Малинин вбежал в кухню последним. Террориста уже повязали. Он лежал на полу кулем и не подавал видимых признаков жизни. Под левом глазом у него разливался огромный, просто необъятных размеров синяк. Видимо его приложил здоровяк, первый ворвавшийся в квартиру. Если так, то парень еще легко отделался. Учитывая не хилые размеры стража, он с одного удара и убить мог.
Спрятав пистолет в кобуру, Дмитрий присел на табуретку, и принялся рассматривать задержанного. Мужчина восточной внешности, за тридцать, невысокий, щуплого телосложения, с торчащими ежиком, коротко подстриженных волос.
На кухню собрались остальные стражи, доложившие, что в квартире «чисто».
— Отлично, благодарю за работу, — сказал Денис, усаживаясь на подоконник. — Позовите ребят с улицы, пускай не отсвечивают там. Вдруг его подельники нагрянут. Пускай лучше в подъезде стоят и любопытствующих прогоняют. Всем остальным, найти понятых и приступить к обыску квартиры, соответствующий ордер мне выдали. Найдете чего интересного, зовите меня. Всем все ясно? Исполняйте.
Дождавшись пока стражи, уйдут, Седой закурил.
Дмитрий с удовольствием деактивировал шлем, и сразу почувствовал себя лучше.
Его примеру последовал Артем.
Теперь на кухне осталось четыре человека — три стража-следователя, и задержанный мужчина без сознания.
Дима достал сигареты.
— Слышь, этого растормоши, — попросил Седой, выпуская колечко дыма.
Кивнув, Малинин съездил по ребрам задержанного ногой:
— Подъем, падла!
— Какой ты суровый, — усмехнулся Седой.
— А что мне еще было делать? — удивился Дмитрий. Он подошел к коллеге и стрельнул огоньку. Умудрился где-то свою зажигалку посеять.
— Взял бы да поцеловал! Вдруг это не он, а она?! Лежит уродливый мужик, один чмок, хлоп и уже шикарная баба! — захихикал Седой.
— Я, как-нибудь в следующий раз, после тебя, — не обратил внимания на подкол Малинин.
— Смотри, — загадочно сказал Денис, — второго такого удобного случая может больше и не представиться. Локти себе потом кусать будешь!
— Придурок, — беззлобно огрызнулся Дмитрий.
— Ребят, хватить зубоскалить, — встрял Смирнов. — Он, кажется, уже в себя приходит.
— Ты гляди, какой крепкий! — удивленно сказал Самойлов. — Я думал, он еще пяток минут в ауте проваляется.
— Если его слегка окурком прижечь, он прямо сейчас на ноги вскочит, — задумчиво протянул Дмитрий.
— Нет, ты сегодня, правда, какой-то ни такой. Кровожадный слишком.
— Жизнь такая.
— Вот, а если бы поцеловался, и самому бы стало на душе легче, и нас бы повеселил!
— Убью, — меланхолично пообещал Малинин.
— Ребят, вы кто, а? — раздался испуганный голос с пола.
— Мы — оборотни в погонах. И теперь вам пришел капздец, — зло сказал Смирнов и сплюнул на пол. Вчера он, впрочем, как и все стражи, изрядно набрался. К тому же ему набили морду, опозорив перед всем народом Отдела. Опохмелиться не дали, да еще потащили, не пойми куда, обещая приключения и славу. К тому же он крайне неловко чувствовал себя в присутствии Самойлова. С одной стороны, при одном взгляде на стража — колоссальная вспышка гнева. Едва увидев лицо Дениса, его сразу же хотелось прибить. С другой стороны, чувство страха. Теперь парень начал слегка побаиваться Седого и не знал, как себя вести в его присутствии. Потому и был парень сейчас взвинчен и зол.
— Артем, ну как вам не стыдно? — с ехидцей спросил Седой. — Посмотрите себе под ноги — сразу видно, что хозяева, хоть и террористы, очень чистоплотные люди. Полы так и сверкали, пока мы не пришли. Мы же им сначала грязными сапогами все испохабили, теперь еще вот вы харкаться изволите. Не стыдно?
— Нет, не стыдно. Стояли бы возле порога теплые пушистые тапочки, я бы с удовольствием переобулся.
— Врете вы все, коллега. Пиздите, как сказали бы в народе.
Говорил он все тем же елейным голоском, и улыбался во всю мощь своей неотразимой улыбки, только обращался уже к задержанному:
— Где подельники?
— Я не понимаю о чем вы!
— Да? Не понимаешь, говоришь? Где работаете?
— Временно не работаю…
— Раз не работаешь, значит, террорист! Где твои люди?
— Я не…
Закончить предложение Самойлов ему уже не дал. Хлестко, почти без замаха он ударил его носком сапога под ребра. Ударил сильно, умеючи, да и подкованные железные носки сыграли свою роль — что-то весьма выразительно хрустнуло. Подозреваемого, силой удара, перевернуло с живота на спину.