Медленно утекала минута за минутой... Но вот, в конце концов, раздался вой сирены. По коридору забегали, как крысы на тонущем корабле, серые и медики в белых халатах. Затем Кролас услышал звук взрыва...
"Возможно, отключив страшную кнопку, Шнобель и его компания уже поднялись обратно, вверх, на лифте. Тогда, заложив мину, выставив таймер и отправив лифт без пассажиров вниз по шахте, они, таким образом, привели его в недееспособное состояние. Так они, во всяком случае, могли избавиться от "хвоста" из серых, желающих воспоследовать за ними снизу... Иначе - что это за взрыв? А у Шнобеля была мина... Он мог её активировать", - подумал Кролас. - Лично я, поступил бы так".
Поскольку всё равно аварийная сирена уже сработала - то, наверное, у гада-профессора был какой-то, нарушенный, всё же, компанией Шнобеля, секрет... И после воя сирены Шнобель решил дальше уходить с шумом, и устроил взрыв.
Кролас осторожно выглянул в проем коридора.
"Похоже, серые этого яруса намерены обложить их около лифта, в закутке... Многие из них, услышав взрыв, тут же ринулись из лабораторий по коридору именно туда... Остается надеяться, что Шнобель и Гондурас не потеряли ещё приборы невидимости. Но серые могут элементарно наткнуться на них в коридоре и понять, что часть попавших сюда лазутчиков - невидимы, и тогда - открыть огонь наугад, по пустоте... А старик, если он только ещё жив, и вовсе для них - ходячая мишень" - Иоганн осознавал всю сложность положения, и пока не знал, чем помочь беглецам, которые были в большой опасности. Он присел, прислонившись спиной к стене.
- Интересно, удалось ли им? - спросил в это время Барабашка. И этим вопросом вывел Кроласа из временного ступора. "Пора действовать!" - решил тот.
Они с Барабашкой высунулись из-за угла почти одновременно. И стали отстреливать серых, прежде всего тех, которые направлялись в другой конец коридора. Некоторые из врагов тут же устремились сюда.
- Стрелять надо метко, чтобы шальная пуля наших не зацепила, - сказал Иоганн напарнику, а сам подумал: " Жив ли Шнобель? Кажется, там, в конце коридора, завязался рукопашный бой... Но ничего не разобрать за толпой серых. У наших, кроме старика, преимущество в невидимости, но у врага - в численности".
Но думать было некогда - ещё целая толпа серых выскочила из одной из ближайших лабораторий. И устремилась именно сюда, к закутку, из-за стены которого периодически высовывались и отстреливались Кролас и Барабашка. Один из серых был впереди остальных, прорвался, и вот скоро приблизится... "Как назло, надо перезарядить оружие", - подумал Кролас. У Барабашки то ли свело живот, то ли пуля в него попала...
- Мы играем со смертью в карты -
И душа здесь является ставкой.
Мы играем со смертью в карты -
И по-разному ставим на кон, - это вдруг раздался рядом с Кроласом громкий голос Барабашки...
"Сумасшедший, что ли? - изумился Иоганн. - Поэт, однако!"
Как ни странно, на ближайшего, подбирающегося к ним, серого, стихи оказали неожиданный эффект легкого ступора - и потому Кролас всё же успел всадить в него пулю.
- Аварийный сигнал. Атака.
Мы играем со смертью в карты...
Кто же выживет - не загадка.
Мы узнаем о том - потом.
Мимо них просвистела пуля, и Кролас едва успел убрать голову, вначале высунувшись из-за прикрытия.
- Выпал козырь, король, и десятка.
Дама пик, а затем - шестерка.
Мы играем со смертью в карты,
Мы гадаем сейчас на судьбу...
Попадется нам враг заклятый,
И печаль, а затем - дорога...
Только жизнь за свободу плата,
Я другое видал в гробу.
Эти слова произносил Барабашка, бледный как мел, и вжавшийся в стенку. А Кролас снова высунулся и дал залп по двум серым. Они упали, но к нам устремились ещё трое. Теперь, как видел Иоганн, высунулся и отстрелялся его напарник - и он не знал, с каким результатом.
"Применить гипнокристалл? - подумал Кролас. - Но, вряд ли поможет. На этих запрограммированных нелюдей, скорее всего, не подействует. И зарядить толком не смогу сейчас. Не сосредоточиться".
