Он лежал на спине, глядел в потолок и всеми силами пытался отогнать остатки страшных видений. До звонка будильника оставалось минут десять, но Лёва не стал дожидаться. Он заставил себя встать, сделал безуспешную попытку пригладить копну волос и поплёлся в ванную. Умылся, почистил зубы, медленно собрался и пошёл в школу.
С сиропом или без
Тёплый весенний ветер и чуть влажный после дождя воздух ненадолго отвлекли от хмурых мыслей. Солнце пробивалось сквозь молочно-белые кучевые облака, похожие на вату. Лёва старался не думать о сегодняшнем ночном кошмаре, но отдельные его детали всё равно лезли в голову. Вдруг он услышал, что сзади кто-то идёт, он ускорил шаг, а неизвестный преследователь уже перешёл на бег. Затем почему-то про себя Лёва решил, что не побежит и в случае чего нападёт первым, поэтому он резко обернулся. Его догонял Васька Патанов – его друг, одноклассник и нападающий их футбольной команды. Лёва выдохнул и разжал кулаки. Тревожная выдалась ночка, вот и нервы пошаливают.
– Лёва, подожди! – крикнул он, добегая последние несколько метров до Лёвы, придерживая сбоку сумку. Васька – высокий кудрявый темноволосый парень. Умеет играть на гитаре, не очень хорошо, если честно, но этого вполне хватало, чтобы произвести впечатление на девчонок, по крайней мере, ему так казалось. Вообще Васька много чего умел, но всего по чуть-чуть, чтобы не перетрудиться. Дома у него можно было ходить как по музею, разглядывая плакаты с музыкантами, прикреплённые канцелярскими кнопками к обоям. А в центре стены висела вечно расстроенная гитара как главный экспонат.
– Привет! Чего такой хмурый? – Начал разговор Васька Патанов.
Лёве не хотелось делиться причиной своего хмурого настроения, но только он открыл рот, чтобы сказать это, как Васька начал тараторить, не дождавшись ответа.
– Ты смотрел игру? Классно сыграли! Финал кубка точно будет отвал башки. Уже договорились, смотреть будем у Рыжего. Юрик и Димон тоже придут, на счёт Вадяна не уверен, ну и остальные. – Васька говорил о финале кубка СССР по футболу. Он не пропускал ни единого матча, ни единой буквы в газете, где говорилось про футбол. Сам очень любил играть, на поле проявлял удивительное упорство, хотя вне его производил впечатление парня «шаляй-валяй», эдакий весельчак, душа компании, бесшабашный и сумасбродный. Хотя, откровенно говоря, он таким и был.
– Согласен, игра была напряжённая. Будем ждать финала, размотают наши соперника, как мы тогда в игре с «шестами». – вставил Лёва. Он был рад, что тема разговора с его настроения перескочила на футбол.
«Шестами» называли команду из шестой школы. Нормальные такие ребята, то есть не слабаки, играют хорошо. В последней игре с ними команда Лёвы выиграла со счётом шесть – ноль. Их тренер тогда чуть не по потолку бегал от радости. Как такое могло произойти непонятно, не с потолком, а с выигрышем, конечно. Обе команды достаточно сильные, но, чтобы «шесты» в сухую продули – такого не было никогда. Не иначе как колдовство какое-то. Ох и скрипели же они зубами от злости тогда, после каждого гола пытались свалить все на нарушение, требовали штрафной, после игры говорили, что победа досталась не честным путём и всячески пытались оклеветать ребят, но победителей не судят.
– Даа, – протянул Васька, мысленно возвращаясь к их триумфальной игре, – «шестам» мы тогда хорошо хвосты накрутили. Знай наших! – эта победа вселила столько уверенности в ребят, что на тренировку бегом бежали, а Васька Патанов возомнил себя звездой советского спорта.
– Ты у Нефёдова был? – спросил Лёва.
Володька Нефёдов тоже был в футбольной команде, но последнюю тренировку пропустил, жалуясь на плохое самочуствие.
– Да был я у этого симулянта, лежит, глаза закатывает, делает вид, что ему плохо, а на самом деле от контрольной косит, жук. Просто прикидывается, что в первый раз что ли. Ему в очередной раз поверят, потому что этот дрыщ всегда выглядит как болезный. – ответил Васька.
Лёва про себя улыбнулся, ведь его друг был прав. Володька Нефёдов такой худой, что удивительно, как его ветер до сих пор не унёс. Зато энергии в нём хватило бы на десятерых. Откуда что берётся.
Они прошли мимо кафе-стекляшки – такое уютное место, где много света и воздуха. Стены кафе были полностью стеклянными. Вечерами там бывало шумно и весело. Очередь за чебуреками могла быть такая, что хвост её был на улице. Внутри же царила свободная и непринуждённая атмосфера – разговоры и смех, на столах напитки и простые закуски вроде винегрета с бочковыми огурцами или пирожков. Сейчас там было немного посетителей. Лёва краем глаза увидел компанию что-то бурно обсуждающих весёлых старшеклассников с комсомольскими значками. На столе перед ними были бутерброды с прозрачными кусочками варёной колбасы и стаканы с томатным соком. Лёву от вида сока немного передёрнуло. В самом углу, у окна сидела парочка – молодой человек в пиджаке, весь прилизанный, тоже с комсомольским значком на груди. В руках у него была газета. Напротив него, спиной к окну сидела девушка, в явно большом для неё свитере и похоже в очках. Ещё в кафе сидела семья с двумя детьми. Маленькие озорники болтали ногами, сидя на стульях, всё время легонько дёргали друг друга то за уши, то за рукава, весело заливисто смеялись придуманной ими игре и лакомились мороженым в железных креманках на длинной ножке.