— Осталось понять, что это вообще такое…
Артём прошёлся вдоль стоек с аппаратурой, разглядывая в свете керосинки малопонятные надписи.
— Судя по исполнению и по тому, как глубоко это закопано, идея была в том, чтобы все это железо пережило ядерный взрыв или нечто столь же глобальное. Но что оно делало — ума не дам. Ни на что знакомое не похоже. Это не радиостанция, не РЛС, не пункт управления и не пункт связи. Ни одной надписи: «Внимание, противник подслушивает!».
— А разве бывает что-то ещё? — удивился Борух.
— Ну, раз мы это видим — значит, бывает… Обрати внимание, здесь нет никакого места для операторов. Никаких пультов, экранов — даже кресел нет.
— И что это значит?
— Скорее всего, некое автоматическое… э… не знаю что. Набор аппаратуры под одну функцию. Раз настроено и работает. Само или по команде откуда-то — черт его поймёт…
— При таком уровне защищённости само должно, — предположил Борух. — А ну как снаружи некому будет дать команду? Наверху всё нафиг ударной волной с говном смешает, а тут вот оно, работает себе. Иначе какой смысл так глубоко закапывать? Этакие вещи обычно и делаются под тот случай, когда на поверхности уже никого нет.
— Это, в смысле, вот как сейчас, да?
Борух с Артёмом нервно переглянулись и снова посмотрели на аппаратуру. Теперь им казалось, что есть в её молчании что-то зловещее.
— Мне вот что стало интересно, — протянул Артём, — оно уже сработало? Или должно было сработать, но не смогло, потому что электричество пропало? Или ещё сработает — потом, когда электричество появится?
— Что-то мне от этой мысли как-то не по себе становится, — признался Борух. — Меня всегда пугали все эти «системы мёртвой руки», рассчитанные на то, что все вдруг умерли, а они нет… Хрен его знает, чего от них ожидать.
— Может её как-то вырубить, от греха? — спросил Артём.
— Так все равно электричества нет.
— А вдруг появится? Я из обмолвок наших давешних гостей вынес впечатление, что это у них бывает, хотя и редко. Может и не так понял, конечно…
— Да, мне тоже так показалось. А ты найдёшь, как её выключить? Я-то не по этим делам — мне взорвать проще…
— Я, видишь ли, не на писателя учился, а совсем наоборот, в политехе на радиотехническом. Закончил в 90-х, когда инженеры нахер никому не нужны были, вот и ушёл в литераторы, которые тоже никому нахер не нужны, но за них и не обидно. Однако общее представление о предмете имею, да и срочную служил по этой линии, в войсках связи. Опять же — ломать не строить, должен же тут быть какой-нибудь рубильник с надписью: «Всё нахуй вырубить совсем»?
Артём, держа лампу на отлёте, пошёл между стойками, внимательно вглядываясь в переплетение кабелей.
— Знаешь, Борь, что любопытно? Похоже, что вся эта груда железа завязана на вот этот кабель… Он, по логике, должен пойти к какому-то исполнительному устройству.
В углу обнаружился узкий проход, куда и уходил пресловутый кабель. За ним было крошечное помещение, больше напоминающее естественную пещеру — или просто какая-то ниша, со стенами из природного известняка. Посредине её из пола торчала цилиндрическая колонна из чёрного камня, на которой стоял компактный контейнер, больше напоминающий бытовой сейф, чем продукт радиоэлектронной промышленности — во всяком случае, дверца у него запиралась типичной сейфовой блестящей крутилкой с циферблатами. Сбоку, впрочем, был кустарно врезан герметичный военный разъём, в который вкручивалась фишка нетолстого кабеля в металлической оплётке. Артём подёргал дверцу, но она оказалась закрыта.
— Похоже, в квесте с Кощеем мы прошли «утку-в-зайце» и дошли до стадии «иголка-в-яйце»…
— Ничего себе яйцо, внушает, — кивнул Борух. — Значит, ты думаешь, внутри и есть Кощеева смерть?
— Знаешь, если на секретном складе за потайной дверцей под таинственным подвалом в глубоко подземном супертайном бункере какую-то херню ещё и в сейф запирают, то вряд ли это заначку от жены спрятали.
— Глянуть бы, что внутри…
— Тс-с-с! — Артём приник ухом к сейфу — Там что-то жужжит тихонько. Как будто, не знаю, шестерёнки какие-то крутятся…
— Дай-ка… — Борух тоже приложил ухо к дверце. — Знаешь, на что похоже? Вот были фотоаппараты старые, механические, с автоспуском, помнишь? Там такая крутилочка спереди взводилась, а потом, жужжа, бежала обратно. Вот такой же звук, в точности.
— И правда, похоже, — кивнул Артём. — Что-то я уже начинаю опасаться. Что будет, когда оно дожужжит и затвор сработает…