— Я не хочу, — ответил мне он.
Тогда я сорвала одну виноградинку и поднесла к его рту.
— А так? — спросила у Димы, намекая на то, что я могу его покормить.
Он улыбнулся и, по всей видимости, из вежливости не отказался от моего предложения. Когда мы скушали виноград, я села спиной к Диме и облокотилась на него. Обняв меня, он стал нежно поглаживать мои руки.
— Какое сегодня яркое солнце, — сказала я, смотря на него.
— А ты ярче солнца, — произнёс Дима и на душе потеплело.
Казалось бы, только недавно мы говорили на откровенные темы, и на тот момент ничто не предвещало романтической обстановки, но с Димой возможно всё: мы можем ссориться, а потом смеяться; можем разговаривать на серьёзную тему, а потом последует разговор ни о чём; напряжённая обстановка может смениться романтической…
Люблю его! Он не задерживается на одном месте, тянет меня за собой и делает это мастерски. Поцеловав его в предплечье, закрыла глаза и стала наслаждаться прекрасными моментами рядом с Димой. Прошло какое-то время, я открыла глаза и произнесла:
— Дим…
— Что? — нежно спросил он.
— А расскажи о своей жизни в Нью-Йорке, я немногое о ней знаю, а ведь это были хорошие годы в твоей жизни. Именно там ты познакомился с Калебом. Расскажи что-нибудь весёлое, — попросила я, смотря на плывущие облака.
Он вздохнул, а затем поцеловал мою руку.
— Годы были хорошими, а точнее, те дни в них, которые я провёл там, — начал говорить Дмитрий. — Калеб стал первым, и я бы сказал, единственным, другом, которого я обрёл в Нью-Йорке. Мы очень много времени проводили вместе: ходили друг к другу в гости, гуляли, занимались спортом и музыкой… У нас с ним много общего, и самое интересное, мы ни разу, пока я жил в Нью-Йорке, с ним не ссорились. Мы стали больше, чем друзьями, мы стали братьями на всю жизнь. Мне всегда нравился его юмор. Вот, например, как-то сидели мы у него дома, и его мама позвала нас ей помочь. Калеб встал с дивана и громко пропел: «Калеб и Димон к тебе спешат, Калеб и Димон лучше всех, ведь мы бежим туда, где ждёт беда, там, где есть мы — всегда успех!»…
Я засмеялась.
— Знаешь, я с ним согласна! — весело сказала я.
— Я тогда тоже посмеялся, настроение он поднял на весь день, — произнёс Дима.
— Расскажи ещё что-нибудь в этом духе, — попросила я, сев к нему лицом.
Он усмехнулся и взял меня за руку.
— Нам было лет по четырнадцать. Я сидел дома и ломал голову над домашней работой, Калебу сказал, что буду грызть гранит науки. Он нормально отнёсся к этому по телефону. Но не тут-то было! Заявился ко мне домой через час с мячом, закрыл книги и сказал: «На сегодня хватит грызть гранит науки», а потом было нечто. «Димон, сегодня ты будешь Тимоном», — сказал мне Калеб и запел «Акуна матата». В тот день я забыл про все уроки, — рассказал Дима с улыбкой на лице.
Я смеялась, смеялась от души!
— Может, ты видела когда-то по телевизору клип Crazy Frog — Axel F? — спросил у меня Дима.
— Видела, — с улыбкой ответила я.
— Пришли мы как-то с Калебом в супермаркет, взяли тележку и стали по списку брать продукты. У нас в тележке лежала ещё только одна бутылка с водой вроде, как Калебу стало скучно, и он забрался в тележку сам, включил эту музыку и сказал: «Давай, Димон, прокати с ветерком»…
От смеха я закрыла лицо руками и легла на плед. Как вдруг Дима стал меня щекотать, и я засмеялась ещё сильнее.
— Диима, — весело кричала я, пытаясь остановить его, ведь мне было очень щекотно.
Он перестал меня щекотать, когда я лежала на спине, и моё лицо закрывали волосы. Пытаясь их сдуть, продолжала улыбаться. В конце концов волосы с моего лица убрал Дима, после чего склонил свою голову и произнёс:
— Вечно можно смотреть на три вещи: как течёт вода, как горит огонь и на тебя смеющуюся.
Обняв его, нежно поцеловала в губы и произнесла:
— Аналогично!
Дмитрий лёг рядом со мной и поцеловал меня в висок.