Барабашка, укрываясь от пуль, вновь прислонился к стенке за углом. Стал рядом с Кроласом...
- Кто был честен - уже распятый.
Сытых, жадных идут отряды.
Нам же снова досталась месть.
Власть - не в масть, ожидает голод,
Раскаленный и смрадный Город...
Что осталось? Лишь только честь.
Неожиданно их обоих, выдохшихся, влипших в стену и боящихся высунуться, чтобы не получить пулю от серых, кто-то невидимый сгреб в охапку...
- Шноб! Это - ты? - спросил Барабашка.
- Да, я. Приложил собиравшихся на вас поохотиться серых, которые близко сюда подошли. Просто, взял их за шкирку и ударил друг о друга, головами. Вырубил ненадолго... Пользуюсь невидимостью, - говоря это, он увлекал друзей за собою, к спасительному выходу. - Хорошо, что вы некоторое время не стреляли. Подпустили к себе серых, зато нас не угробили... Интуитивы вы оба хорошие. А сейчас - быстро сматываемся! - и он подхватил на руки, быстро нашарив у стенки, что-то невидимое.
Они успели ввалиться за спасительную дверь до того, как из-за угла начала выбегать новая партия серых. Шнобель пропустил друзей вперед, а за собой захлопнул массивную дверь, и все устремились наверх как можно быстрее, поскольку пули все ж могли прошить металл насквозь.
- Я заметил, что с той стороны тоже надо руку с определенными пальчиками приложить... Так просто, значит, её не откроешь. У нас есть небольшая фора. Вперед! Но... Увы, Гондурас ранен, - Шнобель сорвал с головы прибор невидимости набок, и, волоча что-то невидимое (поддерживая Гондураса, наверное), уже поднимался следом, буквально толкая в спину Кроласа и Барабашку. Только сейчас Иоганн заметил, что Барабашка держится за предплечье - он тоже был ранен. И оба они подустали сильно; Кролас отошел в сторону, и пропустил вперед Шнобеля.
- Как ты? - спросил у него.
- Ничего... Порядок. Могло быть и хуже, - бросил тот быстро. - Догоняйте, и живо!
- Гондурас сильно ранен?
- Не знаю, не рассмотрел. Он в отключке, к тому же, - И Шнобель устремился вверх, таща на себе раненного.
- Давай - следом, а я... Их задержу, когда они высадят дверь, - пробормотал Барабашка, отступивший назад на ступеньку.
- Ну уж нет! Только геройства не надо, а? Вперед, а я - за тобой! И мы оба уйдем, если будем проворны! - Иоганн протолкнул этого странного парня вверх по лестнице, и быстро стал карабкаться следом. И вовремя! Серые подбежали к двери, изрешетили её пулями. Но Кролас и Барабашка были уже вне досягаемости этих пуль.
- Я устал! Давай, отдохнем! - где-то на середине лестницы взмолился Барабашка, который поднимался впереди Кроласа. Он стал, и ни шагу вперед.
- Ну, уж нет! Давай, ходу! Если у них не получится вышибить дверь - а она прочная - то они, вероятно, сбегают за лазером, и просто вырежут её. Низ лестницы тогда тоже будет поврежден, и подняться сразу им будет сложно. А потому -- у нас есть шанс, не расслабляйся только, - теоретизировал Кролас, не остановившись и пропихивая вперёд Барабашку.
- Могут ещё огнемет применить, - нахмурился тот.
- В подземке? Огнемет? Опасно, - ответил ему Кролас.
- Лазер - тоже опасно... Металл - хороший отражатель, - заметил Барабашка. Но все же пошел на подъем. Казалось, что он становился круче и круче. Не хватало сил.
Лестница казалась Иоганну бесконечной. Сверху на него иногда капала кровь.
- Нет, за лазером пока не пошли. Судя по звукам, тупо выносят дверь, - вдруг, обернувшись, сказал Барабашка.
- Наверно, начальство, с которым ещё связаться надо, распоряжение ещё не дало про лазер, - ответил ему Кролас.
- Но дверь зато - кажется, уже поддается. Возможно, у них всё получится, - пробормотал Барабашка слабым голосом. Кролас чуть не наступил ему на пятки. Барабашка пошатнулся, и стал заваливаться набок. Иоганн подхватил его, посадил потихоньку на ступеньку. Тот всё же чудом не потерял сознание.