И затем совершенно непоследовательно протянула руку вперёд. Раскрытой.
- Верни мне кольцо, - вот и поди пойми этих вертихвосток!
То прилюдно в физиономию швырнула, теперь втихомолку обратно требует… Валлентайн осторожно потрогал нос, на пробу втянул им холодный воздух - нет, кажется не разбила. Он хмыкнул, а затем с полным непочтением к дворянским титулам изобразил в сторону Чайки вполне полновесный деревенский кукиш. Дулю скрутил, проще говоря.
Встретились они на узкой площадке-галерее подземелья. По одну руку грубая, шершавая и чуть осклизлая от вечной сырости каменная стена. А по другую провал в невесть куда. И от одной только мысли, кто или что оттуда с таким жадным любопытством прислушивалось сейчас к этому разговору и этой буре чувств, становилось как-то не по себе.
Лорд забрёл сюда в задумчивых поисках - как оказалось, именно из этой глубины отозвалась на тот зов так и не уснувшая неведомая тварь. Ну, а Чайке стоило лишь мимолётно поинтересоваться, как замок услужливо подсказал и местонахождение, и как туда пройти.
Предатель!
Тот откровенно застыдился, струхнул. И даже поджал бы хвост - но увы и ах, такового у замка предусмотрено не было. Мало того, уловил, что хозяин гневается больше для порядку - а потому стыдиться, в общем-то, и не подумал…
- Ах, так? - Чайка едва не задохнулась.
Великолепная в своём гневе, она рассерженной кошкой прыгнула вперёд. И не сдобровать бы тут лорду и волшебнику, уж отбиваться серьёзными средствами от вредной девицы он не стал бы ни за что на свете - но оказалось, что оба принесли с собой из искажённых миров навыки рукопашного боя. Хоть и учились откровенно у разных учителей, но как говорится, нашла коса на камень.
И через некоторое время девица отпрыгнула обратно, с тихим подвыванием потирая ушибленное плечо да хмуро зыркая исподлобья.
- Ну отдай, по-хорошему прошу…
"Вот как, это было ещё по-хорошему?" - Валлентайн не стал скрывать своего удивления. Опёршись плечом о стену, он помассажировал едва не вывернутое этой бешеной девицей бедро. А затем полез за пазуху и добыл оттуда обретающееся на крепком кожаном шнурке витое изящное кольцо. Он ещё миг-другой рассматривал его пристально - даже дохнул легонько Силой, чтобы подпитать легонько и зарядить сей немудрёный артефакт. Он полюбовался на вновь просиявший ободок металла… и под вытянувшимся лицом Чайки выгнал оттуда тень.
- О, барон… надо же, какая встреча, - чернокнижник на миг возобладал над человеком - Валлентайн проворно добыл из кармана пузырёк, в который хотел собрать немного костной муки из обретающихся там и сям по углам скелетов в ржавых кандалах.
Раз-два! И тень бывшего барона Эрбис быстро, проворно юркнула туда, куда её загнала беспощадная воля чернокнижника. Но едва тот спрятал в карман пузырёк, как обнаружил в свою очередь, что пойман и сам. Нет, не в кандалы, не в магические удавки или прочие пошлости - в девичьи объятия. И вырываться из них что-то ну никак не хотелось. Несмотря даже на то, что руки лорда обняли и ласково приласкали стройную негодницу Тэлль.
- По-плохому, говоришь? - губы у неё оказались мягкими, горячими и в то же время прохладными. И настолько вкусными…
Те, кто создал и построил этот замок, были настоящими мастерами своего дела. И всё же, всему приходит своё время, и всё имеет свой конец. Быть может, камень из которого оказывалась устроена галерея, обветшал за века… возможно, свою лепту внесла и вечно голодная неведомая тварь внизу, которая с тоски подгрызала неподатливую твердь…
- Держись! - Валлентайн извернулся, одной рукой вцепившись в рассыпающийся прямо под пальцами выступ - и едва не вырывая из сустава плечо зашвырнул с перепугу превратившуюся в Сандру девицу наверх.
