– Поддержку.
– Вы коллекционируете поддержки? – перевёл Филипп внимание на Кэтрин, беседующую неподалёку с сыном на руках, сидя на одной из скамеек.
– Это никогда не помешает, – заметил Алекс подобное внимание и тоже взглянул на них. – Это ваш сын?
– Да. Пытаюсь сделать из него настоящего мужчину... Но это сложно. Он распускается как девчонка... под влиянием всех нянек и матери. Единственный ребёнок. Пока единственный... Слишком много внимания ему, – глядя на малыша, отвечал Филипп.
«Да, делаешь очередного гада,» – мелькнуло в голове Алекса, но натянул улыбку:
– Не понимаю ничего в детях.
– Но нам нужны наследники, – усмехнулся Филипп и взглянул на него более расслабленно. – Виконт, я представлю вам будущую королеву и наследника престола. Прошу!
– Это великая честь для меня, – последовал он за ним к заметившей то и переменившейся сразу в гордый вид Кэтрин...
57
Кэтрин следила то за супругом, то за его спутником. Непонятная тревога посетила, заставляя душу дрожать от непонятных предчувствий. И всё же Кэтрин отодвигала хмурые мысли назад, наслаждаясь лишь присутствием сына, который спокойно сидел на её коленях и теребил излюбленную игрушку...
– Дорогая, разрешите представить вам, – начал Филипп, указывая на спутника. – Виконт Делани, гость из Англии.
Она слегка кивнула и подала этому странному гостю руку. Их взгляды встретились... Какой-то холод пробежал по телу Кэтрин, признающей что-то давно знакомое в манере этого поцелуя: такого короткого, но... нежного,... с теплом из глаз.
– Очарован, – нежно произнёс этот гость, а голос...
От него по телу Кэтрин пробежали мурашки...
– И мой сын и наследник престола — Филипп младший, – указал Филипп на ребёнка властной рукой.
Взгляды мальчика со спутником отца вновь встретились. Алекс улыбнулся и выполнил поклон, только малыш глядел в испуге то на него, то на Филиппа.
– Что надо сказать? - строго спросил Филипп сына, и глаза того вмиг наполнились страхом со слезами.
Он зарыдал, уткнувшись носиком маме в грудь, которая нежно его обняла и в поцелуях успокаивала. Недовольство Филиппа будто возросло, что приметил сдержанный Алекс, натянув улыбку. Хорошо, что дальнейшей речи принца помешал приход слуги, который что-то тому прошептал, иначе бы Алекс и не знал, сдержался бы он дальше, или нет...
– Что ж, - вздохнул спокойно Филипп и обратился к Алексу, внимательно ответившим поклоном. – Оставляю вас, виконт, в обществе моей супруги. Я должен отлучиться по делам. С тех пор, как король слёг в болезни, всё на моих плечах.
– Не знал, что королю нездоровится, – удивился Алекс.
– Понимаю, так как слёг он недавно, – подтвердил Филипп и, поцеловав супруге руку, удалился со слугой ко дворцу.
Алекс молчал. Он смотрел на такую же молчаливую Кэтрин с успокоившимся на её руках сыном.
– Простите, виконт, – осторожно взглянула она в ответ. – Он ещё маленький.
– Ничего страшного, я всё хорошо понимаю.
– У вас есть дети?
– Нет, слава богу, нет! – чуть хихикнул Алекс, стараясь быть в роли...
– Вы не любите детей? – спросила в неодобрении Кэтрин.
– Что вы, но если бы так было, я бы не был тем, кто есть, поэтому мне о детях лучше не знать, – с ухмылкой заявил он.
И вновь воцарилось молчание. Ребёнок взглянул на Алекса исподлобья и прижал к себе игрушку под взор ласковой матери. На то Алекс кивнул малышу в ответ. Мальчик ещё долго смотрел на него и вдруг робко спросил еле слышным мягким голосом:
– А ты умеешь кататься на лошадке?
Не ожидавший вопроса Алекс замер. Он и думать не мог, что ребёнок вдруг с ним о чём-либо когда-либо заговорит, и тут это произошло, но вызвало непонятную растерянность. Точно также растерявшаяся мать удивлённо взглянула на сына и прошептала:
– Что ты, милый, умеет.
– Отчего же, пусть говорит, – начал Алекс смелее, но его голос всё-таки дрожал. – Он может спросить.
Малыш вдруг ожил и стал бодрее, усевшись прямо:
– Покатаешь? На лошадке на своей!
Ещё больше Алекс растерялся, и лишь его улыбка послужила малышу позитивным ответом, хотя Алекс и не собирался подобного обещать.