– Кэт, – настороженно вымолвил тогда Алекс. – Ты что затихла?
– Всё хорошо, граф, что вы, – криво улыбнулась она, продолжая есть.
– Граф?! – вылетело из него в ужасе от полученных слов.
Его глаза расширились и уставились на неё в ожидании ответа. Сидевший возле них друг приутих, дабы не осложнить ситуацию.
– Граф?! – усмехнулся вновь любимой Алекс переспрашивая. – В чём дело?
– Разрешите? – подошёл к Кэтрин зрелый мужчина, сидевший и наблюдавший всё со стороны. – Вы свободны, милая? Вам докучают?
– Занята, – резко выдал Алекс.
– Свободна, – игриво улыбнулась мужчине Кэтрин.
Засуетившийся в беспокойстве Крис отодвинул еду и тут же поднялся:
– Уходим!
– Идём, – протянул Алекс руку ставшей вдруг надменной любимой и поднялся следом за другом.
– Сударыня? – вопросил вновь мужчина, всё продолжавший стоять подле.
– Пошёл прочь, – выдавил из-за сжатых зубов Алекс и, схватив возлюбленную за предплечье, вывел наружу, где, как назло, с неба ещё и моросило.
– Отпустите, граф! – восклицала Кэтрин.
– Граф, – усмехнулся он, слегка подтолкнув её сесть на скамью у входа.
– Вы грубы, – высказалась в сторону она и села в величественную позу.
– Как назвать то, что произошло? – поинтересовался Алекс и сел рядом.
– Ваша игра, граф, не моя, – усмехнулась Кэтрин. – И я не желаю в ней участвовать, как все ваши девицы вокруг! Можете не лгать о чувствах, что вам неведомы!
– Вот оно что, – закивал он и взглянул в сторону, где в тревоге за них ожидал у кареты друг. – Тебе невдомёк, что мы гнали тех дамочек от себя.
– Это неважно, граф, не оправдывайтесь! Всё хорошо, – снова усмехнулась Кэтрин, уставившись с упрямой гордостью вдаль. – Вы такой, какой есть, и дамы не перестанут быть вокруг вас.
Алекс замолчал, собирая в себе растерянные мысли.
– Время не ждёт, – осторожно молвил медленно подошедший к ним Крис. – У Андре и Роми поговорите.
– Поехали, – встал перед Кэтрин Алекс.
– Уймите свой тон, – высказала та, гордо перед ним вытянувшись.
– Уйми глупую ревность! – нервно воскликнул он. – Твоя слепота ничего хорошего не принесёт в наши отношения!
– Какие отношения?! – поразилась Кэтрин, разводя руками. – У вас их столько вокруг!
– Да, кто восклицает?! – всплеснул руками рассердившийся Алекс. – Мне, не изменявшему тебе, отвязавшемуся от баб?! Ты же сразу любезничала с каким-то первым идиотом!
– Какая оправданность для милых улыбок на всех дам вокруг! Вам можно, а мне нельзя?! – воскликнула она.
Выдержав паузу, Алекс спокойнее спросил:
– Ты бы предпочла, чтобы я грубо это делал?
– Да что вы, граф, не стоит, – усмехнулась Кэтрин и опустила виновато глаза, уже чувствуя, что поступила не осознанно и зря, а признаться в этом пока не могла.
Душа сжалась от неприятного ощущения, но Кэтрин замолчала и решила, что не будет просить прощения: «Пусть не подумает, что я дура, что ревную зря... Господи, как я плохо поступила... Но я не скажу, не признаюсь... Пусть не думает, что может улыбаться другим, пока со мной... Для меня это равносильно измене...»
Не выжидая более ни мгновения, получивший откуда-то толчок на действия Алекс схватил её в свои объятия и стал пылко целовать глаза и губы, всё крепче прижимая к себе без каких-либо слов...
4
Андре вышел из усадьбы, и засиявшее в глаза солнце будто заставило остановиться у порога. Он вздохнул полной грудью, наслаждающейся свободой, и убрал с лица треплющиеся от порывистого ветра свои светлые локоны. Не успел он посмотреть в другую сторону, как взгляд обратился к стоящей у ворот карете и обнимающейся там паре...
– Господи, – молвил Андре, вглядываясь в них, и, приметив возле ворот ещё одного молодого человека, нахмурился. – Что это? – стал он приближаться к ним нерешительным шагом и остановился, ожидая направившегося к нему Криса.
– Принц? – насторожился Андре.
– Да, спокойно, – улыбался тот.
– Он обнимает мою сестру! – поразился Андре.
– Она всё знает, – сообщил Крис.
– Сестра, – молвил Андре и медленно подошёл к влюблённым. – Сестра, – прослезился он, взволнованно встретившись с её ласковым к нему взглядом. – Кэтрин...
Бросившись к тёплым рукам родной души, Андре зарыдал, обнимая их и целуя. Кэтрин с лаской смотрела, прослезившись от той же радости воссоединения после стольких лет жестокой разлуки. Наконец-то они, разделённые злом, нашли друг друга, радовались судьбе, которая сберегла их и вернула...