Он повернул голову, изучая хранителей.
— Оденьтесь, как подобает тем, кто служит драконам. И сегодня на охоту пойдите дальше, все вы. Вашим драконам понадобится много мяса. Дать им силу теперь ваша первоочередная цель. Мы будем летать. Когда мы достигнем Кельсингры, все вы пойдете с нами и город снова станет нашим.
День второй Месяца Рыбы
Седьмой год Независимого Альянса Торговцем
От Детози, хранителя птиц, Трехог
Реялу, исполняющему обязанности хранителя птиц, Удачный
Реял, я рада, что птицы снова благополучно до тебя долетели и сообщаю тебе, что наши новости весьма разнообразны. С тех пор, как мы с Эреком окурили наши клетки птицам больше не угрожают рыжие вши. Я уже говорила о том, как плохо Эрека сначала принимали другие хранители и хозяин птиц Трехога. И сейчас Я с радостью сообщаю, что все они выразили благоговение перед проявленной им мудростью в процессе преодоления этого кризиса и относятся к нему, как подобает, учитывая его навыки и знание птиц. Я очень горжусь твоим дядей.
На этом, конечно, хорошие новости еще не закончились. Несмотря на многочисленные заботы и неудачи, с которыми сталкиваешься в любом случае, мы с Эреком поженились. Церемония проходила на самой высокой платформе под навесом. Нас благословило солнышко, бабочки, танцующие над цветами и легкий, благоухающий прекрасными ароматами, ветерок. Мы собирались произнести наши клятвы со значительно меньшей формальностью, но поскольку бабушка и дедушка уже не надеялись выдать меня замуж, мне кажется, они сочли своим долгом выставить эту свадьбу напоказ! И красоту этой церемонии я не забуду до конца жизни.
Пришло время мне решить, какие вещи упаковать, чтоб взять с собой в Удачный. И, что еще тяжелее, мне надо выбрать, что оставить здесь и попрощаться с моими собственными птицами. Я предупреждаю тебя о необходимости держать хлева и клетки в идеальном состоянии до нашего приезда! Все, о чем он может говорить — это только о том, чтоб снова увидеть своих птиц. Я боюсь вуали, которую мне придется надеть для поездки в Удачный. Мне тяжело думать о том, что надо будет носить вуаль в его городе у моря. Но, конечно, счастье с Эреком стоит этих жертв.
Глава четырнадцатая
— Я действительно не понимаю что, по вашему мнению я могу с этим сделать, и почему вообще я должен что-то делать.
Гест говорил зная как на это отреагирует отец. Этот человек решительно отталкивал его, со дня его рождения. В юности он понял, что ему даже нравиться провоцировать его, поскольку Торговец Финбок собирался вести себя с ним как напыщенный дурак не важно насколько уважительно Гест заговорит с ним. И после его недавнего испуга, он мог себе позволить дерзить не моргнув глазом. Поэтому он сказал это, и сознательно откинулся на спинку стула делая расслабленный вид.
Лицо его отца стало багровым, левое веко дергалось. Он с шумом дышал через свой красный с прожилками нос. Черты его лица были больше следствием юности, проведенной на палубе корабля в дальних торговых поездках на север, чем нынешнего пристрастия к вину. Почему бы не выпить сегодня? И за отличный урожай тоже. Пока Гест ожидал его ответа, он потягивал вино из бокала. Да. Какой чудный букет! Что это? Аромат вишни? Он поднял бокал на свет, который струился из окна. Прекрасный цвет. Но рука, которая держала бокал, была еще перевязана, и ее вид испортил все удовольствие от вина. Порезы на носу и груди были тонкие и мелкие, они быстро затянулись и стали незаметными. Но рука, каждый день напоминала ему о том человеке, который издевался над ним и унижал его. Он стиснул зубы и стал слушать, о чем говорил отец.
— Относительно того, что ты можешь сделать: ты можешь поехать и вернуть свою жену! Для чего ты должен сделать это: ради нашего имени. Для вашего брака. Ради твоего наследника. И чтобы положить конец сплетням обо всем этом —.
— Сплетни-? Гест удивленно поднял бровь. — Какие сплетни? Я ничего не слышал в моих кругах. Мои друзья считают отказ от меня Элис, это старые новости. Грустно и скучно, но совершенно недостойные сплетни. Все волнения было более месяца назад. К тому времени, когда я вернулся из своей торговой поездки в Джамелию, все успокоилось. Она ушла. Я сделал все возможное для этой женщины, но она сбежала. С моим секретарем. Была небольшая драма, когда предполагали, что они бы утонули в этом наводнение, но теперь, когда мы слышали, что они живы и у них все хорошо, ну, что еще можно сказать? Она оставила меня, и, откровенно говоря, ее отсутствие является для меня облегчением. Я рад, что отпустил ее.-