— Я сама себя накрутила, думая, что ты будешь в ярости после того, что произошло, — тихо сказала ему.
Он вздохнул.
— У меня был тяжёлый день и нелёгкий вечер, я не хочу ко всему этому добавлять ещё и нашу ссору, тогда весь день можно будет считать ужасным. Лида, дело в том, что каким бы тяжёлым и трудным не был мой день, он будет лучшим, если я увижу твою улыбку, — сказал мне Дима и нежно провёл тыльной стороной пальцев по моей щеке.
Я крепко его обняла и произнесла:
— Дмитрий, я тебя люблю!
Он провёл рукой по моей спине, вызвав волну мурашек.
— Я тоже тебя люблю, Лидия!
Рай существует! Он живёт в душе. Когда мы любим, чувствуем себя нужными, нам хорошо — его врата открываются, и душа заполняется теплом, ярким светом и любовью. Сейчас я сияла от счастья также, как яркое солнце; также, как тысячи самых разных звёзд на небе; как миллионы Новогодних и Рождественских огней. Я не могла даже мечтать о том, что всё так обернётся.
Сейчас, обнимая любимого человека, чувствовала невероятное тепло, от волнений и тревог не осталось и следа, а моя душа уже во всю летала в Райском саду. Мир, покой, наслаждение пришли на смену столь бурному, эмоциональному и напряжённому вечеру. Я хотела оказаться рядом с Дмитрием, хотела его обнять, но не могла, потому что тайно проникла на вечер. «Всё тайное, рано или поздно, становится явным» — абсолютно согласна с Сократом.
Так, обнимая друг друга и смотря на воду, мы молча простояли несколько минут, наслаждаясь обществом друг друга и бескрайними просторами. Сейчас я чувствовала себя хорошо, мне легко дышалось, а все отрицательные мысли меня покинули. Смотря на небо, представила холст: мысленно соединила звёзды в одно большое сердце, в котором собрала много других ярких звёздочек. От этого на моём лице появилась мечтательная улыбка.
— Что ты видишь? — вдруг спросил у меня Дима, всё это время за мной наблюдавший.
— Большое сердце, — ответила я, посмотрев ему в глаза. — Два сердца в одном, — прошептала я.
Дмитрий нежно поцеловал меня в губы, а затем посмотрел на песок — в метре от нас появился растеплённый синий плед.
— Не хочешь посидеть? — спросил у меня он.
— С удовольствием, — ответила я, желая поскорее снять босоножки.
Сев на плед, наконец-таки это сделала. Зарыв ноги по щиколотку в песке, произнесла:
— Как приятно после нескольких часов хождения на каблуках снять их и расслабиться.
Дмитрий тоже снял туфли, а затем и носки.
— Согласен, — с улыбкой произнёс он.
Я засмеялась.
— Но ты ведь не ходишь на каблуках, — смеясь, произнесла я.
— Ну и что, расслабиться тоже ведь охота, — ответил мне он.
Я кивнула. Он каждый день работает, крутится как белка в колесе, ему просто необходимо позволять себе отдыхать.
— Хочешь чего-нибудь покушать или попить? — спросил у меня Дмитрий.
— Ты только присел отдохнуть и снял туфли, а уже собираешься отправиться за едой? — удивилась я.
Он придвинулся ко мне и наклонился к уху.
— Есть у меня невидимая волшебная палочка, она многое может сделать за меня, когда я сам не хочу этого делать. Но только никому об этом не говори, — прошептал мне он на ушко, при этом на его лице была улыбка.
Ох уж этот Дмитрий, тот ещё шутник. Я уже давно поняла, что он на многое способен, в последнее время он часто использует силу, чтобы что-то, что ему нужно, появилось в ту же секунду, в Балтике я этого не наблюдала. Меня немного это настораживает, и я не знаю, насколько это активный дар.
— Так что ты хочешь? — повторил он свой вопрос, обрывая мои мысли.
— Вроде бы ничего. А ты хочешь кушать? — спросила я.
— Нет, не хочу, во дворце хорошо поужинал, — ответил Дима, играя с моей завитой прядью.
— Знаешь, там была вкусная клубника, — вспомнила, как Михаил угостил меня одной, и она мне очень понравилась. Хотя может она была и не со дворца…
— Клубника? — ласково спросил он.
Я кивнула, и тут в его руке появилась глубокая тарелка с клубникой и ложечкой.
— Пожалуйста, — протянул мне её Дима.
