— Сколько тебе лет?
— Девятнадцать.
— Так ты уже совершеннолетняя.
— Я же в Америке живу.
— А, да, там же с двадцати одного года.
— Ага, — грустно произнесла Виктория. — А тебе сколько лет?
— Восемнадцать, — ответила я. — А почему ты хочешь жить здесь?
— У меня мама русская, и мы с Калебом дома всегда говорим на русском, только с отцом на английском. Первое слово я сказала на русском языке. Наша мама переехала в Америку из-за папы, и хоть сюда она меня не пускала даже с родственниками, у меня всё равно в списке любимых стран на первом месте Россия, я всегда ею интересовалась. И вот моя мечта сбылась — я прилетела сюда.
— И теперь ты хочешь здесь остаться насовсем?
— Да, — ответила Виктория. — Мы сегодня немного погуляли по Петербургу — там очень красиво, красивее, чем на фотографиях! — воодушевлённо произнесла Виктория. — Я бы хотела там жить и учиться.
— На кого ты хочешь учиться?
— Меня тянет в научно-исследовательскую сферу, мечтаю поучаствовать в экспедиции на Северный полюс.
— Ничего себе!
— Я слишком много мечтаю, — с улыбкой произнесла Виктория. — Рыб и называют мечтателями.
— Ты по гороскопу Рыбы?
— Ага, двадцать восьмого февраля родилась.
— Знаешь, Виктория, тебе стоит попытаться осуществить свою мечту!
— Я смотрела учебные заведения Петербурга, список экзаменов, которые необходимы для поступления, уже не одну книгу прочла и посмотрела по телевизору множество познавательных передач… Я уже душой давно здесь, моя проблема — мама, она меня очень любит и не отпустит сюда.
— Калеба ведь отпустила…
— С горем пополам, — перебила меня Виктория. — Отец просто купил брату билет и сказал, что это его жизнь, а не мамина. А мне папа сказал, чтобы ждала совершеннолетия.
— Я думаю, что с родителями можно договориться, когда в душе горит огонь. Главное, чтобы его не потушили.
— Ты бы смогла пойти против воли родителей, чтобы осуществить свою мечту? — спросила у меня Виктория.
— У меня нет отца…
— Извини!
— Ничего, — ответила ей я и вздохнула.
В комнату зашёл Ваня и предложил присоединиться ко всем, но мы с Викторией сказали, что придём попозже, и тогда Ваня нас оставил.
— Да, смогла бы, — ответила Виктории на её вопрос.
— А ты делала это?
Можно ли сказать, что я всем врала, чтобы только достичь своей цели — найти Диму?
— Чего мне только не приходилось делать, — обобщила я.
— Лида, а можно вопрос не по теме? — спросила Виктория.
— Конечно.
— Ты правда встречалась с Димой? — произнесла она, и я почувствовала сильную боль.
Опустив голову вниз, тяжело вздохнула и произнесла:
— Да.
— А почему вы расстались?
Господи, молю, дай мне сил!
— Из-за меня.
— Из-за тебя? — удивлённо переспросила Виктория. — За то время, пока он жил в Нью-Йорке, только он расставался с девушками, а не они с ним.
— У меня тяжёлый характер, — тихо произнесла я, а затем встала с кресла и сказала: — Виктория, пойдём в гостиную.
Она с грустью на меня посмотрела, и мы вышли из комнаты.
— Ты иди, а мне нужно в дамскую комнату, — произнесла я, и мы с ней разделились.
На самом деле меня со страшной силой потянуло на улицу, поэтому я быстро оделась и вышла подышать свежим воздухом. На улице шёл снег, мне захотелось упасть в небольшой сугроб, закрыть глаза и побыть наедине с собой. Подойдя к дереву, вдруг услышала жалобное мяуканье и, подняв глаза, увидела на крыше дома рыжего котёнка.
— Как ты там оказался? — произнесла я.
— Это мой котёнок, — вдруг услышала женский голос и посмотрела в сторону забора.
За ним, на своём участке, стояла бабушка.
— Он убежал сегодня вечером, и собака загнала его на дерево. Сколько не звала — не спускался. Недавно с дерева перебрался на крышу, вот я и хотела попросить кого-нибудь из вашего дома спустить моего Барсика, — сказала мне бабушка, и я, недолго думая, побежала в дом.
