Глава 7
Дорогие родственники, как я поняла, не были готовы к тому, что я могу высказать нечто подобное, да ещё таким тоном, поскольку тут же стушевались, в который раз убедив меня в собственной правоте, и быстро вымелись из моих комнат, оставив меня в одиночестве, только крикнув напоследок, чтобы я не забыла о том, что нынче у нас небольшое торжество и прибудут несколько гостей, посему я просто обязана не посрамить честь принимающей стороны. Я насторожилась, поскольку слышала о чём-то подобном пару дней тому назад, но пропустила мимо ушей в связи с очевидной незначительностью для меня прибытия каких-то там незнакомых людей. Однако, делать нечего, и я хмуро кивнула, обещаясь непременно быть на торжественном ужине и радовать своим скромным очарованием юности суровых воинов нортманнов, прибывших к нам с неведомой пока для меня целью.
Верная кормилица тут же всполошилась и решила, что нынче я должна быть бесконечно прекрасна, в связи с чем позвала ещё одну горничную и они принялись ворошить не слишком-то и богатый гардероб Камиллы с целью отыскать мне подходящее платье. Далее дело было за мной – вытащенный образец нужно было критически осмотреть со всех сторон и выдать свой окончательный вердикт. Я мысленно поёжилась, сомневаясь в том, что я смогу принять верное решение. Про мой собственный опыт говорить было нечего, интуиция Камиллы тоже молчала, однако, здравый смысл мне подсказал, что вон то пышное платье с многочисленными оборками мне надевать не стоит. И краше не стану, и рухну под ноги ещё, не приведи Великий! Поэтому остановила свой выбор на простом бирюзовом платье с высоким воротником и узким посом. В качестве украшения приколов возле ворота камею из янтаря в оправе из старого серебра. Не могу сказать, что я была великим ценителем украшений, но кирпично-золотистый овал янтаря с крошечными песчинками внутри был удивителен. Мне остаётся только лишь догадываться, как папенька смог приобрести эту камею, поскольку он не слишком-то смахивал на ценителя прекрасного.
- Как есть красавица! – умильно сложила руки Раннвейг и заверила меня в том, что это вовсе не лесть, а простая констатация факта.
Мне оставалось только пренебрежительно хмыкнуть и взять под руку дорогого братца Лейва, который сопровождал нынче меня на это мероприятие.
- Твоя кормилица права, Ками, я и не замечал, что ты выросла и стала такой красавицей! – приложил руку к сердцу старший брат и лучезарно улыбнулся. – Полагаю, что твой несостоявшийся жених будет немало огорчён тем, что сам разорвал вашу помолвку.
Я же, озабоченная только тем, как бы мне не запутаться в непривычно длинном платье, только задумчиво пробормотала:
- Точно! Пусть плачут те, кому мы не достались, пусть сдохнут те, кто нас не захотел…
Я всегда говорила, что самое полезное качество хорошего следователя – вовсе не умение задавать вопросы, а внимательно слушать своих собеседников. Конечно, я и сама догадывалась, что по понятным причинам, моей свадьбе с каким-то там Торрентом Как Там Его, не бывать, судя по тому, с каким презрением Лейв говорит об этом женишке, тот отказался на мне жениться в конкретной и явной форме.
Не далее, чем вчера, я всё же смогла решиться на то, до чего пока не доходили руки – я задумала обследовать западную часть дома. Осторожные расспросы бесхитростной кормилицы дали мне информацию, что там находятся покои дорогого папеньки, братьев, библиотека и рабочий кабинет родителя. Не то, чтобы я подозревала их в чём-то конкретном, но, как говорится, плох тот следователь, который уверен в том, что имеются невиновные граждане. Есть просто с непредъявленными обвинениями.
Несмотря на то, что был разгар лета, в горах частенько было прохладно и сквозь щели в неоштукатуренных стенах безбожно дуло, правда, в комнатах стены были частенько покрыты гобеленами, а вот в длинных и полутёмных коридорах уже нет, так что дала себе зарок не дожидаться зимы, а законопатить все возможные щели уже осенью. Впрочем, до этого нужно ещё дожить, так что будем решать проблемы по мере их поступления.
Несмотря на то, что в доме народу было предостаточно, никто не поинтересовался, куда меня несёт, а и спросили бы, так я бы точно нашлась с ответом. И я беспрепятственно попала в большую комнату, которую определила для себя, как библиотеку. Во всяком случае, в громоздких застеклённых шкафах темнели корешки многочисленных книг, посередине стоял стол с несколькими стульями уже привычного мне пыточного образца, а на полу была нарисована огромная карта.