- Ну это не страшно! - беспечно махнул рукой Самойлов. - Научим уму-разуму.
- Так никто и не говорил, что это страшно. Это так, небольшое лирическое отступление перед самым интересным. Страхи впереди начнутся, - Владимир Михайлович сделал последнюю затяжку и раздавил окурок в пепельнице. - Считайте, что у нас в городе, пока, подчеркиваю пока, не гласно введено военное положение. Ситуация слишком опасна. Вы оба знаете, что происходило в последнюю неделю. Такого не было не только в нашем городе, такого не было никогда и нигде вообще! Почти вся власть переходит в руки безопасников. И знаете почему? - решил заинтриговать шеф.
- Существуют сомнения, что все эти преображения произошли по естественным причинам? - предположил Малинин.
Лицо Владимира Михайловича на миг вытянулось от удивления, но он тут, же справился с эмоциями.
- Ты меня удивил! Сам догадался или подсказал кто?
- Мы с коллегой, - Малинин указал на Седого, - совсем недавно, пришли к схожим выводам.
- Есть какие-то предположения?
- Откуда? Скорее всего, всплыл какой-то неизвестный артефакт.
- Безопасники сказали тоже самое. Кто их знает, может, и вправду не врут? Короче, приходится подтягивать все резервы. Если артефакт найти не получится, то мы, хотя бы должны постараться не допустить повторения сегодняшних событий.
- И как вы себе это представляете?
- С завтрашнего дня над городом будет висеть с десяток воздушных шаров, на которых будет установлено специальное оборудование. Если произойдет всплеск, то в ту точку сразу же будет отправлена группа специального назначения. К нам перебросили несколько групп спецназа, которые уже рассредоточены по районам в городе. В теории, они прибудут в любую обозначенную точку в течении, максимум, двух минут. А там такие профессионалы, что любого преображенного как нечего делать забодают!
- Круто! - признал Малинин.
- Не то слово. Только вот, знал бы ты, насколько мне проще жилось бы, без этой самой крутости! - горько произнес Владимир Михайлович.
- Значит, безопасники теперь будут во все щели свои носы совать?
- Да они и так излишней деликатностью не отличались. Ну и пускай куда хотят, лезут, это их работа, в конце концов. Главное, чтобы был эффект.
- Вы думаете, что опасность настолько серьезна? - Спросил Дмитрий.
- А тебе так не кажется?! Представь, что могут сделать террористы, если у них в руках артефакт такой мощи! Сегодня они наглядно продемонстрировали, что могут преображать несколько людей сразу. Представь, что будет, если они так несколько домов обработают. От города, в лучшем случае, останется большая воронка!
- Я все это понимаю, не хуже вашего. Но с чего вы взяли, будто артефакт находится в руках у террористов? - Дмитрий проигнорировал взбесившегося шефа, и ответил ему спокойно, не повышая голоса.
- А у кого, если не у террористов?
- Будь он у них, почему они не использовали его на всю катушку? Времени у них было на это с избытком, мы бы им помешать ни как не смогли!
- Излагай дальше, - шеф окончательно успокоился. Во взгляде его появилось что-то хищное. Нутром чуял, что Малинин прав.
- Я убежден, что ни какие это не террористы! Основные причины так думать, я вам уже изложил. А подозреваемого, я вам сейчас предоставлю. Вспомните, кто становился преображенным. Они все политики, которые, так или иначе, участвуют в предвыборной гонке. Устроил это все, один из уцелевших кандидатов, мне так кажется. Либо некая темная лошадка, которая теперь тоже вольется в предвыборную гонку.
- Мне теперь тоже, - задумчиво ответил шеф. - И кто бы это мог быть? Мэр? Нет, вряд ли. Его ближайшего помощника устранили первым, да и сам он сегодня тоже, благодаря одному только чуду уцелел.
- Вы попробуйте это информацию слить безопасникам. У них методы поинтересней, и прикрыть смогут любого, - подсказал Седой.
