий случай прикрытым ладонью микрофоном. - А могу и летунов вызвать - после вакуумно-магической бомбы вас даже и хоронить не придётся в этом ущелье.
В глазах эльфа что-то мелькнуло. Непонятно что - даже сторожко приглядывающему за ним Валу. Но определённо, взгляд парашютиста стал немного иным.
- Воздушно-десантная дивизия "Галадриэль" в плен не сдаётся, homo - неужели ты этого не знал?
Комбат, казалось, полностью был поглощён раскуриванием извлечённой из-за уха папиросы. Невозмутимо пыхнув чуть резко щипучим дымком, он прищурился в полуденное солнышко, и вроде бы в сторону, негромко проговорил: