– Спасибо, товарищ Ерёменко! Ну, что, показывайте.
– Здесь только три машины, товарищ Сталин. Остальные ещё наверху, так что придётся ехать туда.
– Показывайте–показывайте, Андрей Петрович. Съездим и наверх. Посмотрим всё.
Охрана Сталина выгружала с платформ машины. За перроном собралась большая толпа людей. Сталин произнёс короткую, но очень эмоциональную речь. В этой речи он поблагодарил союзников за поставки боевой техники и нацелил работников станции Черкесск на ударную работу по обеспечению перевозок. После этого мы прошли к машинам, а солдаты НКВД слегка оттеснили людей, сказав им, чтобы не мешали работать Верховному. Я сел в БТР и показал его проходимость и поворотливость. Затем посадил в него солдат, они показали Верховному как садиться и спешиваться из него.
– Отличная машина, товарищ Горский!
После этого мы колонной двинулись в сторону Домбая. Доехали до отворота на Клухор, я приказал солдату помахать флажками и остановить колонну.
– Товарищ Сталин! Ваш Паккард может не подняться на перевал: тяжёлый и только один мост. Можно пересесть в Джип или на бронетранспортёр.
– Мощности двигателя хватит, товарищ Сталин! – заявил Власик.
– Без проблем, поехали! – я побежал к машине, и мы снова тронулись через полтора часа мы были у Северного приюта. Паккард поднялся на перевал, но скорость мы выравнивали по нему.
– Да, тяжёлая дорожка! – сказал Сталин, вылезая из машины. – А это что? – он указал рукой на светящийся портал.
– Это и есть грузовой портал.
– Такой огромный?
– Полина Васильевна смогла его увеличить до таких размеров, но, это максимальный размер. Больше не увеличивается. Время доставки – менее пол минуты. То есть, практически мгновенно. Единственное, что жалко, людей он не пропускает. Кадры придётся готовить здесь, на месте.
– А Вы с Ерёменко?
– Мы тоже через грузовой портал пройти не можем, товарищ Сталин. Только техника.
Весь диалог происходил, пока мы шли к площадке. Здесь всё внимание Сталина переключилось на боевую технику
– Это новейший танк в СССР Т80Б. Вооружён 125–мм гладкоствольной полуавтоматической пушкой скорострельностью до 8 выстрелов в минуту. Снабжен 1100–сильным газотурбинным двигателем. Народное прозвище: летающий танк. Дальность поражения тяжелобронированных целей до 5 километров с гарантированным уничтожением. Бронепробиваемость: 900 мм
– Сколько они собираются нам поставить такой техники?
– О такой разговора не было, но поставят и такую. Они собираются поставлять со складов танки Т54 и Т55 с нарезной 100–мм пушкой под имеющиеся у нас снаряды. Технологию противотанковых снарядов они уже нам передали. Готовы поставить вольфрам и обеднённый уран для сердечников. Во всей красе этот танк мне не показать, я – довольно слабенький механик–водитель, но, показать и спустить его вниз могу.
– Давайте посмотрим!
Я запустил двигатель, три минуты прогрел его, потом показал 'змейку': когда механик идёт зигзагом, а стабилизатор пушки держит её наведённой на цель. После этого развернулся, прошёл по камням, подъёму и вернулся на площадку.
– Ну, вот, к сожалению, всё, что могу показать, товарищ Сталин.
– А Т54, он тоже может устраивать такие 'танцы'?
– Да, пушка гиростабилизированная, двигатель вполовину менее мощный, некомбинированная броня. Дальность гарантированного уничтожения до двух с половиной километров, нет противотанковых ракет, как у этого.
– Здесь всё понятно, товарищ Горский. Но ни у нас, ни в СССР81 ещё не коммунизм. Всё это вооружение стоит денег, и не маленьких. У Вас есть предложения той стороны?
– Да, товарищ Сталин.
– Мне они, пока, ничего не ответили, хотя я задавал эти вопросы руководству СССР.
