– Лёвыч, тебе чего, плохо? – спросил Васька Патанов, – да у меня тоже что-то в глазах уже рябит и в животе урчит.
– Всё нормально, – ответил Лёва и открыв глаза увидел, что демонстрация проходит как обычно и жуткие видения ушли.
– Смотрите, смотрите! – закричали братья космонавты Юрик и Димон, – папка наш проходит мимо трибун, – и они активно замахали руками.
Видно было, как один сурового вида мужчина, очень высокий и с большими ладонями заулыбался и помахал им в ответ.
– Я тоже пойду на завод работать, – мечтательно сказал Вадик Трифонов, – буду автомобили делать.
Тем временем, вокруг ребят плотным кругом встали какие-то люди – все с флагами или с комсомольскими значками. Вроде везде на площади есть скопления народа, но Лёве это совсем не понравилось. Он подошёл к Наташе и взял её за руку. Она посмотрела на Лёву снизу вверх и улыбнулась, щурясь от весеннего солнца. Васька Патанов сразу заметил это и заулыбался во весь рот.
– Ребят, всех приглашаю к моему деду, у него свой дом, посидим на свежем воздухе, поболтаем, – уверенно объявил Лёва, – отказы не принимаются.
Ребята очень оживились после такого предложения.
– Я тогда за гитарой сбегаю, – быстро сказал Васька Патанов, – как без гитары на свежем воздухе.
– Ребят, я приду позже. Мои родители ещё не проходили, – сказал Саша Суворин, вставая на цыпочки и вглядываясь в толпу.
– Мои тоже, – отозвался Ваня Толстой.
– Ладно, вас ждём позже, – согласился Лёва.
Он не мог сейчас всем начать рассказывать, что кругом вампиры и нужно поторопиться. Его сочли бы за сумасшедшего. Он должен был вести себя спокойно, как обычно, хоть в душе у него сейчас всё переворачивалось от волнения и страха.
– Мне кажется ты какой-то напряжённый, – сказала Наташа.
– Нет, с чего ты взяла? – посмотрел на неё Лёва.
– Ты так сдавил мою руку, – ответила Наташа и подняла их сцепленные руки.
– Извини, – виновато произнёс Лёва, ослабил хватку, но Наташину руку не отпустил.
Братья космонавты Юрик и Димон, хоть и с большим одобрением отнеслись к Лёвиному предложению, не особо торопились уходить с демонстрации. Решили ещё немного побыть тут, а потом сходить домой за пирожками. Их мама работала в магазине и готовила такие вкусные пирожки, поэтому все эту идею одобрили больше, чем Васькину гитару - на голодный желудок и песни не в радость. Тут же попросилась Светка Завидова, а ещё Ленка Цепанова и Вика Золина. Они тоже пообещали что-то принести, но Лёва так и не расслышал что – на площади было очень шумно, а они стояли далеко. Лева сказал всем куда нужно прийти, и решил не поддаваться панике, а вместе с остальными побыть на демонстрации ещё немного, а потом пойти в самое безопасное место в этот вечер – дом Фёдора Ивановича.
Маёвка
Когда все собрались и познакомились с хозяином дома, Фёдор Иванович очень умело начал раздавать распоряжения, так что скоро парни вытащили во двор два стола, поставив их вместе, а девушки накрыли их скатертями, с кухни принесли посуду и простые незамысловаты блюда, а также стали резать салаты. Фёдор Иванович тоже не отставал и помогал выносить стулья и всё время подсказывал, где на кухне можно найти всё необходимое для стола.
Не хватало только Валентина Сергеевича и Маши. Лёва уже начал беспокоиться, хотя на улице ещё было светло, поэтому они пока что были в относительной безопасности. Все сели за стол и буквально накинулись на еду. Дедушкины фирменные пельмени и винегрет зашли на ура. Васька Патанов кроме гитары притащил колбасу, братья космонавты, как и обещали, принесли домашних пирожков и варенье, кто-то из ребят захватил домашний сыр и конфеты, девчонки еле притащили квас. Остальные тоже по мелочи принесли разных вкусностей и вместе с разносолами Фёдора Ивановича стол вышел просто замечательный.
Все наелись, расслабились, Васька начал бренчать на гитаре, а кто-то из ребят подпевал. Вечер обещал быть просто чудесным, если бы не одно «но». Все они сейчас находились в большой опасности, и только Лёва с Фёдором Ивановичем знали об этом. У дедушки было больше самообладания, натренированного за годы охоты на вампиров, Лёве же было не по себе. Он как мог скрывал свою тревогу, но видимо плохо справлялся и выглядел очень бледным.