Зейн ещё никогда не чувствовал себя таким слабым, как вчера. Вчера он не понимал действий его бывшего друга, но от своего отца, когда они оказались в Нью-Йорке-Д, он узнал причину, по которой Михаил так с ним поступил. Эта причина его шокировала…
— Зейн! — вдруг раздался мужской голос, заставивший молодого демона вернуться в реальность и обернуться в ту сторону, откуда раздался голос.
— Что ты здесь делаешь? Твоё место в Москве-Д, — выпалил Зейн, увидев перед собой Дмитрия.
— Не забывай, кто тебя спас от смерти! — напомнил ему тот.
— Я тебя об этом не просил, Макаров! Зачем ты это сделал? Чтобы потом позлорадствовать? Или тебе что-то от меня надо? Иди к чёрту! — серьёзно произнёс Зейн и отвернулся от собеседника.
— Посылать к чёрту нужно было Эйприл! — также серьёзно сказал Дмитрий.
— Я С НЕЙ НЕ СПАЛ! — резко развернувшись, закричал Зейн.
— Скажи кому-нибудь другому, только я уверен, тебе никто не поверит! — со злостью произнёс Дмитрий.
— Уходи! — в приказном тоне произнёс Зейн, яростно смотря на Дмитрия.
— Мне нужна твоя помощь, Зейн, — деловито произнёс Дмитрий. — Я хотел поговорить с тобой ещё позавчера, но не было времени.
— Именно поэтому ты меня вчера и спас, — заключил Зейн, смотря на собеседника.
— Нет, Зейн, не поэтому. Расценивай как угодно, но я спас тебя просто потому, что захотел это сделать! — серьёзно сказал Дмитрий.
Зейн бросил на него недоверчивый взгляд и отвернулся.
— Не мозоль мне глаза, уходи! — сказал он Дмитрию.
Стиснув зубы, Дима бросил холодный взгляд на Зейна и зашагал прочь. Только он хотел выйти из гостиной, как Зейн произнёс:
— Что тебе нужно?
Дело в том, что Эванза начала мучить совесть, которая проснулась в нём неожиданно в тот момент, когда Дмитрий молча решил покинуть его дом. Если есть совесть, значит и в душе есть место для света. Каким бы разбитым не был Зейн, в нём ещё есть та ниточка, которая заставляет его продолжать жить дальше. Где-то в глубине души молодого демона ещё есть надежда на что-то хорошее, хотя разум говорит ему обратное.
Тем не менее, он доверился той части своей души, которая заставляла его, несмотря ни на что, жить дальше.
Услышав вопрос Зейна, Дима обернулся к нему и произнёс:
— Ты прекрасно знаешь, что меня заставляют жить там, где я не хочу…
— Как и меня! — перебил его Зейн. — Давай ближе к делу.
Бросив на Зейна понимающий взгляд, Дима подошёл к нему поближе и сказал:
— Под руководством Паши в наши города стали стекаться люди…
— Они всегда стекались, — оборвал его Зейн.
— Да, но сейчас их стало поступать слишком много, демоны их заманивают сюда хитростью, даже без веской причины! — серьёзно сказал Зейн.
— Твой отец избаловал этого петуха, дал ему власть, все претензии к нему, — сказал Зейн.
— Мой отец никогда меня не слушал, для него Паша — советник, лучший друг и брат, а я… Никто, пустое место.
Будь Зейн более открытым в плане сострадания, он бы сказал: «Сожалею», но Зейн обычно в разговорах с мужским полом непоколебим.
— А от меня ты чего хочешь? Отцовской заботой я тебя окружить не смогу, — произнёс он, смотря на Дмитрия.
— Зейн, хоть на минуту забудь о шутках и отнесись к разговору серьёзно! — не выдержав, сказал Дима.
На пару секунд Зейн отвернул голову в сторону, а когда снова посмотрел на своего собеседника, слегка кивнул, при этом взгляд у него был холодным.
— Мне известны несколько мест в Москве, где чаще всего бывают демоны, среди них в основном одни ночные клубы. Я хочу покинуть этот город на какое-то время, чтобы сократить поток людей хотя бы из Москвы. Сейчас я в Нью-Йорке-Д по официальному визиту и буду здесь до послезавтра. Ты знаешь, что за мной ведётся контроль, что в Москве-Д на всех границах мощные системы безопасности, которые не позволяют мне покинуть город без официального разрешения, а в человеческий мир мне вообще запрещено выходить. Но я знаю, что смогу покинуть этот мир с Нью-Йорка-Д, здесь не все границы с мощной системой безопасности. Например, граница с Лондоном-Д при переходе в город не контролируется и сигнализаций не имеет. Прибывших проверяют в городах. Так вот, ты знаешь, что при переходе в любой из городов, мы пересекаем человеческий мир. Мне нужно, чтобы ты помог мне выйти отсюда…
— Ты хочешь меня подставить? — перебил Дмитрия Зейн.
