-- До вселения не выйдет, машина одна.
-- А куда его деть? -- опешила я. Если честно, я считала, что Рахаил отправил его с нами, чтобы Лир сдал нас на руки орденцам. Даже представляла: вот нас встречают суровые рыцари, под охраной везут в Башню Ангелов, там осматривают, спиливают чёртов браслет с руки Камы, и мы тихонько сбегаем в Старый Храм. Кама, конечно, будет визжать и орать, когда поймёт, куда я её привела, но что поделать. Только там мы сможем с ней потеряться до весны, подготовиться к экзаменам, и уже тихо мирно вернуться в обитель.
Правда, это если отец Фаррух ещё заправляет там делами. Но с другой стороны, а кто кроме него? Никто кроме Фарруха со Старым Храмом не совладает. Это не то место, куда можно поставить послушного бюрократа в коричневом платье.
Лир смотрел на нас круглыми глазами и растерянно хлопал ресницами. Потом спохватился:
-- Да я могу и обратно, если поезд есть. Билет с собой, -- он похлопал себя по груди. -- Я и так хотел на первом же поезде вернуться. У нас механиков почти не осталось!
-- Ну, как хочешь, -- Реза величественно махнула рукой куда-то в сторону перронов.
-- Вещи-то нам поможешь донести? -- только и спросила я. Мне стало очень грустно. И от расставания, и от того, что я остаюсь без его поддержки. Как никак, он был моим другом.
-- Разумеется, -- Лир ухмыльнулся от уха до уха. Он неожиданно тепло пожал руку орденцу в шинели и передал ему мой рюкзак. Не могу его винить. Рюкзак мало того, что тяжелый, так я набивала его в спешке, и в спину его жертве упиралась моя чашка и осенние ботинки на деревянной подошве.
Я попыталась приглядеться к орденцу -- видимо, это какой-то приятель Лира, раз они так тепло привтествовали друг друга -- но Реза решительно взяла меня в оборот.
-- Играс сказала, что у вас двоих неприятности, -- сестрица потащила меня к спуску с перрона. Я кашлянула, подбирая слова. Реза решила, что я жду продолжения.
-- У Синода к тебе очень много вопросов. Завтра будет малое заседание, сразу после кормления огня. Тебе на нём надо обязательно быть, совет хочет тебя видеть.
Все слова застряли где-то во мне и отказались выходить.
-- То есть, как это -- Синод?
-- Синод. Ты же проехала верхом на поезде через Океан? -- Реза вздохнула и поправила шаль так, что стало видно её лицо: круглое, с милыми конопушками и лёгким пушком над верхней губой. Только между бровями лежала хмурая складка, как будто сестрица была ужасно недовольна всем происходящим.
-- Ну, да, проехала, -- буркнула я. “А ещё убила голыми руками человека. И не одного. Это никто со мной не хочет обсудить?” -- А Синоду до этого какое дело?
-- Хотят взглянуть, что ты такое. Я так думаю, -- Реза уверенно тянула меня прочь от поезда. Почти все прибывшие вместе с нами люди уже разошлись, но всё равно, их было очень, очень много. А здание вокзала впереди выглядело ужасно огромным. Наверное, оно было больше всей нашей крепости у озера.
Мне стало страшно и пришлось напрячь всю свою волю, чтобы не начать хныкать, как ребёнку.
Правда, когда мы вошли в вокзал, в огромный зал встречающих, с колоннами, мозаичным панно и статуей Тума, Хранителя Странников, я всё же сдалась и жалобно всхлипнула. К счастью, даже Реза не обратила на это внимания.
На вокзальной площади мне стало, как ни странно лучше. Вдоль ребристого фасада вокзала тянулись остановки трамвая и ряды машин. Кто-то кого-то встречал, кто-то приехал по делам. Мы подошли к неказистой машинке с горбатой крышей на четырёх человек.
Здесь Лир крепко обнял Каму, потом меня. Тихо шепнул на ухо, не разжимая рук:
-- Не будешь дурить?
-- Не буду, -- пообещала я, стиснув его напоследок. Хороший он парень, и жаль, что наши пути с ним расходятся. -- Обними за меня старика, а? И скажи, что я его очень люблю.
-- Он знает. И просил стукнуть тебя напоследок, -- он шутливо постучал по моему лбу костяшками пальцев.
-- Великий Мудрый видит, ещё свидимся, сестрёнка.
-- Обязательно. Буду в Альдари, свистну, -- он подмигнул мне, ещё раз пожал руку орденцу и немного шутливо поклонился Резе. Та хмыкнула и очень серьёзно осенила его знаком солнца.
Лир убежал обратно в вокзал, загребая валенками снег, а мы остались стоять посреди огромной площади с кучей странных машин, деревьев и звенящих трамваев. Где-то здесь в этом городе живёт моя тётушка. Но вот только тётушка далеко, а я уже здесь и я одна.
Реза решительно усадила меня на задний диван. Я села и прижалась лбом к стеклу, пока орденец запихивал наши вещи в багажник, а Реза ковыляла вокруг автомобиля.
Напротив нас, совсем рядом с выездом со стоянки, стоял мужик в белом тулупе и курил трубку. Не знаю, почему мой взгляд зацепился за него. Слишком уж красивый тулуп наверное. И осанка. Прямо как у рыцаря. Каждый рыцарь должен уметь стоять прямо, как шпала, и не переминаться с ноги на ногу.