Он был облачен не в свой обычный костюм, а в одеяния из чернейшего шелка, расшитые сложными, мерцающими серебряной патиной рунами. Они двигались, извиваясь по ткани, как живые змеи, впитывая свет и обращая его во тьму. Руки его до локтей были покрыты свежими, влажными от крови знаками, источающими тонкое, металлическое зловоние.
Но самым ужасным были не одежды. За его спиной, отбрасывая искаженные тени, парили два Морока. Эти сгустки чистого, концентрированного страха, некогда дикие, теперь были закованы в невидимые поводья его воли. Они не имели четкой формы - лишь клубящиеся очертания когтей, клыков и пустых глазниц.
В его руке был посох из черного, матового металла. На его вершине пульсировал, как сердце, крупный кристалл, внутри которого клубилась украденная энергия - алая, как кровь, и лиловая, как синяк. И он вышел на площадь, воплощение мощи и ужаса нового порядка.
А напротив, в десяти шагах, стоял Тимур. Он был в своей рваной, запачканной одежде. Никакого оружия. Никакой брони. Лишь серебристый, ровный свет Печати на запястье да такое же спокойное, глубокое сияние в глазах. Он не принял боевую стойку. Просто стоял, дыша ровно. Контраст был разительным. С одной стороны - вся атрибутика тирании и подавляющей силы. С другой - лишь тихая, непоколебимая уверенность. Вера против оружия. Эмпатия против эго.
***
Артур не стал тратить время на слова. Он резко вскинул посох, и кристалл вспыхнул адским багровым светом.
- Сгори! - его голос прозвучал громко и жестко. Из навершия вырвался сгусток черного пламени, похожего на дыру в реальности. Он пронесся над площадью с шипением и треском. Но Тимура на месте уже не было.
Он не отпрыгнул. Просто сделал легкий, почти небрежный шаг в сторону. Пламя врезалось в плиты, оставив расплавленное, дымящееся пятно. Артур замер, бровь его презрительно поползла вверх.
- Ледяная хватка!
Три копья из синего, мертвящего льда вылетели из его свободной руки, чтобы ударить с трех сторон. Тимур даже не повернул головы. Он присел, позволив одному копью пройти над ним, затем мягко отклонился назад, и второе просвистело в сантиметре от груди. Третье он пропустил, просто наклонившись.
Это был не танец. Это было нечто иное. Тимур не видел летящих в него заклятий. Он видел нити. Темные, колючие нити страха, ненависти и жажды власти, из которых Артур плел свои атаки. Он чувствовал их намерение еще до того, как они обретали форму. Он не блокировал атаки. Он обходил их. Его Магия Уз позволяла читать саму музыку боя.
Артур атаковал снова и снова. Волны парализующего страха проходили сквозь Тимура, не находя ничего, что можно было парализовать. Сферы энергии взрывались впустую. Ярость нарастала в Артуре. Его идеальное лицо исказила гримаса.
- Стой же, чертов трус! - проревел он, голос его сорвался. Он вложил в следующий удар всю мощь, соткав из тьмы гигантскую, многоглазую тварь с клешнями.
Тимур наконец поднял голову. Встретился с пустотой глазниц чудовища. И снова просто… шагнул в сторону. Чудовище врезалось в землю, подняв облако обломков. Когда пыль осела, Тимур стоял на прежнем месте, недвижимый. На лице его не было ни насмешки, ни злорадства. Лишь глубокая, безмятежная сосредоточенность. Он не тратил ни капли силы. Он лишь читал книгу под названием «Гнев Артура Грандо». И книга эта была проста и предсказуема. Грубая сила оказалась бесполезной против тихого понимания. И это бесило тирана больше любого удара.
***
Ярость Артура достигла точки кипения. Он был цирковым медведем, которого дразнит невидимая пчела. Прямая атака не работала. Что ж, если этот нищий святой играет в благородство, он получит его в самой ядовитой дозе. Он сделал едва заметный знак. Два Морока у его плеч сгрудились, их тенистая сущность сплелась в нечто новое. Воздух над площадью дрогнул. И из этого марева, спотыкаясь, на четвереньках, выползла Элиана.
Ее одежды были порваны и залиты чем-то темным, лицо - бледным, искаженным болью. Из-под прижатой к животу руки сочилась алая кровь.
- Ти-Тимур… - ее голос был слабым, прерывистым шепотом. - Прости меня… я… не хотела… он… заставил…
Она протянула к нему дрожащую, окровавленную руку.
- Помоги… умоляю…
Сердце Тимура сжалось ледяным тиском. Несмотря на все, зрелище было невыносимым. Иллюзия была сплетена из его собственных воспоминаний, из его тайной жалости. Инстинкт заставил его сделать полшага вперед. И в этот миг, когда его концентрация дрогнула, Артур нанес удар. Там, где только что была раненая девушка, материализовался короткий, вибрирующий клинок из чистой тьмы. Он не просвистел в воздухе - он просто появился, уже вонзенный в плечо Тимура.