— Слушай, Дим… — у меня появился ещё один вопрос.
— Слушаю, — с улыбкой ответил он.
— Вы с Калебом очень красивые ребята. У вас, наверное, было немало проблем с другими ребятами вашего возраста, ведь девочки, уверена, бегали за вами, — сказала я, подняв на него глаза.
— Эти проблемы решались через драки, — ответил он.
Я легла на живот и положила голову на руки.
— Ого! И часто они у вас были?
— Не сказал бы, что часто, но без них не обходилось.
— Вы вдвоём дрались против группы ребят? — удивлённо спросила я.
— Всё зависело от того, какая была причина. Чаще всего вдвоём, — ответил Дмитрий.
Я вздрогнула.
— И как… как вам удавалось выходить из драки целыми и невредимыми?
— В каждой компании есть главарь — руководитель чего-либо. Если сдастся он, то обычно сдаются и остальные. Мы с Калебом никогда первыми не лезли в драку, первыми всегда нападали на нас. И он, и я занимались борьбой, в драках мы старались «ликвидировать» главаря. На этом они и заканчивались. Однако без синяков и ссадин не обходилось.
— Дима, но ведь их было больше! — воскликнула я.
— Лида, число — это не главное, и в истории очень много примеров, когда враг превосходил по числу солдат, но в итоге терпел поражение, — сказал мне Дима.
Да, верно, я как-то сразу об этом не подумала.
— К тому же, мы в Балтике вшестером: Андрей, Калеб, Гена, Игорь, Ваня и я против, дай не ошибиться, двадцати-двадцати пяти человек дрались и, как видишь, все целы и невредимы, — через несколько секунд сказал Дима.
От удивления я даже открыла рот.
— И когда это было? — спросила я.
— В июле.
— С кем вы дрались? Из-за чего? — задавала ему вопросы.
— Лида, не волнуйся…
— Расскажи! — настояла я.
Дима меня обнял и провёл рукой по волосам.
— С «крутыми» парнями, которым не нравилось, что мы «занимаем» их территорию и отбираем их «популярность». Там кого только не было: и байкеры, и руферы, и спортсмены, но больше всего было парней, которые увлекаются паркуром. Именно они организовали драку и пригласили своих друзей.
— Какой ужас! Почему вас всего шестеро было?
— Потому что на нас напали неожиданно, когда мы шли по домам с репетиции, а Ваня часто присутствовал при наших репетициях.
— И как вам удалось справиться со всеми теми, кто на вас напал? — в ужасе спросила я.
— Верно выбранная тактика нам в этом деле помогла. Всех парней мы поделили между собой почти что поровну и держались по двое, распределившись по силе.
— И с кем держался ты?
— С Игорем.
— А остальные? — спросила я.
— Калеб с Ваней, Андрей с Геной.
— Ты в драках пользовался демонической силой?
— Нет, — ответил мне Дмитрий.
— И… чем всё закончилось? — с сильным волнением, словно этот бой вот-вот должен состояться, спросила я.
— Мы доказали, что территория общая, и каждый вправе на ней находиться, — общими словами ответил Дима, но я представляла, что там творилось и вздрагивала.
Тяжело вздохнув, прижалась к нему и закрыла глаза. Сколько бы в нём не было сил, я всё равно буду за него волноваться и переживать, он мне не чужой. Поглаживая меня по волосам и спине, Дима произнёс:
— Ты лучше мне скажи, что ты там сегодня сочиняла?
Я села на пледе и достала блокнот с ручкой. Открыв нужный лист, посмотрела на Диму и произнесла:
— Если дописать, то получится текст песни.
Дима улыбнулся.
— Вдохновись местом, в котором мы сейчас находимся, и допиши, а я подожду, — сказал он, смотря на меня.
То, с какой любовью Дима на меня смотрел, уже меня вдохновляло.
— Хорошо, — согласилась я и стала про себя читать уже имеющиеся строчки.
При написании часто смотрела то на Диму, то на воду, солнце, небо, деревья, цветы и вдохновлялась.
Не знаю, сколько я потратила времени, но, когда все строчки были написаны, я улыбнулась и переписала весь текст начисто.
— Всё, можешь читать, — сказала я Диме, когда всё переписала и протянула ему блокнот.
Всё время, пока я сочиняла, он лежал.
— Нет, спой мне, — сказал Дима, сев напротив меня.