— А вот души тоже бывают разные. Если опустить саму силу, то можно разделить на три вида: души Света, души Тьмы и души из Чистилища. Света и Тьмы — считаются самыми сильными. Если заключить темную душу в светлый меч, не произойдет никакого взрыва, меч не сломается, но важно, чтобы душа приняла вместилище и магию, в нем таящуюся. Это уже зависит от мастерства заклинателя стали, их всего семь. Но очень важно понимать, что в оружие, созданное человеком, невозможно заключить сильную душу. Только очень слабую, которую и на одно сражение то с трудом хватит.
Ракх встал, подошел к полке у стены и начал водить когтистым пальцем по корешкам. И как сообщить оборотню, что от подобного обращения книга может повредиться?
— Вот! — рыкнул он, извлекая бордовый потрепанный фолиант. — Почитай вот это, тут более подробно рассказывается. Приду в следующий раз, проверю знания.
— Спасибо, это и правда интересно, — я приняла книгу, разглядывая обложку. Раньше, когда расставляла все, не обращала на нее внимания. Оборотень, тем временем, смазал корешок арендуемой книги своей кровью и выложил на столик две зеленоватые монетки.
— Ракх, скажите, а когда вы обращаетесь, насколько вы себя контролируете? — поборов стеснение, поинтересовалась я.
— В момент обращения вообще не контролирую, — усмехнулся он. — Но вот через минут десять начинаю соображать.
— А что, если придумать такую конструкцию, которую можно будет зацепить за себя после превращения, и в которую будет вставляться кинжал?
Ракх почему-то громко засмеялся, а спустя минуту объяснил:
— Хорош я буду, если ее зацепить, к примеру, на морду. Волчий единорог…
Представив волка с торчащим изо лба кинжалом, который начинает бодаться… В общем, картинка и правда уморительная.
— Какая идиллия… — сзади послышался знакомый ехидный голос. — Картина маслом под названием оборотень и его обед.
Атмосфера легкости тут же испарилась, Ракх ощутимо напрягся, только в этот раз по-настоящему. Обернувшись, я увидела Дэма, видимо недавно телепортировался и узрел нас, мило беседующих, за чайным столиком.
— Доброго дня, Дэм, — сдержанно произнес оборотень. — Пожалуй, мне пора. Спасибо за беседу, Алина. В следующий раз загляну, проверю, прочитала или нет.
— Спасибо, Ракх. Счастливо!
Ракх под пристальным взглядом Дэма направился к двери, открыл ее и исчез. Круто, когда можно так вот просто исчезать.
— Псинка хочет, чтобы ты прочла его мемуары? — поинтересовался Дэм.
— О чем ты?
— Проверю, прочитала или нет, — передразнил Воин Духа, пародируя лающую интонацию оборотня.
— Очень смешно, — поморщилась я. Мне, почему-то, сильно не нравилось поведение Дэма.
Я взяла в руки книгу, погладила по обложке — теплая. Раскрыв на первой странице, увидела иллюстрации разного оружия.
— Так-так, кто разрешил? — Дэм выхватил книгу у меня из рук.
— Эй, мне Альвина разрешает читать книги из общей секции! — воскликнула я, вскакивая с места.
Дэм занес фолиант за голову, а мне пришлось по-дурацки тянуться, пытаясь вернуть себе рукопись. Поднырнув под рукой парня, я чуть толкнула его плечом и снова прыгнула. Разумеется, до книги не дотянулась — Дэм оказался проворнее — зато неправильно приземлилась на ногу и позорно упала.
Силой Дэма точно не взять, а вот женской слабостью? Можно попробовать.
Я старательно зашмыгала носом, схватившись за ногу. Было бы неплохо пустить слезу, но по заказу никогда не получалось. Дэм сверху вниз насмешливо меня рассматривал.
— А тебя не смущает, что подвернула ты левую ногу, а схватилась за правую? — поинтересовался он, подходя к полке и ставя книгу на место.
Ешкин-кошкин, так глупо попасться! Я встала и обиженно захромала к кассе. Нога не болела, но обидно было так, что походка получалась очень натурально.
— Девушка, вам помочь? — раздался за спиной холодный пронизывающий голос.
Я уже хотела развернуться, чтобы ответить, как почувствовала, что мой рот накрыла чья-то рука. Да с какого перепугу все так любят подбираться сзади?! Со злостью пихнула локтем, чем и поплатилась — локоть тут же пронзила острая боль, он будто столкнулся с куском скалы. От удивления я даже замерла.
— Видимо, твоя помощь более не нужна, — раздался другой голос, похожий на первый, но более теплый.
Меня тут же отпустили. Развернувшись, я увидела Дэма, вытирающего правую руку о брюки. Видимо, я его чуток пожевала.
— С какого?..
Он подбородком кивнул в сторону двери. Развернувшись, увидела двух братьев, которых я за глаза величала инем и янем. В своей записке Альвина строго настрого запретила разговаривать с «черным» братом. Может, это какое-то из проявлений расизма и ведьма хотела меня заставить позабыть о толерантности?