– Ты девственница? – Удивлению Петра Алексеевича не было предела, а Любаша густо покраснела, дернулась, словно совершила тяжкий проступок и неловко освободилась от захватчика.
– Да. – Пролепетала она, принимая сидячее положение и притянув к себе халат, попыталась прикрыться им.
– Ну, ну! – Обнял мужчина девушку, успокаивая. – Чего засмущалась, глупенькая? Это же так замечательно, что ты до сих пор сохранила чистоту! Твой будущий муж это обязательно оценит!
– А ты? – Набравшись смелости и прикусив губу, задала Люба вопрос.
– Я польщен! – Петр Алексеевич усмехнулся. – Только, знаешь, однажды я уже проходил через это. Прости.
– Это значит, нет? – Любаша горько улыбнулась.
– Это значит, тебе пора замуж! – Легко щелкнув девушку по носу и поцеловав ее в лоб, мужчина поднялся и вышел из комнаты.
А Люба осталась сидеть на диване, задирая голову к потолку и стараясь сдержать жгучие слезы стыда и обиды. Кто бы подумал, что именно для этого мужчины ее девственность стала непреодолимой преградой для сближения с любимым. Когда она, успокоившись и одевшись, покинула кабинет начальника, Петра Алексеевича в инкубатории уже не было.
Дальше смена продолжалась в одиночестве. И, вспоминая себя обнаженную, лицо Любы заливалось краской, особенно после картинки бегства Петра Алексеевича. Но грудь и тело помнили его ласки, а скрученное жгутом неудовлетворенное желание, заставляло вздыхать и прижиматься горячим лбом к холодному бетону стен по пути в цех для снятия показаний приборов.
Люба вновь ощутила то возбуждение, вынырнув из воспоминаний. Теперь она знала, что это такое и усмехнулась, поражаясь выдержки своего начальника. Ведь после того дежурства Любаша сама начала провоцировать мужчину, карауля его в коридорах и закоулках. Он не отказывался. Стискивал девушку в объятиях, целовал и смеялся:
– Опасная ты девушка, Любушка! Не боишься, что доведешь до греха?
– А может быть я этого и хочу? – Нагло улыбалась ему в губы Люба, плотнее прижимаясь бедрами к бедрам мужчины.
– Замуж тебе надо! – Скалился Петр Алексеевич, отстраняясь от девушки и спешил дальше по делам. А Люба вновь вздыхала и перебирала в уме кандидатов во временные мужья. Ведь навсегда выходить замуж она не планировала. Если только за Петра Алексеевича?
Руки продолжали машинально доставать по одному яйцу из лотка, крутить его перед овоскопом, отмечая изъяны и откладывать в сторону, если оно было с браком. А голова была занята воспоминаниями.
Валера с сестрой перебрались к ним в деревню, когда Любаша была в отъезде. После школы она решила круто поменять свою жизнь, как можно дальше уехав от родителей и многочисленных братьев и сестер. Чтоб не надоедали частыми визитами и не указывали что и как делать. Однако продержалась девушка на чужбине недолго и через три года вернулась к родителям под крылышко, признав свое поражение. Ее немного пожурили, бабуля вставила свое обычное: “Дура ты, Любка!” и приняли обратно. Но, вкусив дух свободы, Любаня долго засиживаться дома не стала. Знала по опыту, что бабка за словом в карман не полезет и, чтобы не начали попрекать куском хлеба, устроилась на местную птицефабрику оператором инкубатория. Молодую и симпатичную девушку взяли без проблем, пошутив, что им как раз не хватает одной до полного комплекта.
Так она и познакомилась с будущими подругами. Девчонки оказались приезжими, Ольга была совсем из далека, а у Галины родители жили в области и чтобы добраться до дома, девушке приходилось долго трястись на автобусе, а потом идти почти километр пешком. Поэтому им на троих дали комнату в малосемейном общежитии. Сдружились девчата быстро и как-то незаметно, хотя у всех и был разный характер. Галя – самая старшая и самая спокойная. Она не любила ссоры и всегда старалась конфликт уладить мирным путем. Ольга в их компании оказалась самой младшей, самой вспыльчивой, но и самой отходчивой. Ей ничего не стоило наорать, хлопнуть дверью или надуться, но через полчаса разговаривать как ни в чем не бывало, буркнув: “Прости, если была не права!”
А Любаша всегда была себе на уме, в душу пускала очередь редко и то под хорошее настроение, а уж секреты хранила за семью печатями. Однако только ее родственники жили не так далеко от областного центра, где работали подруги и Любе ничего не оставалось, как пригласить девчонок к себе в гости. Там, в клубе Любаня и увидела своего будущего мужа, когда впервые привезла подруг в деревню. Невысокий, русоволосый, с широкими скулами, выдающими примесь азиатской крови, со светлыми глазами, он не произвел на нее никакого впечатления. Ну, парень… Ну, новенький! Она вот тоже с новыми девчатами появилась! Однако Валера был не робкого десятка и сам подошел к симпатичной троице: