Серые обошли по периметру весь склад, в центре которого, как и по-над стенами, стояли ящики, оставляя лишь узкие проходы. И ушли к выходу - и в коридор.
- Тьфу ты! Опять теплодатчик, фиксирующий изменения, на крысу среагировал! Нет никого, - механическим голосом проскрипел один из них уже в коридоре.
Шнобель оставался по-прежнему между ящиков, только присел на присядки и свесил голову на грудь. Хотел положить руку на голову распластавшейся где-то рядом собаки - но только наткнулся на закрепленный на её голове прибор. Барабашка, скорее всего, сидел тоже между ящиков, чуть ближе к широкому проходу.
Немного погодя, Шнобель подумал, что хорошо, что приборы "серых" не фиксируют изменения в помещении запаха. Вблизи от Пса сильно воняло собачьей шерстью. "Надо, быть может, было озаботиться приобретением шампуни, отбивающей запах собаки. А то я тут задохнусь, наверное", - подумал он. Затем Шнобель невольно погрузился в размышления о том, сколько времени нужно будет ещё прождать. "Всё зависит от того, когда именно Золотусскому намерены привести заказ: капсулу с клоном. Рональд или Генрих на летающей тарелке отследят погрузку около института клонирования. Капсулу с клоном даже сверху трудно спутать с более мелкими и незначительными заказами. С Генрихом над городом будет летать и вран, который сообщит Кроласу, когда будет пора действовать. И как только Кролас вырубит ментальный купол над городом -- придёт наше время. Нам нужно будет отключить комп Золотусского, тем самым не дав ему развернуть широкомасштабные военные действия, лишив базу основного тактического оружия. Но, нам надо будет почувствовать ментальное изменение. Причём, находясь в бункере, при значительном экранировании. Удастся ли? К тому же, исчезновение купола над городом станет сигналом и для отряда Крысы, который сразу начнет громить "пансионат" Тараканова... А также, для людей Борова и дяди Оси, которые будут драться с теми серыми, которые полезут отсюда наверх изо всех щелей, чтобы защитить прибывающий клон от таракановских. Но это всё - предположительно. Ведь у противника могут оказаться совсем другие планы и тактика, чем предполагали мы, - размышляя обо всём об этом, Шнобель, как ни странно, слегка задремал. Прямо здесь, в Логове, между холодных, металлических ящиков из-под аппаратуры... Сказалось постоянное напряжение последних дней и ночей.
Глава 6. В карцере.
Кроласу всю ночь почему-то снился Шнобель. То в образе рыцаря с мечом, то в виде мушкетера со шпагой. Он дрался и с драконом, и со скелетами-призраками, и с мертвецами-зомби. А потом снилось что-то ещё... После чего он резко проснулся, будучи насильно вырван из сна.
И его пробуждение было воистину не из приятных. Около Иоганна стояли и Тараканов, и Амбер Циммербаум... Они явным образом его изучали.
- Он почувствовал! Я же сказал, что он телепат! - улыбнувшись, сказал Амбер. И Кролас тут же вспомнил сон, который снился ему только что: последним, что ему привиделось, была толстая жёлтая змея. Она приближалась к нему всё ближе и ближе; и, когда змея готовилась прыгнуть на него, Кролас во сне заорал. И, конечно, сразу проснулся.
- Зачем вы, молодой человек, вчера выходили из отделения - и где вы были? - задал ему вопрос Тараканов.
Иоганн подумал о том, что, по-видимому, медсестра вчера сделала запись в журнале и о его "болезни живота", и о его походе на другой этаж. И даже, быть может, обнаружила, что к профессору Кроласа вовсе не вызывали.
- Совершенно верно! - сказал Амбер. - Медсестра сообщила нам о вашей самовольной прогулке. Итак, где вы были?
Он почувствовал, что Амбер пытается считывать его мысли. Но кто-то экранировал его, самую малость, и слегка помогал Кроласу осуществлять мысленный контроль. "Нет, не думать об этом! Думать о том, как я выхожу из палаты, дохожу до лифта, еду на первый этаж... И -- сижу там, возле лифта, так и не осмеливаясь проскочить фойе и устремиться к центральному выходу. А немного там посидев в нерешительности - еду обратно", - сам себе дал Кролас установку, стараясь держать мысли под контролем.
