Ник взял плачущую Серафиму на руки, её правая коленка была в крови, потому что мне пришлось приложить силы, чтобы заставить лечь на дорогу, и из-за этого пострадала её нога. Держа девочку одной рукой, он взял меня за пораненный локоть и переместил нас в дом.
Локтем я ударилась на дороге, когда заставляла девочку на неё лечь. Она ведь ребёнок, и для неё всё это ещё более сильный шок, чем для меня. Я не стала тратить время на объяснения, а сразу же, как только закрыла её собой от молненного шара, заставила ребёнка быстро лечь на дорогу и закрыла уже полностью собой. Раны — это ничто по сравнению с тем, что могло бы случиться.
Оказавшись в доме, Ник завёл нас в ванную, где сперва промыл рану Серафимы, которая рыдала без остановки, а затем уже велел мне промыть свой локоть и идти в гостиную. Сима не видела того, что увидела я, и это хорошо, потому что иначе бы её состояние могло быть гораздо хуже.
Я еле как стояла на ногах, мои обе руки дрожали, а сердце билось с такой же скоростью, с какой летел шар. Это были доли секунды, я еле успела закрыть девочку, при этом чуть не упав.
Вода была включена, но я не могла никак промыть рану, моё состояние мне не позволяло это сделать. Я сползла по стенке на пол и заплакала, слёзы только сейчас вырвались наружу. Закрыв глаза, я сидела и еле дышала, сейчас внутри меня волнение небывалой силы, мне страшно, я дико напугана. В ванную кто-то зашёл, но мне даже голову повернуть было сложно.
Тёплые руки коснулись моих рук, а затем обняли меня.
Это был Дмитрий, видимо, ему позвонил Ник и вызвал сюда. Открыв глаза, прижалась к нему ещё сильнее. Дима взял меня за руку и пропустил одну тепловую волну, а затем поцеловал в голову. Он ничего у меня не спрашивал, он успокаивал меня, и это у него получалось. Только сейчас поняла, что не слышу шум воды. Значит, её выключил Дима, когда вошёл в ванную.
Не знаю, как у него это получается, но он всегда может меня успокоить, абсолютно в любой ситуации. Стоит ему только меня обнять, как волнение и страх покидают меня. Когда он рядом я всегда чувствую себя в безопасности.
Прошло чуть более минуты, Дмитрий молча помог мне встать на ноги и, не отпуская меня, включил воду. Посмотрев в зеркало, увидела его серьёзное и обеспокоенное лицо. Он поднёс обе мои руки под кран и начал их мыть.
— Потерпи! — произнёс Дима и дотронулся мыльной рукой до раненного локтя.
— Ааааййй, — жалобно начала вскрикивать я.
Дима быстро начал смывать мыло водой и, как только сделал это, сразу подул на рану. Промыв локоть, он спросил у меня, смогу ли я сама умыть лицо. Кивнув ему, умыла лицо, после чего Дима выключил воду и взял полотенце. Я уже могу сама всё делать, ведь дрожь прошла, и силы потихоньку начали ко мне возвращаться.
Но Дмитрий всегда обо мне заботится, и в этот раз это стало не исключением.
Вытерев лицо и руки, мы медленно вышли из ванной. Дима завёл меня в гостевую комнату и усадил на диван. Укрыв меня пледом, он протянул мне кружку с чаем.
— А где Серафима? — спросила у него я, когда мне стало гораздо лучше.
— В соседней комнате с Ником и Славой, — ответил Дмитрий, смотря на меня.
В комнату вошёл Михаил и сел рядом со мной, лицо у него было очень серьёзным, а взгляд тревожным. Ни он, ни Дмитрий не спешили меня спрашивать о том, что произошло, а я за это время собиралась с мыслями, пытаясь воссоздать в голове всю картину происшествия — что за чем следовало.
— Создайте вокруг Серафимы защитное поле! — вдруг произнесла я спустя пару минут молчания.
— Защитное поле можно создавать только вокруг людей, а она не человек, — ответил мне Михаил.
Тяжело вздохнув, решила не ждать главного вопроса и начала рассказывать.
— Дело было так. Сима предложила мне сходить с ней покормить белок, мы пошли медленно к лесу — она шла впереди меня на маленьком расстоянии. Когда мы переходили дорогу, боковым зрением с левой стороны я увидела свечение. Посмотрев туда, сразу же схватила Симу и закрыла её собой. Прямо в неё летел молненный шар! Я жутко испугалась, у меня сработала моментальная защитная реакция, и я, не теряя ни секунды, силой заставила лечь её на землю и полностью закрыла собой. Именно поэтому у неё разодрано колено, а у меня локоть, я боялась, что шары могут полететь и с других сторон. Всё было очень быстро. Кому, КОМУ МОГ ПОМЕШАТЬ РЕБЁНОК? — со злостью закончила говорить я.
