– Не хочешь со мной поохотиться, Лёв? – неожиданно предложил Фёдор Иванович, раньше он всего пару раз брал его с собой на охоту и то в тот раз они долго ходили кругами по лесу и вернулись домой ни с чем.
– Почему нет, давай, – легко согласился Лёва, потому что охота больше ассоциировалась у него с прогулкой, чем с погоней за добычей, а значит это лишний повод неплохо провести время с дедушкой.
Вдруг на улице словно кто-то включил звук. В сравнении с гробовой тишиной перед этим, сейчас послышались шаги, голоса – город ещё не спал. Лёва опять начал всматриваться, но на этот раз не в темноту. Зажглись уличные фонари и стало более-менее видно, что происходит за пределами двора. Конечно, дом Фёдора Ивановича не стоял одиноко посреди поля или леса, вокруг были такие же ладные дома - одноэтажные с чердаками, рядом проходили улицы, где изредка проезжали машины, а чуть дальше начинались пятиэтажки, даже с крыльца их можно было разглядеть.
– На кого будем охотиться? – поинтересовался Лёва, хотя ответ его не особо интересовал, это было скорее для поддержания разговора.
Тут же он заметил, что людей на улице стало больше. Почему-то они не идут по домам чтобы отдохнуть, провести время с семьёй, почитать книги или посмотреть телевизор.
– А вот на них и будем охотиться, – удивительно спокойным тоном произнёс Фёдор Иванович и кивнул в сторону улицы. – Пока они не начали охотиться на нас. Ты случайно вида крови не боишься?
– Что? – Лёва оцепенел.
Что всё это значило? В его голове за несколько секунд пролетело огромное количество мыслей и планов действий и ни один из них не заканчивался успехом.
Тем временем люди выстроились вдоль забора и неотрывно смотрели на Лёву, следили за каждым его шагом. Он затравленно взглянул на дедушку.
– Они не могут войти, потому что я им не разрешаю, – продолжал тот невозмутимо пить чай.
Лёву покинули остатки самообладания. Его начало трясти, а кружка упала и с лязгом разбилась вдребезги, залив крыльцо чаем. Лёва вспомнил одежду, залитую кровью, которую он увидел в комнате. Неужели его родной дедушка и есть тот, кого он пытался найти, неужели он и есть стратилат.
Вскочив со стула, Лёва бросился к двери, забежал в дом и закрылся на замок. Он выиграл немного времени, но все равно оказался в ловушке. Судорожно соображая, что делать дальше он отступил назад и наткнулся на лестницу, ведущую на чердак. Не помня себя от страха, уже на чердаке он задвинул вход какими-то ящиками (благо они были очень тяжёлыми) и практически на коленях, потому что потолок был очень низкий, стал пробираться к небольшому окну. Снаружи он увидел всё те же неподвижные фигуры, за забором, а Фёдор Иванович стоял посреди двора и заглядывал в окна дома, пытаясь увидеть там внука.
– Лёва, не надо прятаться, выходи, я всё расскажу. Тебе же лучше будет, – уговаривал его дедушка.
«Ага, ну всё, началось» – подумал Лёва и его последняя надежда на то, что он неправильно понял ситуацию, испарилась. Когда-то он и сам со словами «Тебе же лучше будет» пытался выкурить из «домика» Валерку Лагунова – не вышло. Теперь он сам оказался в западне, но сдаваться не намерен. Сердце колотилось с невероятной силой. Он снова выглянул в окно, там всё было по-прежнему, только Фёдор Иванович куда-то пропал.
Так, надо подумать. Если его дедушка стратилат, кто бы ни были те, что стоят за забором, пиявцы или тушки, они не могут зайти, он ими управляет и не пускает. Видимо хочет сам сожрать Лёву на десерт. Прекрасный семейный ужин. Пока Лёва обо всем этом думал, снаружи заскрипела лестница, ведущая на чердак. Теперь Лёвино сердце оказалось где-то в пятках.
Семейная тайна
Снизу послышался осторожный стук.
– Лёва, ты же там? – голос дедушки был тревожным, но Лёва не собирался ему отвечать. – Да, не так я себе представлял этот наш с тобой разговор. Понимаешь Лёва, есть такое дело, большое дело, нужное, которым я занимаюсь и надеялся, что ты, как мой преемник тоже этим займёшься.
«Плавали, знаем, одного раза на всю жизнь хватило» – пролетело в голове у Лёвы, не хватало ему ещё стать преемником стратилата.
– Давай я расскажу тебе обо всём по порядку. Ты готов меня выслушать? – чуть громче сказал Фёдор Иванович, чтобы Лёва точно услышал его слова.