— Порой мне кажется, что для тебя не существует наказаний, они сводятся все на нет, — произнёс Дима, когда его губы опустились на мой подбородок.
— Не наказывай меня таким образом, — поглаживая его по голове, произнесла я, смотря на стекающие капли воды по стенке.
Дима посмотрел мне в глаза, закрыв собой всё обозрение. Пару секунд он молча смотрел мне в глаза, а потом приник к уху и прошептал:
— Что же мне с тобой делать, если ты совсем не хочешь слушаться?
— Всё, что хочешь, только не переставай меня любить!
— Любить я тебя не перестану никогда и выражать свою любовь тоже…
***
— Что я буду делать, пока тебя не будет дома? — спросила у Димы за завтраком.
— Сперва у тебя будет первый урок по вождению, затем увидишь Сириуса, а потом будешь сидеть дома. В кабинете есть две полки с книгами, уверен, ты найдёшь, что почитать. Вечером заберём все твои вещи из номера, а с завтрашнего дня снова будут тренировки у Кости и Миши, — ответил мне он, листая рабочий журнал.
Я тяжело вздохнула и прошептала себе под нос:
— Такими темпами я скоро заболею.
— Не заболеешь, — услышал меня Дима.
Я хотела спросить про Кристину и Эйприл, но в последний момент передумала, решив не портить ему настроение, которое поднялось в ванной. Допив свой кофе, пошла в спальню, чтобы заправить кровать. Спустя минуту в комнату зашёл Дмитрий и открыл шкаф с одеждой. Из него он достал мои джинсы и чёрный свитшот, который я впервые вижу, и положил их на кровать.
— Одевайся, из дома выйдешь вместе со мной, — сказал мне он.
— Понятно, что джинсы ты взял из моего шкафа в номере, но свитшот…
— Купил ещё на той неделе в четверг и забыл про него, — перебил меня Дима, а затем снова повернулся к шкафу.
Я быстро подошла к шкафу и встала перед Димой.
— Разреши мне тоже выбрать тебе одежду, — попросила Дмитрия, смотря на вешалки с рубашками.
— Позволяю, — без колебаний ответил он, а затем сел на край кровати.
— Тааак… А какого стиля подобрать одежду?
— Можешь смешанный — классический и спортивный, а можешь только спортивный, но подбирай вещи тёмных тонов, — ответил мне Дима.
Я стала просматривать одежду и в итоге остановилась на чёрных джинсах и тёмно-серой рубашке с коротким рукавом. — Джинсы можешь надеть, а рубашку я сейчас быстренько поглажу, — сказала Диме, а затем закрыла шкаф.
Только я хотела взять гладильную доску, которая стояла в собранном виде у стены, как Дима меня остановил, обняв сзади за талию.
— Подожди, сперва я тебя немного поглажу, а потом уже ты быстренько погладишь, — сказал он, поглаживая мои руки и целуя шею.
Я расплылась в улыбке от его слов и объятий.
— Можешь не торопиться, — прошептала я, положив голову ему на грудь.
Ещё несколько секунд его губы ласкали мою шею, а потом он поцеловал меня в щёчку и отпустил.
— Увы, но нам скоро уже выходить, — сказал Дима, а затем снял с себя футболку и сел на кровать.
Я разобрала гладильную доску и включила утюг.
— Дим, а Георгий для тебя как дедушка, да? — спросила я, когда только начала гладить рубашку.
— И как друг, и как дедушка, — ответил мне он, надевая джинсы.
— Мне он понравился, — сказала я, посмотрев на Диму.
— Он многим нравится, а вот я с ним поспорить люблю, — с еле заметной улыбкой сказал мне Дмитрий.
— Да, я поняла это, но Георгий сказал, что ты всё равно делаешь так, как он скажет.
— Не совсем, ведь я вчера всё-таки зашёл к медсестре, но в халате.
— Что? — чуть ли было не возмутилась я.
— За успокоительным, Лида, — объяснил он.
— А с медсестрой-то что?
— А что с ней может быть? — спросил Дима.
— Не прикидывайся, Дима, что не понимаешь, о чём я говорю!
— Я и не прикидываюсь. Я зашёл к медсестре, которой 65 лет, она жена Георгия, её сыну 44, дочери — 41, есть внуки: старшему внуку 23, младшему — 22. Так что с медсестрой всё в порядке.
