— Нет, внучка, эта война давно была – я и то плохо помню, хоть когда закончилась мне уж лет десять было… Голодно было, помню, лебеду ели, помню, только Колюнин, дед со всей улицы, домой вернулся, из мужиков… Как мы радовались! А наш отец ещё в 41-м. Мне-то пять лет было, я и не поняла, чего мать плачет… А война, она завсегда страшная. Да ты у Коли спроси, он воевал.
— Но нам никогда, ничего такого, не показывали!
— Да и, слава богу! Этож у нас, как предупреждение показывают, чтоб больше такого не было. Да проку-то, развеж те, кто войну начинает, это смотрят? Сами подальше от боёв сидят.
— А почему он поёт о любви?
— Помним мы, тех, кто погиб тогда. Помним и любим. Постой, а ты что, понимаешь о чём поёт?
На экране уже показывали что-то другое. Кто-то уменьшил звук. Но люди разошлись не сразу. Посмотреть на восставшую старушку было интересно. Увиденное, поначалу, поразило, но как к этому относится? Люди перешептывались, глядя на разговаривающих, как ни в чём не бывало, девушку и бабку. Да показалось это. Просто нож у бабки под мышкой был, а она уснула, да с банкетки и упала. Народ, успокоив сам себя, потихоньку стал разбредаться по залу. Вскоре остались только девочка-продавец, да Андрей подошедший поближе. Подбежавший охранник, без особой обиды, пожурил продавца за крик, мол, глядеть лучше надо. "А то кричишь, а чего кричишь? И сама, вон, вся в соплях, и народ перепугала". А вот Андрей своим глазам верил.
— Что это было?
— Да так, говорила я, Николаю, сжигать их надо. Оступился, исправится… Вот и исправился! То кошельки резал, а теперь вон, живого человека чуть не убил. На старушку руку поднял. Ну, попадётся он мне!
— Да погодите вы, с цыганом этим Колюня разберётся. Ты мне скажи, как ты песню-то разобрала? Ведь не по-нашему пели, по французски.
— По-французски? Не знаю, конечно, немного не так, как у нас говорят, но слова я все понимала. Да нет, это наш язык, Матландский!
— А ну-ка, пойдём! — Андрей взял девушку за руку, — проверим.
Они вернулись в комнату техперсонала. На полу валялась красная шляпка, планшетник, так и не подключенный к компьютеру, одиноко лежал рядом с монитором. Ничего не напоминало о том, что тут было всего несколько минут назад. Да и вернуть то настроение… После произошедшего?! Андрей сел за клавиатуру, взял мышку и нажал на браузер. Они минут пятнадцать смотрели и слушали разные клипы с выступлением французских артистов, и Натка легко понимала, о чём там пели. Все попытки Андрея разузнать, что же случилось с бабушкой и как так быстро всё зажило, не увенчались успехом. Натка, вроде как пыталась, что-то рассказать, но бабка тут же встревала, и начинала что-то плести про то, что мол, их старую гвардию, ничего не берёт. А также, всё порывалась рассказать про какого-то Петра, который на сенокосе…
"А неча тут, всем рассказывать что колдунья. Счас как начнут… Одному мильён баксов, другому машину… А она-то простодырая… и не откажет никому. Замордуют девку. Неча тут…" – Крестьянский организм боролся с тем ужасом, который пережила старушка, хитрым способом. То в голову Анны Ивановны пришла мысль разобраться со знанием Наткой французского. То вдруг встать на защиту "беззащитной ведьмочки". Чем угодно была сейчас готова заняться бабушка, только бы не вспоминать глаза, идущего на неё цыгана.
— Может ты и не француженка, но язык, на котором говорят у вас – французский!
— Я – матландка! И язык у нас – матландский!
Глава 14
Я горничная…, из Матланда
Андрей ввёл в поисковик "Матланд", но кроме фамилий ничего подобного не нашёл.
— Может ты напишешь, как выглядит название твоей страны?
— Мы не пишем.
— Как так? А как же вы…? — Трусов задумался, он сразу даже и не смог сообразить, как это, когда ничего не пишут. — Так у вас что, письменности нет?
— Почему это нет, только, могут не все. Не к чему это. Ну, а кому положено, они, так как вы, не заморачиваются, сразу на листах тексты появляются и всё.
— Что, голосовой набор, что ли?
— Ну, типа того.
— Погоди, может это княжество, у вас какое, ну Монако или Люксембург? Давай я тебе фотографии Франции покажу, может что узнаешь? Мляяяя!
На экране появилась заставка, сообщающая, что компьютер заблокирован…