Михаил и Дмитрий, выслушав меня, переглянулись, в их глазах было множество эмоций, которые они сдерживали.
— Может быть ты ещё что-то заметила, когда вы шли? Например, тень? — серьёзно спросил Дмитрий, взяв меня за руку.
— Нет, ничего больше я не заметила, — с болью ответила ему и опустила голову вниз.
— Михаил, здесь нужно установить такую же систему безопасности, как и на базе! — приказал Дмитрий и встал с дивана.
— Будет сделано! — ответил ему тот и тоже встал с дивана.
В комнату вошёл Ник и произнёс тревожным голосом:
— Серафима до сих пор плачет и не даётся ни мне, ни Славе, она зовёт Лиду.
Дослушав его, откинула плед и быстро направилась в соседнюю комнату.
— Не трогай, я хочу к Лиде, — слабым голосом и вся в слезах говорила Серафима, пытаясь оттолкнуть Славу. — Лида! — произнесла девочка, увидев меня в комнате и тут же потянулась ко мне.
Я села рядом с ней и обняла её. Обняв меня в ответ, она ещё больше заплакала. Я прижала её к себе и укрыла пледом. Поглаживая её по спине, голове и ручкам, шептала успокаивающие слова. Мне было её так жалко, что мой внутренний голос кричал, а душа и сердце были не на месте. Как можно осмелиться на такой ужасный поступок и попытаться навредить, а что самое ужасное — убить ребёнка? Это каким бездушным зверем нужно быть, чтобы это сделать?
Обнимая её, чувствовала биение её сердца, внутри меня всё сжималось от боли. Она такая маленькая, хрупкая и беззащитная, у меня сердце кровью обливается. Я бы ни за что не пощадила того, кто хотел убить ребёнка!
Прошло пару минут, и Серафима перестала плакать, но она всё также крепко, насколько ей позволяла её детская сила, обнимала меня.
— Сима, пора возвращаться домой… — не успел договорить Ник.
— Нет, не хочу домой! Я хочу остаться здесь с Лидой! — перебила его младшая сестра.
— Серафима, Лида здесь не останется, она уйдёт отсюда, — сказал ей Ник.
— Тогда я хочу пойти с ней! — стояла на своём девочка.
— Ник, я могу остаться сегодня с ней, — вмешалась в их разговор я, чувствуя, что Симе не хватает женского внимания, её окружают одни мужчины: отец, брат, может ещё кто-то, а ей хочется получать и женское внимание.
— Нет, здесь оставаться нельзя! — сказал мне Ник.
— Разреши ей переночевать в моём номере…
— Будет лучше, если они обе сегодня побудут у меня, не стоит их разделять, — перебил меня Дмитрий, предложив хороший вариант.
— Я согласна и хочу к Диме, но только с Лидой, — сказала Серафима.
— Ник, думаю ничего плохого в этом нет, — поддержал Михаил.
Ник тяжело вздохнул, а затем произнёс:
— Ладно, я сообщу отцу, что она переночует у тебя и возьму вещи, — обратился он к Дмитрию.
Сказав это, Ник исчез. Дима сел на диван и взял Серафиму за руку.
— Сима, когда вы с Лидой шли к лесу, может ты что-то видела, но не стала обращать внимания? — осторожно спросил у неё он.
— Нет, я ничего не видела, я увидела только тогда, когда Лида крикнула моё имя. В нас что-то летело, но я не увидела что, но это что-то светящееся, — ответила ему девочка.
Видимо, она заметила боковым зрением, но когда шар уже был совсем близок. Дмитрий отвёл взгляд и посмотрел на Михаила, тот покачал головой. Больше никто и слова не сказал. Когда вернулся Ник с рюкзаком, в котором были вещи его сестры, Дмитрий переместил нас с ней к его квартире.
Оставив нас вдвоём, он покинул квартиру, но прежде сказал мне, что вернётся вместе с Ярославом, который обновит защитное поле вокруг меня. Само собой, выходить нам было никуда нельзя, да и Дмитрий поставил у дверей охрану.
Первым делом мы с Симой зашли в гостиную, где она переоделась в домашнюю одежду. Мою одежду Дмитрий обещал мне принести, когда вернётся домой. Кушать ни она, ни я не хотели. После гостиной мы обе вошли в спальню Дмитрия, где хотели включить телевизор. На кровати я увидела чистые платье и нижнее бельё, их я надевала на воскресный вечер.