Седой, не спрашивая, налил до самых краев. Одну рюмку толкнул Малинину.
— Да я, вроде как, не употребляю.
— Будет тебе из себя девочку строить! Сам же сказал, что сегодня выпьешь, вот и пей!
Тяжело вздохнув, Дмитрий поднес рюмку ко рту. Пить что-то крепче водки ему, в последний раз, довелось во время свадьбы.
— Ну, давай. За нас с вами, и за черт с ними! — провозгласил Седой.
Дзынькнули рюмки.
Дмитрий проглотил водку одним глотком. Водка была ледяной, будто снежок, но в следующий момент холод превратился в испепеляющий жар, который обжог гортань, и фаерболом ухнул вниз по пищеводу. Дмитрий поморщился и сквозь зубы прошипел:
— Во бля-я-я…
— Хорошо пошла? — усмехнулся Самойлов.
— А то! Давай еще по одной?
— Спрашиваешь! Погнали, — набулькал еще по порции. — За нас красивых!
Вторая порция прошла легче. Дмитрий захрумкал огненную воду огурчиком и почувствовал себя на вершине мира. Такой легкости в теле и ясности восприятия у Дмитрия не было уже давно. Стало даже слегка жарко, так что пришлось расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки. Развалившись на стуле, Дмитрий с удовольствием закурил. После выпивки, закурить оно самое то. Не хуже, даже, чем после секса.
Обнаружив возле себя полупустую кружку с пивом, Малинин осушил ее одним мощным, богатырским глотком.
— И не стыдно тебе, единственного трезвенника нашего отдела спаивать? — раздался насмешливый голос шефа. Стражи, увлеченные процессом возлияния, не заметили появления высокого начальства.
— Это я его сам попросил налить, — постарался выгородить приятеля Дмитрий. — Присядете?
— Конечно, а вы, думали, я к вам просто так подошел, языком почесать? — шеф, не продолжая улыбаться, сел за стол.
— Будете? — Самойлов весьма выразительно щелкнул ногтем по штофу, отозвавшемуся легким звоном.
— А давай! — махнул рукой Владимир Михайлович.
Выпили по третьей.
— Что, все не так безоблачно, как вы только что всем описали? — спросил Седой, прожевав огурчик.
— Все гораздо хуже. Вы себе даже представить не можете насколько. Дай, что ли сигарету, — Седой удивился, но виду не подал. Протянул шефу пачку, поднес огоньку. Владимир Михайлович был яростным противником курения, и вдруг сам попросил сигарету. Это что же нужно было сделать, чтобы так человека достать?!
Шеф затянулся и, поморщившись, выдохнул тонкую струйку дыма.
— Лет двадцать уже не курил, — признался он, рассматривая сигарету, зажатую между указательным и средним пальцами руки. Снова затянулся. — Черт возьми, до чего же приятно! Я ведь бросил сразу, как узнал, что у меня первенец должен родиться.
Стражи понимающе покачали головами.
— Так и насколько все плохо? — посчитав, что лирическое отступление закончено, перешел к делу Седой.
— Как я уже сказал, дела хуже не придумаешь. Около трети личного состава выбыло из строя, четверть навсегда, — шеф поморщился, как от боли, называя эти цифры. — Это я говорю только о следователях, стражей погибло еще больше. Так что массовые увольнения отменяются. Можете и дальше изредка пошаливать, мэр вас теперь и пальцем не тронет — ему порядок в городе нужно поддерживать, — шеф невесело усмехнулся. — Теперь, будут затыкать дыры молодняком. Будут во время работы опыта набираться.
— Ну это не страшно! — беспечно махнул рукой Самойлов. — Научим уму-разуму.
— Так никто и не говорил, что это страшно. Это так, небольшое лирическое отступление перед самым интересным. Страхи впереди начнутся, — Владимир Михайлович сделал последнюю затяжку и раздавил окурок в пепельнице. — Считайте, что у нас в городе, пока, подчеркиваю пока, не гласно введено военное положение. Ситуация слишком опасна. Вы оба знаете, что происходило в последнюю неделю. Такого не было не только в нашем городе, такого не было никогда и нигде вообще! Почти вся власть переходит в руки безопасников. И знаете почему? — решил заинтриговать шеф.
— Существуют сомнения, что все эти преображения произошли по естественным причинам? — предположил Малинин.
Лицо Владимира Михайловича на миг вытянулось от удивления, но он тут, же справился с эмоциями.
— Ты меня удивил! Сам догадался или подсказал кто?
— Мы с коллегой, — Малинин указал на Седого, — совсем недавно, пришли к схожим выводам.
— Есть какие-то предположения?
— Откуда? Скорее всего, всплыл какой-то неизвестный артефакт.
— Безопасники сказали тоже самое. Кто их знает, может, и вправду не врут? Короче, приходится подтягивать все резервы. Если артефакт найти не получится, то мы, хотя бы должны постараться не допустить повторения сегодняшних событий.