Может у них с Михаилом и впрямь есть волшебные палочки? Улыбнувшись, взяла тарелку и попробовала одну маленькую клубничку. Такая же вкусная и сочная, как и та, которой угостил меня Михаил. Вторую клубнику протянула Дмитрию.
— Попробуй, — сказала ему и поднесла ложку прямо к его рту.
Он не отказался и съел её.
— Вкусная, — улыбнулся он. — Такая же сладкая, как твои губы.
От его слов я, наверное, покраснела. Ничего лучше не придумала, кроме как сказать:
— Значит съешь её со мной.
Дима улыбнулся, но отказывать мне не стал. Так, разговаривая друг с другом и кушая клубнику, мы провели минут пять.
— Ещё хочешь? — спросил у меня Дмитрий, когда мы съели всю клубнику.
Я покачала головой.
— Нет, спасибо, больше не хочу, — ответила ему и поставила тарелку на плед, она тут же исчезла.
Я встала с пледа и произнесла:
— Прогуляться до воды не хочешь?
Смотря на меня снизу вверх, Дмитрий провёл свой взгляд от ног до головы, а затем встал.
— Сколько к тебе сегодня подошло мужчин? — спросил у меня он.
Мне не хотелось об этом говорить, поэтому я пошла к воде, Дмитрий последовал за мной. Помочив руки и ноги, мы медленно пошли вдоль берега.
— Лида! — напомнил он о своём вопросе.
Я остановилась и повернулась к нему лицом.
— Какая разница? Ни с одним из них я даже не потанцевала.
Дмитрий вздохнул.
— Дмитрий, ты что ревнуешь? — спросила я, смотря в его глаза.
— Допустим, — не стал скрывать он.
— Брось! — воскликнула я. — Ты ведь знаешь, что мне кроме тебя никто не нужен!
— Это я знаю, но…
— Но? — спросила я.
— Ты ведь меня ревнуешь к другим девушкам, хотя тоже знаешь, что мне кроме тебя никто не нужен, — произнёс он.
Я задумалась и в итоге согласилась с ним.
— Три иностранца, от которых я сбежала почти сразу, как только они ко мне подошли. Ну и один эмигрант, от которого я тоже в итоге убежала, — произнесла я.
Про Гейба ни за что не скажу, иначе нашей ночи придёт конец. Дмитрий немного помолчал, а потом произнёс:
— Ладно, это терпимо.
Я улыбнулась, а затем провела по нему глазами.
— Вот ты почему так оделся? — спросила у него, положив одну руку ему на грудь.
— Так, это как? — спросил он и сексуально улыбнулся.
— Ты прекрасно меня понял. Ты туда для переговоров пошёл или девушек соблазнять? Я минут десять, если не больше наблюдала за тобой со стороны, и знаешь, я чуть в обморок там не упала! — высказалась ему сполна.
— Наблюдала за мной? Уверен, ни с одной девушкой ты меня не увидела. По-моему, я оделся вполне нормально для деловых переговоров, — сказал Дима и положил одну руку мне на талию.
— Тогда к чему тебе ремень, да и вообще, ты мог одеться не во всё чёрное. Не спорю, чёрный цвет — деловой, но ты в нём выглядишь чертовски сексуально, ещё и этот ремень! — совсем разошлась я, потеряв над собой контроль.
Дмитрию это явно нравилось и доставляло удовольствие.
— Всегда теперь буду так одеваться, — сказал мне он и прижался ко мне.
— Дима! — недовольно воскликнула я и отошла от него.
— Каштанка, успокойся, я пошутил, но я запомню, как ты реагируешь на ремни, — улыбнулся он.
— Диимаа! — отвернулась от него, сложив руки на груди.
Он обошёл меня и встал ко мне лицом.
— Раз уж на то пошло, то скажи-ка мне, любимая моя, почему ты надела это платье с открытыми плечами, выделяющее твою грудь. Какой у тебя размер груди? Знаешь, на что в первую очередь смотрят мужчины? Почему ты не надела болеро? Ты мне не ответишь про размер. У тебя как минимум второй, я это прямо сейчас отчётливо вижу! — высказался Дима, да ещё так, что у меня щёки запылали.
Очень пожалела, что затронула эту тему, в итоге всё обернулось против меня.
— Это платье выбирала не я, а… — резко остановилась, неудачная отговорка.
— Тимур! Я ему ещё выскажусь на этот счёт, — сказал Дмитрий.