Я не стала никого звать на помощь, а сама поднялась на второй этаж, залезла по лестнице на чердак, открыла дверцу, ведущую на крышу и, пожелав себе удачи, полезла на самый верх за котёнком. Крыша была в форме трапеции с узким верхом, поэтому до котёнка пришлось передвигаться сидя, перекинув одну ногу на другую сторону.
— Милая, только осторожнее! — раздался хриплый голос старушки.
— Не волнуйтесь, бабушка, всё будет хорошо! — продвигаясь к котёнку, ответила ей я.
Малыш был напуган, но сидел на одном месте и мяукал.
— Всё, лапочка, скоро ты окажешься дома, — произнесла я, когда добралась до котёнка.
Засунув его в свою шапку, аккуратно развернулась на другую сторону и начала продвигаться обратно к чердаку. Бабушка всё время приговаривала, чтобы я была осторожнее, ведь крыша скользкая. Как только я приблизилась к чердаку, первым делом наклонилась и выпустила котёнка на лестницу. Когда я уже хотела сама перебраться на чердак, у меня соскользнула нога и задела дверцу чердака, та закрылась.
— Чёрт! — тихо произнесла я, понимая, что застряла на крыше, потому что дверцу теперь можно открыть только с чердака.
Немного отодвинувшись назад, посмотрела вниз и увидела, как бабушка, не жалея сил, бежит к воротам дома. Подбежав к ним, она стала звонить, и вскоре из дома без куртки вышел Ваня.
— Молодой человек, помогите девочке слезть с крыши! — сказала ему старушка, и Ваня сразу же посмотрел на крышу, а потом, как ошпаренный забежал в дом.
За считанные секунды из дома вышли все гости.
— Господи, Лида, ты что там делаешь? — схватившись за сердце, спросила София.
Время для юмора.
— Я — Карлсон, который живёт на крыше, — ответила подруге, и тут Марина, Даша, Камилла и ещё одна девушка засмеялись.
Их смех меня не удивил, но удивила Анжела, которая не засмеялась с ними заодно.
— Лида, какой к чёрту Карлсон! — взволнованно произнёс Гена, как тут дверца чердака распахнулась, и оттуда показался Андрей.
— Давай руку! — сказал мне он.
— Сейчас…
— Лида!..
— Подожди, Андрей! — перебила его я и посмотрела на гостей.
— Карлсон вернулся, чтобы поздравить Ваню с Днём Варения!
— Спасибо, Лида, но, прошу тебя, дай Андрею руку! — раздался с чердака голос Вани. — Ты меня уже много раз поздравила, и этот день я на всю жизнь запомню!
— Лида! — взяв меня за ногу, сердито произнёс Андрей, а София и Виктория даже вскрикнули от испуга.
Я не стала более ничего говорить и с помощью Андрея спустилась на чердак, где меня обнял бледный Ваня.
— Калеб, отдай котёнка бабушке, что стоит у ворот, — сказала я другу, на руках которого сидел дрожащий рыжий комочек.
— Лида…
— Не надо, Калеб, — перебила его я, а затем быстро обняла Ваню и побежала вниз, где меня ждали остальные ребята.
— Лида, что же ты делаешь? — обняв меня, тревожно спросила София.
— Я спасала котёнка…
— А попросить кого-нибудь из парней это сделать ты не могла? — перебил меня Гена.
— Нет, — ответила ему я, и тут к нам подошёл Андрей и протянул Игорю ключи от машины.
— Завтра приедешь на ней, — сказал он своему брату и обратился ко мне: — Лида, скажи всем до свидания, мы уходим.
— Пешком? — спросила София.
— Да, — ответил ей Андрей.
— Давай вызову такси…
— Не надо, Ген, мы пойдём пешком, на улице не холодно.
— Но тут идти час, если не больше, — сказал Ваня.
— Ничего страшного, — ответил Андрей и направился в прихожую, чтобы надеть сапоги и куртку.
Мне ничего не оставалось сделать, кроме как сказать всем до свидания и выйти к Андрею. Перед уходом я поймала недовольные взгляды «милых дам», а потом взяла у Калеба котёнка, и мы с Андреем пошли к воротам. Отдав рыжего беглеца бабушке, я взяла Андрея под руку, и мы молча пошли дальше по заснеженной дороге. Я была рада, что мы ушли с Дня рождения, но мне было неудобно перед Андреем за то, что вынудила уйти оттуда.
— Андрей, — спустя пару минут молчания произнесла я, — ты не обязан…