— На табло указано сколько они проехали и сколько осталось. Проехали два, осталось три круга, — ответил мне он, указывая рукой на большое табло, которое я даже и не замечала.
Три круга, целых три круга.
Я начала нервно ходить взад-вперёд, стараясь прямо здесь не потерять сознание.
— Успокойся, всё будет хорошо, — вдруг услышала голос Калеба.
Быстро обернувшись к нему, ничего более не смогла сделать, кроме как обнять его.
— Я не могу успокоиться, ты видишь с какой скоростью они едут? — нервно сказала ему и отвернула голову от трассы.
— Это твой внутренний страх, который появился после падения с мотоцикла, — произнёс Калеб, крепко меня обнимая.
Тяжело дыша, я снова посмотрела на трассу, и в моей голове опять возникла автокатастрофа.
— Остановите эту гонку, — взмолилась я.
Михаил повернулся к нам с Калебом.
— Плохая была идея тебя сюда перемещать, давай уйдём, — серьёзно сказал он.
— Нет, нет и нет! Теперь я не успокоюсь, пока это не закончится! — воскликнула я.
Калеб развернул меня в противоположную от трассы сторону и снова обнял.
— Лида, не забывай кто они, — сказал мне он, взяв одну мою руку в свою.
Кем бы они не были и какими бы силами не обладали, я не могу на всё это смотреть спокойно.
Мысленно заставила себя думать о хорошем завершении гонок, но делать это получалось плохо.
Не знаю, сколько прошло времени, и сколько я простояла в полном напряжении, слыша за спиной звук мотора и колёс, но, когда раздался резкий выстрел, я в ужасе повернулась, думая о самом плохом.
— Тише, это сигнальный выстрел, остался последний круг, — успокаивал меня Калеб.
У меня чуть инфаркт не случился от этого звука.
Калеб хотел меня снова повернуть спиной к трассе, но я наотрез отказалась.
Сжимая одну руку в кулак и тяжело дыша, я нервно смотрела за гонкой.
Скала с сердца сошла тогда, когда обе машины заехали за финишную черту и начали тормозить.
— И кто победил? — спросила я у Калеба и Михаила, так и не поняв, кто пересёк финишную черту быстрее.
Михаил и Калеб улыбались, вокруг все свистели и хлопали, кто-то даже кричал, но я ничего не могла разобрать, настолько меня напугала эта гонка, что даже соображать толком не могла.
— Сложная была гонка, но Дмитрий смог опередить Зейна на две секунды — сообщил мне Михаил.
— Перемести меня к ним! Они могут продолжить соревноваться, а я этого не вынесу! — серьёзно произнесла я, смотря на Михаила.
Он немного поколебался, но всё-таки согласился и переместил нас на трассу, туда, где пару секунд назад остановились машины.
Дмитрий и Зейн вышли из них почти одновременно, они были одеты точно также, как и на вечере, на их головах даже шлемов не было.
Дмитрий был серьёзным и абсолютно, как мне показалось, не собирался радоваться своей победе, как и злорадствовать.
Зейн тоже был очень серьёзным.
— Если бы ты подошёл к любой другой девушке на вечере, я бы и не подумал тебе препятствовать, но из сотни девушек ты выбрал мою! Нет, Зейн, ты не ослышался, Лида — моя девушка. Поэтому ты и получил от меня отказ. На сегодня всё, вечер окончен, — серьёзно произнёс Дмитрий, смотря на Зейна, а затем подошёл к нам и посмотрел на Михаила, тот ему кивнул.
Для меня их немое общение было непонятным.
Получив от Михаила кивок, он взял меня за руку, и мы исчезли.
Нет, только не продолжение бури…
========== Глава 25 ==========
Время пришло.
Не сразу поняла, где мы оказались, пока Дмитрий не отпустил мою руку и не отошёл в сторону. Пляж! Мы на диком пляже, вокруг песок, до воды метров десять, может больше. Единственный свет исходил от мерцающих звёзд и месяца. Ветер был слабый и тёплый, волн почти не было. Стоять на песке в босоножках очень неудобно, каблуки проваливаются в песке.