- Я, конечно же, так и поступлю, без тебя соображаю. Пока же выношу вам благодарность. Временно устную. Но, если ваша информация подтвердится, ждите наград и, возможно, повышения. Кстати, - шеф повернулся к Малинину. - В понедельник зайди, получи свою заслуженную медаль за кладбище, плюс премию в размере полугодового жалования. Страна помнит своих героев.
- Спасибо конечно, а как же Денис? Он же там навоевал больше моего!
- А Дениска обломится, - шеф опустил взгляд. - Говорю же, страна помнит своих героев, вот и его предыдущие геройства не забыли. Прошение мое, на его имя, отклонили, не объяснив причины. Но сказали, что ему это в дальнейшем зачтется.
- Премного благодарен, - ядовито усмехнулся Седой. - Увидите тех, кто вам это пообещал, передавайте от меня привет, и слова благодарности.
После этих слов Седой расхохотался. За время пока длилась беседа с шефом, Самойлов умудрился допить первый штоф с водкой, и осушить на половину второй. Сейчас он был уже хорошенький.
Владимир Михайлович проигнорировал состояние стража, лишь недовольно поморщился.
- Ладно, мужики, засиделся я с вами. Пойду, попробую с безопасниками связаться, сейчас еще не очень поздно.
Пожав на прощание руки стражей, Владимир Михайлович удалился.
- Если мы с тобой угадали, то тебя опять наградят. А меня снова прокатят, - тяжело вздохнул Самойлов. - А я ведь так славу люблю, награды всякие. О медальке столько лет мечтаю. На стенку бы повесил, в туалете, и каждый день любовался ею, сидя на своем троне из белого камня и думая о вечном. Снова ведь обломают.
- Да, нелегко тебе приходится! - рассмеялся Дмитрий.
- Точно. Выпьем за то, чтобы в жизни появилась справедливость!
Оказалось, что рюмки уже наполнены. Выпили. Закурили.
- Что же ты такое страшное совершил, что тебе это до сих пор простить не могут?
- О-о-о, брат, злодеяние я, то еще совершил! Как вспомню, самому страшно становится! Но сказать не могу, совершенно секретная информация! - Денис поднял указательный палец верх, подчеркивая все серьезность им сказанного.
- Второй раз за день, мне этим грифом нос утирают!
- Привыкай, жизнь она штука такая, стремная временами. Ни че, я тебе, как-нибудь, по секрету шепну, если поклянешься ни кому не говорить! А если проболтаешься, то, чтобы никому не говорил, что это я тебе рассказал, - язык у Седого уже ощутимо заплетался. - Поклянешься?
- Поклянусь, сразу как будет надо, - пообещал Дмитрий.
- Мужик! Уважаю! Накатим?
- Давай, - Малинин только махнул рукой. Раз уж решил напиться, значит надо напиться!
Выпили еще по одной. Потом еще. И еще.
Дмитрий даже не заметил, в какой момент кафе, вместе с людьми, превратились в калейдоскоп разноцветных пятнышек, принявшихся крутиться у стража перед глазами.
- Ты как себя чувствуешь? - аккуратно потряс за плечо своего собутыльника Самойлов. Он уже не казался таким пьяным. Будто увеличение количество выпитого, помогло ему протрезветь. Либо уже сам Малинин смотрел на него другими глазами.
- Чувству я себя, обалденно. Правда, бухой в жопу!
- Ты слегка пьян.
- Если я говорю, что я в жопу бухой, значит бухой! - категорично отрезал Дмитрий.
- Как скажешь, - Седой поднял вверх руки, демонстрируя, что сдается.
- Так-то лучше, - удовлетворенно пробурчал Малинин. - Брюзжишь, как мамочка, над целкой единственной дочки подростка. Дай мне лучше сигарету!
- Какое красочное сравнение, - тихо, себе под нос, сказал Седой, но сигарету протянул.
Дмитрий курил сигарету не получая от нее не малейшего наслаждения, и почти не ощущая вкуса. Веселье буквально переполняло его. Все проблемы, казавшиеся всего час назад очень серьезными, ничего кроме улыбки теперь не вызывали. И люди вокруг были всего лишь клоунами, которые делали все, чтобы рассмешить окружающих. Да и сам себе он теперь казался чрезвычайно забавным - пьяный и довольный.