— О, Дэм пришел… — девушка нежно улыбнулась парню. Он, в свою очередь, лишь сдержанно кивнул. — А это?
Взгляд девушки переметнулся на меня.
— Алина, — представилась я, протягивая руку.
— Жанна, — прохладно ответила девушка, проигнорировав рукопожатие. — Дэм, кто это?
Дэм, не говоря ни слова, приобнял меня за плечи, указательным пальцем водя по татуировке, словно не специально.
— Это?.. Твоя?
Я уже хотела объяснить, что все это не более, чем фикция, но Дэм меня больно ущипнул, призывая к молчанию.
— Жанна единственная девушка среди Воинов Духа. Мы до сих пор не понимаем, как так получилось, что в наши ряды попала особь женского пола. Но, следует отдать ей должное, она молодец и отлично справляется с возложенной на нее миссией, — будничным тоном начал рассказывать мне Дэм, не выпуская из объятий сопровождая внутрь. Жанна смерила меня ледяным взглядом. Вот и началось знакомство с семейством Дэма…
Внутри было множество просторных комнат, связанных между собой длинными коридорами. Дэм уверенно вел меня по ним, обращая внимание на редкие картины или статуи. Изредка мимо нас проходили какие-то люди, безмолвно кивающие в знак приветствия. Я заметила одну странную деталь — на каждом из них была надета хотя бы одна кожаная вещь. Этот фетиш даже немного пугал — а что, если мы чуть ошиблись адресом и забрели совсем не на ту вечеринку? А мое “легкое и воздушное” смотрелось настолько нелепо, насколько это было возможно. И если когда-то мне приходилось называеть Дэма букой, то сейчас я была готова забрать эти слова назад — Дэм был паинькой и зайчиком. А вот от тех, кто периодически проходил мимо, так и веяло агрессией.
В большом зале, до которого мы, наконец, дошли было достаточно людно. Однако атмосфера казалась гнетущей. Напоминало встречу большой семьи, вынужденной терпеть друг друга в одной комнате из-за старенького дедушки, который распределял между ними наследство с учетом поведения. Делить присутствующим явно было что, а их нелюбовь друг к другу была заметна даже мне. Пробежавшись взглядом, я приметила мужчину, который производил более-менее хорошее впечатление. Более-менее добрые глаза и открытая улыбка. Было заметно, что мужчина занимал не последнее место во внутренней иерархии рода, что на него пытаются равняться. Получалось не очень, если честно.
— Добрый вечер, Дэм, — произнес он, когда мы вошли внутрь, — Ты пришел со своей суженой?
Дэм так же молча продемонстрировал знак принадлежности на моем плече. Очень хорошая позиция: вроде как на прямой вопрос не отвечаешь, следовательно не врешь, но и без ответа тоже никого не оставляешь, позволяя собеседнику самому сделать какие-либо выводы.
— Это Алина, — произнес, наконец, Дэм.
— Здравствуйте, — как можно более уверенно произнесла я, хотя голос дрогнул.
Сказать, что я чувствовала себя белой вороной на этом празднике жизни — ничего не сказать. А если точнее — единственным ярким пятном в этом царстве кожи и латекса. Ладно, про латекс я, может, чуть утрирую. Но серьезно, складывалось такое ощущение, что в следующую секунду откуда-нибудь из-за угла выбежит режиссер и скажет: “Стоп! Снято! Следующий кадр. Ну что вы, девушка, раздевайтесь, сейчас вас связывать будем”.
Так, Алина, возьми себя в руки, не время для подобных шуточек!
В комнате были и мужчины, и женщины. Последние вели себя не очень уверенно, старались даже взгляда не поднимать, безропотно поглядывая лишь на своих мужчин.
— Добрый вечер, Алина, — заговорил “главный”, - как тебе наше убежище?
— Замечательный дом, — вежливо улыбнулась я.
— Но ты ожидала большего? — спокойно поинтересовался “главарь”.
— Ага, свечей в черепах и гробы возле стен… — не удержалась я, представляя, как этот мужчина достает хлыст. Внутренне вздрогнув от ужаса, я отогнала непрошенные ассоциации прочь.
— Гробы возле стен… это к вампирам, — важно произнёс какой-то парень, стоящий подле стены.
— А свечи в черепах это прошлый век, — в комнату зашла Жанна и высказала свое «фи» моему комментарию. Неужели никто не понял, что я пошутила? Или шутка в такой ситуации была неуместна? Почему все пялятся на меня, будто я — явление какого-нибудь Великого и Ужасного народу. Причем явился он не иначе, чем в красных стрингах с розовым пушком. По-другому эти странные взгляды я воспринимать отказывалась.