— Нет, Зейн, я вернусь обратно…
— Дмитрий, между городами демонов при переходе всего один метр земли человеческого мира. Допустим, я помогу тебе выйти отсюда к Лондону-Д, и при переходе ты переместишься в Москву, но как ты вернёшься обратно? — снова оборвал его Зейн, серьёзно смотря на своего собеседника.
— Снова перемещусь в этот метр земли и вернусь в Нью-Йорк-Д, — ответил ему Дима.
— Браво! Но кто тебе границу откроет? — возмутился Зейн.
— Ты.
— Макаров, ты совсем умом тронулся? Чтобы это сделать, я должен в облике пограничника стоять там до тех пор, пока ты не вернёшься. Каждый пограничник стоит сутки, потом его сменяет другой. Пограничников на посту проверяют каждые 2-3 часа…
— Зейн, я всё это знаю, — оборвал его Дмитрий.
— Не похоже! — возразил Зейн.
— Мне нужны сутки, чтобы сделать в Москве то, что я хочу. Зейн, смени завтра в шесть утра пограничника на посту.
— Ты спятил? Я что, должен простоять там целые сутки, при этом не быть уверенным, что ты вернёшься? — возмутился Зейн.
— Я вернусь, даю тебе честное слово! Вернусь вовремя.
Зейн покачал головой и нахмурился.
— Почему ты просишь меня? И разве у тебя нет завтра здесь дел, раз ты с официальным визитом? — спросил он серьёзным голосом.
— Из всех сильных демонов, которых я здесь знаю, я доверяю только тебе. Я знаю, что ты хочешь в человеческий мир, что ты также ненавидишь Пашу, как и я… Мы с тобой в этом похожи, Зейн. Можешь отрицать это, но меня не переубедишь. Помимо этого, тебе тоже не нравится власть в наших городах…
— Так, Макаров, заканчивай нас сравнивать, — не выдержал Зейн.
Он понимал, что Дмитрий говорит правду, но соглашаться с нею не собирался.
— Дела у меня здесь только сегодня, завтра я попросил отца ещё побыть здесь, сказав, что хочу немного развлечься, и он разрешил, — вздохнув, Дмитрий ответил на второй вопрос Зейна.
— Ну конечно же, здесь ведь больше развлечений для ветреных парней, — произнёс Зейн. — Твой отец думает, что его сынок пристрастится к такой жизни и выбросит из головы желание жить в человеческом мире. Он хочет перевоспитать тебя, сделать из тебя демона, похожего на него. Не завидую! Вот только знаешь, что непонятно? Почему он тебе вообще разрешал жить среди людей.
— Мне тоже это непонятно, Зейн, — ответил Дмитрий и сел в кресло. — Так ты мне поможешь? — спросил он у него.
Зейн тоже сел в кресло напротив него и произнёс:
— Кто завтра должен стоять на посту?
— Нил Браун.
— Что ты предлагаешь с ним сделать на целые сутки?
— Я достал сильное снотворное, он проспит более суток, а когда проснётся — ничего не вспомнит.
— У алхимиков? — спросил Зейн.
Дмитрий кивнул.
— Я помогу тебе при условии, что, если ты когда-нибудь встанешь у власти в Москве-Д, а это возможно, если твой отец этого захочет, то мы будем с тобой сотрудничать в борьбе против той власти, которая есть сейчас. Я не говорю, что мы пойдём против твоего отца, я говорю про тех, кого он слушает, — серьёзно произнёс Зейн.
— Договорились! — сразу же согласился Дмитрий.
Понедельник. Пограничная зона. 06:05 утра.
— Смена прошла успешно, — произнёс Дмитрий, когда появился на пограничной зоне. Смотря на Зейна в облике Нила Брауна, он был уверен, что их операция пройдёт успешно.
— Да, но только мне придётся сутки торчать здесь и ходить в этих неудобных перчатках, не снимая их, потому что левая рука в бинтах, — раздражённо произнёс Зейн. — Смотри, Макаров, если до шести утра завтрашнего дня не вернёшься… — Зейн замолчал. — У меня точно будут проблемы, потому что элита быстро поймёт, кто тебе помог…