– Распродажа вооружения, находящегося на мобилизационных складах, по себестоимости, экономически выгодна государству. Золотой запас СССР очень уменьшился. Романов сказал, что катастрофически уменьшился из?за падения цен на нефтепродукты. Вооружения, выпущенные до 68 года, значительно и качественно превосходящие как вооружения СССР43, так и вооружения Германии, они готовы поставлять за 16% их стоимости, но, если это вооружение пойдёт в другие страны, то они хотят имеет 25% от продажной цены. Они не возражают, если мы будем продавать эти вооружения в Америку и в Англию. Оплата – ценными металлами. Нас просили рассмотреть возможность удара по экономике США в будущем. Все остальные нюансы могут быть урегулированы соответствующими межправительственными соглашениями. И ещё, товарищ Сталин, товарищ Романов сказал, что наиболее выгодно поддержать усилия союзников по созданию Антибольшевистского Союза Гитлера или его последователей, США и Англии. СССР81 поддержит, и экономически, и технически, эти усилия, для того, чтобы разгромить военным путём все три великие державы. Военного потенциала СССР для этого хватит. Я, товарищ Сталин, считал, что в письмах Романова, которые я передал Вам, этот материал содержался.
– Нет, в них были намёки на подобное развитие событий, но открыто товарищ Романов этого не предлагал.
– Он стесняется. У нас принято говорить иносказательно и читать между строк.
– Руководитель государства не должен допускать двоякого прочтения его слов!
– Вы правы, товарищ Сталин. Но этот секрет утерян нашим руководством.
– Надо будет напомнить! А это что за лёгкие танки и почему у них над орудием лежит ракета?
– Это боевая машина пехоты БМП. Вооружена 73мм–вым гранатомётом с дальностью огня 1300 метров и ПТУРС 'малютка2'. Теоретически из него можно попасть по танку на расстоянии до двух с половиной километров.
– Вы так саркастически о ней говорите…
– Она того заслуживает! Её снимают с вооружения и заменяют БМП2. Там вместо Малютки – Фагот или Конкурс. Конкурс – вполне нормальное оружие. Из него попасть по цели труда не составляет. И вместо гранатомёта 30–мм автоматическая пушка с высокой скорострельностью и бронепробиваемостью. Хотя лучше использовать обе модификации в подразделении, но 'малютку' в утиль, товарищ Верховный. Стрелять из неё невозможно.
– Совсем?
– Нет, я пару раз попал. Но, танк стоял, не было кустов, БМП тоже стояла и это было стрельбище. В боевых условиях удержать трассер и цель в перекрестии при помощи джойстика не возможно. Плюс, после пуска по тебе открывают огонь, а ракета летит медленно.
– То есть, вы хотите сказать, что эта машина нам не нужна.
– Вовсе нет, товарищ Сталин. Как транспортная машина пехоты в равнинной и равнинно–лесистой местности она вполне приемлема. Но, боевое применение сильно ограничено. В основном, используются только осколочные гранаты и пулемёт. И оружие десанта. Но может сопровождать танки в атаке и уменьшать потери в пехоте при прорыве обороны противника. Довольно неприхотлива и имеет большую скорость движения.
В этот момент раздался ревун, и из портала появился трейлер, на котором стоял 40–футовый контейнер. Солдат–водитель подбежал к МАЗу, запустил двигатель и отогнал его в сторону.
– Что это? – спросил Сталин.
– Не знаю, сейчас принесут документы. – подошедший сержант ГБ протянул Сталину документы, тот передал их мне. – Радиостанции SCR284–A, американского производства, самолётные, приёмо–передающие.
А из портала выходил уже седьмой трейлер, пошли самолёты Р63 'Кинг–кобра', то, что обещал Кутахов. Сталин повернулся к Берия:
– Лаврентий! Срочно обеспечь дополнительно водителями, отремонтируй дорогу. Сделайте так, чтобы техника здесь не застаивалась, а немедленно поступала в Черкесск. Там люди уже работают, а у нас – конь не валялся!
Он немного утрировал, трейлеры без задержки уходили по дороге вниз, на двух последних трейлерах были вертолёты Ми24ду. На борту одного белой краской было нанесено: 'Иосифу Сталину, с любовью'. И характерная подпись Кутахова. Я попросил товарища Сталина встать возле этой надписи и сфотографировал его.
– Кто на них летать будет?
– Это учебные машины, товарищ Сталин. Маршал Кутахов прислал их специально для обучения лётчиков. В документах указана литература для техобслуживания и обучения. Так что он об этом подумал.