Выдохнув, я вновь встала. Сделала шаг налево, в голове тут же раздалась трель колокольчика. Может, про этот звон речь? Если так, то мне, почему-то, совсем не хочется идти в эту сторону. Шагнула правее, в голове тишина. Но вот пробираться через кусты шиповника желания нет. Может, просто идти прямо? Но тогда зачем была эта песнь? Я и так прекрасно шагала прямо. Или кто-то просто решил меня запутать? Странный лес, ужасный лес. Бежать отсюда надо…
Продолжив шагать по дороге из желтоватого камня, я задумалась о природе боли. Чем меньше я о ней думаю, тем сильнее она отступает. Иногда кажется, будто ступни не изранены до крови, но как только приподнимаю подол и смотрю, то ноги тут же пронзает острая боль.
Может, я все же ведьма? Просто слабенькая. Я где-то читала, что на каком-то этапе посвящения они обуздают болевой порог. Вдруг перед глазами проявилась картинка просторного помещения, заставленного стеллажами с книгами, колбами, амулетами. Проявилась и тут же пропала, и сколько бы я не пыталась вернуть этот образ — не получалось.
Густой лес сменило широкое поле, играющее бликами в свете красной луны. Вдали показался огромный рубленый силуэт замка с множеством башен. Темно-серые каменные стены перетекали в крыши из черных зеркал, отражающие ночное светило. За приоткрытыми черными окнами мелькали огоньки свечей, словно предприимчивые жители замка сновали туда-сюда по лестницам. Высокая арка главного входа радовала плоской гладью того же черного зеркала, но в этот раз подсвеченного прожекторами, распыляющими странное голубоватое свечение.
От созерцания отвлек утробный вой за спиной, сменившийся на глухой рык. Оборачиваться не хотелось, что-то мне подсказывало, что ничего хорошего я там не обнаружу. Вместо этого я сразу же побежала, стараясь унять сердце и избавиться от удавки страха. Вой повторился, только теперь из двух глоток. Ступни вновь пронзила боль, но теперь я видела замок, знала, куда бежать. Место, где живут люди. Ну, надеюсь, что люди, а не кто-то вроде Виевны.
Тяжелое дыхание и порыкивание следовало за мной, судя по топоту лап — зверь был не один. Казалось, что вот, именно сейчас меня схватят за ноги, растерзают, но пока удавалось бежать. Как проникать внутрь, я не знала. Видела лишь огромное черное зеркало, стремительно приближающееся. Стал заметен мой бегущий силуэт и… с десяток больших тварей, бегущих по пятам.
Ни за что не поверю, что эти волкоподобные не смогли меня поймать, следовательно… они меня просто загоняют? К замку? Жаль, что другого выхода нет — мне остается только бежать вперед.
С каждым моим шагом замок становился все больше, уже не было возможности разглядеть верхушки башен, я могла сосредоточиться лишь на странном черном зеркале, к которому бежала со всех ног. И как пройти сквозь него?! Или эти твари хотят, чтобы я разбилась?
Низкий рык, кто-то зацепил подол моего платья. Громкий треск ткани и подол остался в зубах волкоподобного. Позади послышался прерывистый лай, будто одна из тварей залилась смехом. Я ускорилась, сердце выпрыгивало из груди, дыхание сбилось, в носу защипало, а во рту появился странный металлический привкус. Зеркало было все ближе, все ближе отражались и страшные создания. Зажмурившись, я лишь стремительней подалась вперед. Уж лучше потерять сознание от столкновения, чем чувствовать, что какие-то звери заживо отрывают куски твой плоти.
Столкновения не произошло, вокруг не рассыпались мириады крохотных осколков, а я словно прошла сквозь кисель. Открыв глаза, я поняла, что нахожусь по ту сторону зеркала, а сами волкоподобные остались с другой. Они с чувством выполненного долга возвращались к кромке леса, даже не оборачиваясь в мою сторону.
Бессильно опустившись на холодный камень, я облокотилась на боковую стену и прикрыла глаза. Тяжелое дыхание разрезало ночную тишину и отталкивалось от стен глухим эхом. Сердце стучало где-то в районе горла. Двигаться сил не было. Я погрузилась во тьму.
Нет! Если у тебя нет выбора, тебе все-таки придется сделать выбор.
Если нет никаких вариантов, придумай их.
Нельзя просто так позволить миру одолеть тебя.
Он слишком долго делал это. (с)
— Я нашел ее тело в пустой квартире, — произнес Дэм, ковыряя мизинцем корешок книги. — Никаких следов, только демонятиной попахивает. Скорее всего пришли за долгом, застали врасплох, усыпили.
— С этим мы уже ничего не сможем сделать, Дэм, — вздохнула Альвина, проводя светящейся голубоватым цветом ладонью над лбом лежащей на полу девушки. Она мирно спала. Дыхание было ровным, хотя буквально пару минут назад она металась во сне, будто ей снился кошмар, из которого она не могла выбраться.