Ей почти удалось. Почти - раздирая в кровь изящные руки, та лишь долю дюйма не дотянулась до уцелевшего края. С хрустом заскрежетали обламываемые ногти, не в силах надёжно уцепиться за неровности излома, и неумолимая сила тяжести вновь потянула её вниз…
Нет, положительно, надо будет озаботиться каким-нибудь летательным заклятьем! - Валлентайн взвыл от безнадёги. И последним, отчаянным усилием он оттолкнул уже падающее обратно девичье тело от себя.
Туда, наверх… ну же!
Будь проклят тот, кто придумал эту гнусность - сила действия равна силе противодействия! И всё же, если бы кто мог посмотреть в лицо падающего в жадно раскрывшуюся навстречу бездну человека, он бы изумился. Лёгкая победная улыбка - она всё же достала до края, уцепилась.
А всё остальное, право, такая пошлость…
Всё ерунда, кроме пчёл. Ну, если хорошенько вдуматься - пчёлы тоже ерунда… к чему в голову лезет такая чепуха, Валлентайн так и не смог понять. Он осторожно закашлялся и тут же поморщился, почувствовав на губах так и бьющие изнутри железисто-солёные брызги. Ой как нехорошо - если обломки рёбер проткнули лёгкие, дело худо. Ведь эльфийский целитель в своё время сомлел куда раньше, чем смог из косо прорубленного в скальной породе тоннеля выйти на обвалившуюся ныне галерею да попробовать определить эту дрянь внизу.
А это значило, что некая тварь, существо, нежить - нужное подчеркнуть… хм-м, да можно всё подчеркнуть - это нечто, короче говоря, имело к чёрному самое непосредственное отношение.
Все скудные остатки сил уходили на незримый щит, разделяющий сознание на здесь и там. Здесь оказывалось вполне терпимо, хотя там… там человеческое естество корчилось и визжало от боли. И всё же, Валлентайн безжалостно расширил и подвинул преграду, стиснул скулящуюю точку и задвинул куда-то в угол. Между воспоминанием, когда вывихнул палец - и той минутой, когда в детстве вместо безобидной мухи-музыкантика поймал ладошкой такую же с виду полосатую пчелу… надо же, ещё помнится!
Так, темнота такая, что не помогало даже истинное зрение - ну, таковое пару раз бывало и раньше. Хотя бы в той гробнице некстати проснувшегося древнего и весьма могучего шамана… неплохо тогда степняки с восхода заплатили за упокаивание беспокойного мертвеца.
Левая нога откровенно сломана и хрустит эдак мерзко - не смертельно. Рёбра похуже, но и чёрного мага так просто не убить.
А вот навалившееся со всех сторон жадно чавкающее нечто озадаченно приостановилось - хоть и долго пришлось ждять очередной подачки сверху, но она всё-таки прилетела. Да вот, погрызть-полакомиться человечиной что-то никак не удавалось. Нет, не мерзкой плотью, но сладким и незабываем нечто. То ли душа, то ли аура - суть не в терминах.
Темнота грызанула снова, словно впившись во всё тело тысячами ледяных иголочек - и с отчётливо скулящим визгом недоумённо отпрянула.
Лежащий на каких-то то ли камнях, то ли старых костях Валлентайн даже нашёл в себе силы усмехнуться. Ну-ну, видали мы таких охочих до чужого магического естества. А ядику хлебнуть полною мерой не хочется? Тут припасено на всякий случай - да таких заклятий и щитов, что на целую армию энергетических вампиров хватит. Специально когда-то озаботился, чтобы потом применять особо не задумываясь и не разбираясь - какой же именно твари захотелось сладкого.
Судя по обиженному сопению в магическом эфире, голодное до дрожи нечто попеклось хорошо, даже очень. И пробовать вновь что-то желанием пока не горело.
А всё же стоило признать, что переутомления последних дней даром не прошли - уж прежний, полный сил Валлентайн не позволил бы себя так легко обидеть. Впрочем, девчонку вытолкнул туда - и то спасибо… он осторожно прислушался, послав вверх несильный зов.
Обычно такого хватало, чтобы поставить на уши город средних размеров или с побледневшими лицами ухватиться за защитные амулеты сразу нескольким полкам тяжёлой, закованной в сталь королевской пехоты. Но здесь впечатление оказывалось такое, словно нырнул в банку с чернилами. И разлёгшись на донышке пытаешься разглядеть солнце в зените.