Последние его слова утонули в звоне, комната подернулась дымкой, мир поплыл, и я окунулась в спасительную негу…
Мур… Мурмур… А-ли-на…
Темнота окутывает со всех сторон, проникает внутрь. Мы становимся единым целым. Смутные образы то появляются, то пропадают, тут же исчезая из памяти… Мужчина с женщиной и ребенком в парке…
Мур… Мурмурмур… А-ли-на…
Пожилой дед, протягивающий сумку. Вокруг его глаз залегли благородные морщины, но сам взгляд располагал к себе. На него смотреть больно…
Мур… Мурмур… А-ли-на…
Темнота… Где я? Кто я? Что я? …
Красивая темноволосая женщина в длинной аляповатой юбке. Она сидит за круглым столиком, разглядывая карты.
Мур… Мурмурмур… А-ли-на…
Парень, шея и руки которого украшена татуировками. Он смотрит с ехидцей, но по-доброму. Сердце екнуло. Сердце? Какое сердце. Я существую? Чувствую? Нет, я темнота…
Мур… Мурмур… А-ли-на…
Черный упитанный кот, с пронзительными зелеными глазами. Сидит и с укоризной смотрит на меня. Длинный пушистый хвост мотает из стороны в сторону, а нос дергается, как от резких запахов.
— Ну наконец-то! — произносит кот. Странно… Со мной разговаривает кот. Он что, видит меня? — Я уж думал, не дозовусь…
— Кто ты?.. — произношу я.
— Значит, и правда память потеряла… — протягивает кот. — Бегемот я, твой фамильяр. Кстати, ну и имечко. Ты хоть знаешь, что как фамильяра назовешь, такую службу он и сослужит?
— Фамильяр, то есть я все же ведьма? — я начинаю постепенно понимать, что это все сон, что я потеряла сознание в кабинете какого-то Хара Дарсана, который наказал называть его «господином» или «хозяином».
— Ведьма? Нет. Ты это ты, — задумчиво изрекает Бегемот. — И каким-то образом ты оказалась в Меределе. Не поведаешь?
— Я не помню, — отвечаю я.
— Ну оно и не так важно, — буркает кот. — Надо думать, как тебя оттуда вызволять. На эту тему идеи есть?
— Нет, — всхлипнув, отвечаю я. Грусть, тяжелой волной расползшаяся по груди, переплетается с паникой.
— Эта ведьма и Воин Духа что-то воротят, но ко мне даже прислушиваться не желают! Натворят дел, а мне потом расхлебывать придется, так что мы должны их опередить…
Темнота вокруг начинает алеть, расползаться красными пятнами. Кажется, я просыпаюсь…
— Алина, я еще приду, — быстро тараторит кот, оглядываясь. — И помни, ты — это твое сознание, ты можешь управлять собой, как тебе заблагорассудится. Мередел не только место кошмара и ужаса, но и фантазии. Хару Дарсану не дове…
Яркий свет…
… когда уже не спишь, не так-то просто с точностью определить, что тебя разбудило.
(с) Джон Бойн. Мальчик в полосатой пижаме
Яркий свет проникал из-за легкой прозрачной занавески, пробираясь к векам. Мягкая перина позволяла с удовольствием вытянуться. Приятный запах свежеиспеченной сдобы заставил желудок протяжно бурчать.
Открыв глаза, я увидела резной голубой потолок. Сама я лежала на широкой кровати. В углу комнаты возвышалось мягкое на вид кресло, а подле него, на круглом маленьком столике, лежали булочки разного вида и высокая кружка, от которой витиевато поднимался пар. Стекла, снаружи казавшиеся темными, без проблем пропускали в комнату солнце и, казалось, даже легкий приятный ветерок.
Мне что-то снилось. Что-то важное! От неожиданной мысли, я вскочила с постели. Не помню… Дурная память, надо выяснить, есть ли какое-то противоядие от этих жуков забвения.
Выглянув в большое окно, я увидела огромное зеленое полотно — кроны деревьев, переплетающиеся красивым узором. Лес словно дышал, а каждый листик дерева ему вторил, танцуя лишь известный лесным дриадам танец. Хотя… Вспоминая этот лес, рискну предположить, что танец они исполняют какой-нибудь Виевне.
— Добрый утр, — позади раздался тоненький голосок. Обернувшись, я заметила существо, похожее на Ши, но явно женского пола. — Я есть тамми Ди. Ты есть Алина. Верно?
— Да, доброе утро, — ошарашенно кивнула я.
- Я принести есть, — тамми махнула рукой с двумя толстыми пальцами и длинными алыми ноготками в сторону столика. — Человек должен есть.
— Тамми Ди не составит мне компанию? — спросила я. — Тут мне очень много.