Если бы мы появились здесь не после напряжённого вечера и на душе был покой, я бы сняла босоножки и обрадовалась этому месту, но моя душа и сердце не на месте, я знаю, что сейчас Дмитрий начнёт меня ругать, да ещё так сильно, что тут, в прямом смысле, начнётся буря. Хорошее он выбрал место для этого, никто его не услышит, сможет выплеснуть свой пыл как следует, а потом переместит меня к номеру и исчезнет, и я всю ночь проплачу.
Представив всё это в голове, мне стало очень больно, и страх овладел мною с ног до головы. Этот день войдёт в «Чёрный календарь». Я всё понимаю и вижу свои ошибки, а за них нужно расплачиваться. Чувствую, расплата будет большой… Вдруг над нами появилось неяркое искусственное освещение, от чего оно исходило — непонятно, видимо, из воздуха. Появление света ещё более заставило меня волноваться.
С горем пополам приподняла глаза на Дмитрия, он смотрел прямо на меня, и я быстро опустила взгляд. Произошло что-то невероятное — Дима поцеловал меня в губы, придерживая одной рукой за талию, а вторая его рука оказалась у меня на спине.
Я не могла соображать, мои глаза были распахнуты, руки опущены вниз, и я не отвечала на поцелуй, несмотря на то, что Дмитрий был настойчив и несмотря на жар, который вспыхнул внутри меня. Я стояла в полном шоке и даже не моргала.
Только когда Дмитрий сделал маленький шаг вперёд, тем самым заставив меня пошевелиться и сделать небольшой шаг назад, я немного пришла в себя, потому что каблуки проваливались в песке, и равновесие терялось, от чего я ухватилась за его локти, не понимая того, что не упаду, потому что он меня держит.
Все эти несколько секунд он не отрывал от меня губ, несмотря на моё бездействие, Дмитрий с небывалой страстью целовал меня. Моргнув, я словно переключилась с одного режима на другой, как гирлянда на новогодней ёлке, которая то погасает, то снова набирает цвет, то быстро светится, то спокойно… Я начала медленно отвечать на поцелуй, и тогда губы Дмитрия стали ещё более властными, от чего у меня даже голова закружилась. Я сплю, это сон, похожий на сказку…
Нет, это действительно со мной происходит, я чувствую, как всё моё тело покалывает, как по нему бегут мурашки, внутри меня всё горит, нет, пылает! Медленно Дмитрий стал завершать наш поцелуй… Нет, только не сейчас, когда я в полной мере начала им наслаждаться. Я не хотела, чтобы он заканчивался, поэтому настойчиво стала ему это доказывать, взяв власть под свой контроль.
Поцелуй снова стал страстным, Дмитрий даже оторвал меня от песка, держа на руках, медленно сделал на месте полукруговой оборот и поставил меня на песок. Именно тогда и настал финал нашего поцелуя. Мы прижались друг к другу лбами, дыхание у обоих было возбуждённое. Прикрыв глаза, я старалась мысленно привести себя в чувства.
— Что это сейчас было? — прошептала я с закрытыми глазами.
— То, что я хотел сделать с того момента, как увидел тебя на вечере, — обнимая меня, прошептал Дима.
— То есть ругать ты меня не будешь? — с волнением тихо спросила у него я.
Дмитрий выпрямился и взял меня за подбородок, заставив открыть глаза и посмотреть на него.
— Нет, не собираюсь! У меня язык не поворачивается кричать на тебя, ругать, отчитывать. Я не могу смотреть на такую красоту и говорить ей неприятные вещи. Единственное, что я могу сказать, так это то, что ты непослушная девочка, но ты это и без меня знаешь, — ответил мне Дмитрий, при этом голос у него был нежным.
Я сделала глубокий вдох, а затем облегчённо выдохнула, весь страх, тревоги, волнение как водой смыло. Ох, не то что скала, горы с души, сердца и плеч.
— Успокойся, моя хорошая. Неужели я настолько жесток, чтобы из-за твоего появления на вечере устраивать скандал и делать тебе больно? — ласково произнёс Дима и обнял меня.
Запах его духов вскружил мне голову. Ммм, какой приятный запах, он сводит меня с ума. А какие приятные ощущения вызывает прикосновение к ткани рубашки, которая была на Дмитрие… Я пребывала в полной эйфории и не могла даже слова сказать.
Разумеется, Дмитрий это заметил и не стал меня тревожить, давая мне насладиться этими потрясающими минутами в его объятиях.
Простояв так пару минут, я всё-таки заставила себя поднять на Диму голову и заговорить.