– Что случилось?!
– Была история… Да, собственно, ничего особенного.
Они прошли на кухню и сели за стол, напротив друг друга.
– Так может быть, котлеты?
– А? Да не, зачем…
– Или суп. Точно, суп с плавленым сыром и гренками, он очень вкусный, очень.
– Ну, давай, – улыбнулся Марк и подумал: «Такая забавная…»
Где-то вдалеке сигналили машины, протяжные гудки мягко таяли в сером тумане дождя. Нина достала из холодильника кастрюлю. Включив конфорку, обернулась к Марку:
– Так что все-таки случилось?
Ее волосы, заплетенные в две длинные косы, неподвижно лежали на плечах, обрамляли тонкое и белое, точно снег, лицо. Она будто сошла с какой-нибудь древней картины, где лунные девушки, склонив голову, плавно несут кувшин с водой. Ветер раздувает легкие ткани, еще шаг – и видение исчезнет. Такие же спокойные и грустные глаза, темно-голубые. Ловят каждое слово. Бледные губы, чуть приоткрытые. Она чего-то боялась и чего-то ждала.
Марк почувствовал, как глубоко внутри разливается теплый поток, мягкой болью сжимая сердце. Белая чашка с золотистым ободком. Чайник. Странная смешная девушка из книг, давно забытых.
– Ничего. Поставили новый замок. Я торопился, на лекцию опаздывал. Захлопнул дверь раньше, чем руку убрал. Вот так.
– Какой ужас!.. Марк…
– Пальцы прищемил, сильно. Хряк. Крови было… вся стена до потолка. Правда, я мало что помню.
– А теперь?
– Почти не чувствую, да…
Как странно сидеть на кухне и хлебать вкусный супчик. Выдавливая из себя улыбку, бугристую, точно старый клей, быть добрым и общительным, когда всего несколько часов назад ты, наконец, принял важное, возможно, самое важное в твоей жизни решение.
– Хочешь, поедем в деревню, – зачем-то сказал Марк и тут же пожалел, – со мной. На один день…
– Хочу, – ответила Нина, – очень. Но как? Сейчас? Одни? Прямо сейчас? Наверное, нет… не могу…
– Почему? В деревне торфяное озеро…
– Потому что плавать не умею! А что сказал врач?
– Пустяки, – махнул рукой Марк, – правда же…
– Что?
– И.. и, кстати, скоро автобус. Ну, я пошел, пора. Спасибо тебе.
Молча натянул ветровку, застегнул рюкзак. Предметы-валуны мерно капали горячим воском минут, давили всей тяжестью и тоской песчаных гор, сухих от вечного солнца и соленого ветра.
Нина хотела проводить Марка до остановки, но почему-то передумала и только вышла в прихожую, спустилась по лестнице на первый этаж. На прощание обнялись.
– Когда ты вернешься?
– Не знаю… вряд ли уже.
– Что-о-о?
– Прости, не знаю. До встречи, – он не мог понять, кому нужна эта полуправда, но все-таки добавил, – созвонимся, может быть.
– Хорошо… – Нина задумчиво теребила подол юбки. Вокруг, овеянные серебристым нимбом, цвели каштаны, и на лавке возле подъезда сидели старушки, как обычно, только под зонтиками.
– Не скучай… – последнее, что сказал Марк, прежде чем уйти, возможно навсегда, в белую темноту, в струящееся благоухание майской ночи.
Глава 11. Не самый удачный вечер. Миша
Тем временем дома Миша метал громы и молнии. На кухне сидела бабушка Вера Федоровна и медленно пила чай с медом.
– Ниночка пришла, – обрадовалась она.
– Будто далеко ходила, – настроение было хуже некуда, – а ты когда успела, и что так поздно?
– Так на лавке мы сидели, дышали воздухом. Ты и не заметила. Под зонтом.
– Нет!.. Не видела…
– Многое ты не видела, – возмутился Миша, – а без меня тут суп ели! Даже не позвали, вон как!
– О, точно, забыли.
– Забыли! А пистолет, куда девать теперь прикажешь? Просто так вез, да?
– Какой пистолет, Миша?
– Какой! Этот Марк весь месяц со мной переписывался. Клянчил Вальтер, вот приспичило, идиот…Мол, кто-то передаст, я привезу, третьи руки десятые дела, и все до крайности не законно!
– Ты что, зачем ему Вальтер?
– Спросила бы, зачем. Убить кого-нибудь решил.
– Не может быть!
– А я знаю, – неожиданно заметила бабушка, как обычно она была очень спокойна и невозмутима, – тут вот в чем дело. Сегодня встретила как раз бабушку Марка, Людмилу Петровну. Так она рассказывала, что внук связался с плохими компаниями и ходит в ночные клубы. Там постоянно разные убийства, свои разборки. Думаю, вот ему и понадобился пистолет. Тоже решил кого-нибудь… А? Может, на всякий случай. Так, Миша, милый, зачем ты вез. Не всегда нужно откликаться, разные есть ситуации.
– Не так, нет… тут по-другому, – Нина вскочила и побежала в комнату, – не может быть!