- Он хотел бежать! Но - побоялся. Спускался на первый этаж, - тотчас заявил Амбер.
- Изолировать! Срочно отправить в карцер! И установить там мощное поле. Будет у нас для опытов - как крысёныш, - гневно вскричал профессор.
- Ну, это вы -- дальше сами распоряжайтесь. Вызывайте санитаров. Пусть скрутят его и доставят, куда надо. А я - пожалуй, пойду, - сказал Амбер.
- Да, Амбер! С этим строптивцем мы сами дальше разберемся. А вы займитесь, наконец, девчонкой. Надо вытрясти из неё всё, что она знает.
Кролас еле сдержал мысли. Стараясь не думать о том, что за девчонка такая их интересует. Он думал о карцере и змеях, мазохистски стараясь зацепиться за эти жуткие образы.
Пока Амбер не вышел прочь.
Тараканов же ещё несколько раз походил вправо-влево.
- Из моего карцера домой никто не выходит. И обязательно, рано или поздно, там полностью теряют рассудок. Но, не поймите неправильно - всё это делается не для моего удовольствия, а для науки! Подобные эксперименты дают бесценный научный материал, воистину бесценный... Усилим излучение, и посмотрим, как это повлияет на такие крепкие, строптивые мозги, как ваши. Любого человека очень легко можно сломить. Любого! Но меня интересует не сам результат. Нет, меня заботит именно эта грань, за которой это - уже и не человек вовсе, а безвольная тряпка. И его организм перестает трепыхаться. А еще, во что он может превратиться непосредственно на грани. Это же - так занимательно! Некоторые сопротивленцы решают уйти в иные измерения или раствориться в небытии... Выход из тела, медитации. А некоторые - стихи пишут или рисуют, чтобы не свихнуться, или приобретают странные способности, весьма интересные... Однажды мы вошли в карцер - а там и вовсе никого нет. Представляете? Исчез человек! Так-то... Вам я бумаги оставлю, карандаш: пишите, рисуйте! Вы же - творческая натура!
- Я - не творческая натура.
- Ха-ха! В смысле: вы этого нам не заявили! Но это - не важно. Вы ведете себя, как творческая натура. К примеру, убежать пытались, строптивец. Чем вам здесь не нравится? Кормят, поят. Удобства - есть. Работать - не надо. Чего вам не хватает? Свободы? Вот и будете самовыражаться! В карцере. Искусство - это свобода! Свобода - чего? Путешествий? Сейчас же закатим вам любое воображаемое путешествие! Ха-ха-ха!
После своей длинной тирады Тараканов высунулся в коридор и громко позвал:
- А ну, санитаров сюда, быстро! Переведём клиента в изолятор!
Немного позже, Кроласу вкололи какой-то сильно болючий укол, после которого конечности перестали ему повиноваться. "Хотя я не оказываю никакого сопротивления, они сделали это со мной... Зачем? Боятся, что ли? - подумал он. В то время, когда его, как безвольный труп, потащили к лифту, он ничего не мог делать, не мог пошевелить рукой или ногой и даже слегка приоткрыть глаза. Но, в то же время, всё чувствовал и осознавал.
Кроласа, как дрова, вынесли из лифта второго этажа, занесли в небольшую комнату и выгрузили прямо на пол.
После этого дверь с лязгом захлопнулась, а он, беспомощный, остался валяться на полу.
* * *
Снова кто-то долбился ему в голову. Долго, почти безнадёжно. Как дятел долбит дерево, когда достает из-под коры короедов.
- Кр-ролас, Кр-ролас, Кр-ролас! Пр-росыпайся! Пр-росыпайся!
Это - вран. Иоганн открыл глаза. "О, боже! Как же всё это ужасно! Я хочу заснуть, и проснуться не здесь, а где-нибудь в другой реальности... Или - не проснуться вовсе. Я сделал всё, что мог. И - не сделал ничего. Меня морально уже уничтожили, разбили, превратили в амёбу. Я больше ничего не могу!" - подумал он.