Ох уж этот Дима…
— Слушай, Дим, у тебя отличное чувство юмора, — с улыбкой сказала я, а затем перевернула рубашку.
— Думаешь? — спросил он, взяв с полки туалетную воду.
— Однозначно! Извини, но я вспомню воскресный вечер, — произнесла я, смотря на рубашку. — После него я часто вспоминала о том, как вы с Зейном Эванзом говорили про ориентацию. С одной стороны, это было пошло, но с другой… Нет, ты хорошо тогда сказал Зейну идти в любую сторону, но только не стоять на месте…
— Скажу честно, у Зейна чувство юмора не хуже, но он частенько острит, а в тот день Зейн позарился на моё…
Я засмеялась.
— Чего ты смеёшься?
— Да нет, ничего… — произнесла я, продолжая смеяться.
Дима подошёл ко мне сзади и обнял за талию.
— Каждый хахаль, оказавшийся рядом с тобой, непременно сменит ориентацию! — сказал Дмитрий, заставляя меня беспрерывно смеяться.
— Ты неподражаем! — сказала я, а затем, не убирая его рук, повернулась к нему лицом и поцеловала в губы. — Всё, можешь надеть рубашку.
Он улыбнулся мне и взял из моих рук рубашку. Я выключила утюг, а затем решила помочь ему застегнуть пуговицы и в итоге застегнула все, потому что Дима занял свои руки более приятным занятием, — он стал поглаживать меня, где можно и нельзя, хотя ему можно везде.
— Мне нравится, когда ты за мной ухаживаешь, — сказал Дима, когда я поправляла ему воротник.
Я улыбнулась ему и спросила:
— Что ты хочешь на ужин?
Он улыбнулся и поцеловал меня нежно в губы.
— Тебя в каком-нибудь пеньюаре.
— Дима! — смущённо воскликнула я.
— На твой выбор, любимая, — сказал мне он, целуя мою шею. — А теперь одевайся, — через пару секунд произнёс Дмитрий, немного от меня отойдя.
Я потянулась к гладильной доске, как Дима остановил меня, сказав:
— Я сам соберу, одевайся.
Сперва я хотела пойти одеваться в ванную, но потом передумала, решив одеться в спальне. Пора бороться со своей нелогичностью. Когда я надела джинсы, Дима подошёл ко мне и положил на прикроватную тумбочку купюру в пять тысяч рублей и произнёс:
— Помнится, я должен был тебе наличные.
— Три с половиной тысячи, а не пять…
— Неважно, — перебил меня он. — В магазины можно только с Егором. Позвонишь ему, когда будет нужно. С этой недели Егор только твой контролёр. Библиотеки, магазины, что-либо ещё — только с ним. Это понятно?
— Да, сэр.
— Не стоит ко мне обращаться так, словно я тебя поработил.
— Я поняла тебя, Дима.
— Так-то лучше. Кстати, подумай насчёт пеньюара, — сказал он, а затем вышел из комнаты.
Я продолжила одеваться со смущённой улыбкой, а как только оделась, посмотрела на себя в зеркало и сделала высокий хвост. Свитшот идеально сидел на мне, к тому же у него приятная ткань.
— Я готова, — громко сказала Диме, когда вышла в прихожую.
Прошло несколько секунд, послышались его шаги.
— Отлично выглядишь! — произнёс Дима, как только появился в прихожей.
Я решила пошутить и молвила:
— Ты сказал обычно? И я того же мнения.
Дима подошёл ко мне и жестами показал, что я выгляжу отлично.
— Прости, но я не понимаю, — с улыбкой сказала Диме.
Он молча обулся и открыл мне дверь. Когда мы стояли и ждали лифт, я посмотрела на него с осторожностью и увидела игривый взгляд. Он не просто так молчит, чувствую, в лифте Дима доходчиво донесёт до меня свой комплимент… Нет уж, сегодня я в лифт с ним не зайду.
Посмотрев в сторону окна, я осторожно сделала маленький шажочек в сторону, а потом быстро побежала к лестнице. Думала, он сейчас появится передо мной, но этого не происходило, Дима даже не последовал за мной, и меня это насторожило, поэтому на лестнице я не сбавила скорость.
Когда уже была на первом этаже и оставалось лишь выбежать на улицу я сбавила скорость, так как была уверена, что лифт ещё не спустился на первый этаж.
— Мааамочки… — вскрикнула я, когда оказалась в руках Димы, который стоял за углом.