Дмитрий говорит о том, что мои друзья даже на огромном расстоянии поддержат меня и не прекратят со мной контактировать. Тогда я решила, что напишу письмо для Софии и Андрея и передам через Диму. Если они мне ответят, то я буду счастлива, я хочу, пусть даже так, чувствовать их близость, это придаст мне уверенности и сил.
— Который час? — спросила у Димы, когда уже многое было обговорено, а желание спать пропало.
Он достал из кармана телефон и через пару секунд произнёс:
— Начало девятого.
Обняв его крепко, ещё около минуты лежала молча, а потом меня словно кипятком ошпарила, и я подскочила с кровати. Всё ещё в той же одежде, в которой играла в футбол, помятая и растрёпанная, включила свет и быстро открыла шкаф.
— Что стряслось? — лёжа на кровати с усмешкой спросил Дмитрий.
Достав другие футболку и штаны, быстро бросила пару слов в ответ:
— Я совсем забыла.
Затем, не обращая внимания на Диму, побежала в ванную. Впопыхах переоделась, грязную одежду кинула в корзину для белья, умыла лицо и расчесала волосы. Из ванной вылетела как пуля и тут же оказалась пойманной Дмитрием.
— Лида, уже не смешно, куда ты собралась? — спросил он, посмотрев мне в глаза.
— К Аркадию Семёновичу! Я совсем забыла про него, — быстро ответила я.
— Лучше бы ты так на наше свидание торопилась, — произнёс он, не отпуская моих рук.
— Дима! Иди домой, — серьёзно произнесла я. — Не мешай мне.
Он засмеялся.
— Выгоняешь, значит, — с притворной досадой произнёс он. — Что ж, я уйду, но для начала ты поужинаешь, — и он указал рукой на накрытый стол, приглашая меня сесть за него.
— Дима, мне некогда, — недовольно пробормотала я.
— Чем больше ты будешь сопротивляться, тем дольше не выйдешь из номера, — ответил он наставническим тоном.
Бросив на него сердитый взгляд, села за стол и принялась быстро кушать. Дмитрий сел напротив меня, но в отличие от меня ел в спокойном темпе. Поужинав, я сразу же встала и, взяв с полки ключ-карту, надела сандалии и произнесла:
— Я потом всё уберу. До встречи, Дима и спасибо за ужин, всё было очень вкусно.
Оставив Диму одного в номере, побежала в ресторан. Пробегая мимо столов, чуть не упала, задев ногой стул. Взгляды посетителей были обращены в мою сторону, но мне было абсолютно всё равно, что они смотрят на меня. На кухню залетела, как голубь в квартиру.
— Аркадий Семёнович, простите меня, я виновата перед вами и совсем забыла про торт, — начала говорить ему, когда наконец-то добежала до нужного места.
Улыбаясь, Аркадий Семёнович произнёс:
— Всё хорошо, Лидочка, не переживай ты так. Знаю, что сегодня у тебя стряслось — расспросил Артура. Мне жаль, что всё так вышло, — последние слова он сказал грустным голосом.
— Аркадий Семёнович, я справлюсь, обещаю. А теперь давайте о хорошем — что там с тортом? — тихо произнесла я, дабы не посвящать других поваров в это дело.
Аркадий Семёнович снова улыбнулся, а затем быстро вышел из кухни. Пока ждала его возвращения, успела отдышаться. Он вернулся с большой бело-розовой коробкой, повязанной атласной лентой, и протянул её мне, сверху на коробке под лентой увидела белый конверт.
— Вот и торт, — скромно произнёс он.
Коробка была большой, поэтому сразу стало понятно, что Аркадий Семёнович потрудился на славу. Улыбнувшись ему, взяла, коробку с тортом и радостно произнесла:
— Скоро вернусь и всё вам расскажу.
Медленно вышла из кухни и аккуратно пошла к лифту. На этот раз на меня уже смотрели удивлёнными глазами: то несусь сломя голову, то иду медленнее черепахи с большой коробкой в руках, боясь уронить торт.
— Лида, ты теперь у нас курьер? — смеясь произнесла Таша, когда я проходила мимо ресепшена.
«Если повезёт, то кусочек этого торта Нина принесёт тебе» — подумала про себя я.
— Курьер по доброй воле, — ответила Таше.
Она и охранник засмеялись, а в этот момент из лифта вышел Дмитрий.
— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — сказал ему охранник, в ответ он получил лишь кивок. Глаза Дмитрия смотрели на меня — идущую к лифту.
— До свидания, Дмитрий Алексеевич, — с улыбкой сказала ему я, проходя мимо.
— И когда свидание? — с ухмылкой произнёс он, не давая лифту закрыться.
— Когда придёшь ко мне с такой же коробкой, в которой будет много шоколада, — пошутила я.
— Могу прямо сейчас показать тебе шоколадную фабрику, — с улыбкой произнёс он.
— Я знаю, что ты много чего можешь, но я имела ввиду шоколад, сделанный тобой. Так что иди на фабрику и учись его делать, — смеясь произнесла я.
Дима сделал ко мне пару шагов и поцеловал в щёчку.
— До свидания, Лидия Константиновна, — он вышел, и лифт закрылся.
Уже через пару минут я стучала в дверь Нины. Она открыла не сразу. Увидев меня, Нина удивлённо произнесла:
— Лида?
Переступив порог её номера, торжественно протянула ей коробку.
— Это вам!
— Мне? — изумлённо спросила она.
Я кивнула.
— На конверте указаны ваши имя, фамилия и гостиничный номер.
Женщина взяла из моих рук коробку и предложила мне пройти вместе с ней в гостиную. Сев на диван, Нина развернула конверт и уже через минуту видно было, как она покраснела.
— Что там написано? — с большим интересом спросила я.
— Сегодня словно день неожиданных сюрпризов: Таша попросила у меня прощения и вот… кто-то приглашает меня на свидание, — удивлённо произнесла Нина, смотря на письмо.
Таша извинилась? Вот это и впрямь неожиданно. Не стала ничего говорить на этот счёт, а лишь искренне улыбнулась. Нина отложила письмо и, развязав ленту, открыла коробку.
Мы одновременно ахнули. Торт был трёхъярусным. Каждый ярус был красиво украшен фруктами и кремовыми цветами. Самый последний ярус украшал большой цветок, напоминающий лилию. Такую, красоту и есть жалко, но даже я, не очень любящая торты, захотела попробовать хотя бы кусочек красивого и аппетитного кондитерского изделия.
— Лида, от кого это? — спросила у меня Нина.
— А мне почём знать? — пожала плечами, стараясь не выдать себя.
— Ты же принесла этот торт, — сказала Нина, внимательно смотря на меня.
— Да, но всего лишь принесла. Нина, лучше скажите, вы примите приглашение пойти на свидание? — решила переключиться на более приятный для меня разговор.
Нужно уйти от её расспросов. Нина облокотилась на спинку дивана и снова посмотрела на письмо.
— Это невозможно. Я уже очень давно не ходила на свидания. Нет, это точно какая-то ошибка, меня бы никто не пригласил даже на чашку чая, — заключила она и отложила письмо.
— Ну какая ошибка, Нина? Здесь нет никакой ошибки! — твёрдо произнесла я. — Неужели вы думаете, что никому не можете понравиться?
— Лида, я уборщица. Ну кому я могу понравиться?
— Вы прежде всего женщина, Нина! Нельзя об этом забывать, как нельзя не принимать радости, которые предоставляет жизнь. Вы только посмотрите на этот великолепный торт и скажите, вы бы «убили» такую красоту?
— Конечно нет! — воскликнула Нина и посмотрела на меня. — Сдаётся мне, что ты знаешь от кого торт, но не говоришь.
— Если адресат не указал своего имени, значит хочет оставаться в секрете. Неужели вы не хотите его увидеть? — снова переключила разговор с себя на неё.
Нина покачала головой и произнесла:
— Мне конечно интересно узнать от кого торт и приглашение, но я не могу пойти на свидание.
— Почему? — не скрывая своего возмущения спросила с интонацией.
— Лида, я уже забыла, что такое свидание, как на нём себя вести, что надевать. Это не для меня, — произнесла Нина и встала с дивана.
— Будьте собой! Вы просто не можете поверить, что кому-то понравились. Вы видите сколько цветов на торте? Женщина — это цветок мужчины, и если он это понимает, то всячески это доказывает. Уборщица вы или модель по профессии — вы прежде всего женщина! Он подарил вам не моющее средство, он подарил вам очень красивый торт. Не значит ли это, что он видит красоту в вас? — на одном дыхании, не желая уходить от Нины с отрицательным ответом, горячо произнесла я.