«Как странно, – думал Иван, проталкиваясь в ставшем вдруг тесном коридоре первого этажа. – Неужели кто-то сам застрелился? Что толкает человека на такой поступок? Нужны очень веские причины, чтобы покончить с собой. Или помешательство. Может, он случайно выстрелил? Жаль».
У Ивана не укладывалось в голове, что кто-то может сам свести счёты с жизнью. Сейчас, когда мы наступаем, когда впереди ещё так много километров захваченной фашистами территории. Когда все силы должны быть направлены на то, чтобы всё дальше и дальше, уничтожая, гнать с нашей земли врага.
«Скорее всего, это несчастный случай из-за неосторожного обращения с оружием. Может, и не насмерть…» – решил Иван, ускоряя шаг и думая уже совсем о другом.
Он торопился, протискиваясь между людьми в коридоре. Иван был поглощён мыслями о том, как будет принимать свой взвод. Впервые – в качестве командира.
25
Впервые она сегодня сама проведёт урок.
Первого сентября 1943 года на площади перед Сталинградским тракторным заводом был митинг, посвящённый открытию первой восстановленной в районе школы. Ольга стояла среди строителей и рабочих завода. Рядом сбились в кучку ребятишки её четвёртого класса. Ольга сильно волновалась.
С конца апреля сорок третьего года она жила вместе с родителями Ивана и его сестрой Варей в Свердловске. Первого июля у неё родился сын. Мальчика назвали Серёжей. Он родился здоровеньким, крепким и был очень, по мнению Оли, похож на Ивана. Хотя Александра Ивановна, мама Вани, уверяла, что «Серёженька просто копия своей бабушки – Ирины Тимофеевны», мамы Оли.
Ко всей этой радости примешивалась глухая печаль от того, что Олины родители не дожили до этого счастливого события.
В середине августа Сергею Михайловичу, отцу Ивана, пришёл вызов из разрушенного Сталинграда. Он должен был принять участие в восстановлении завода «Баррикады» и налаживании его работы. На общесемейном совете решили отправиться в родной город всем вместе. Большое беспокойство, правда, испытывали из-за маленького. Сергей Михайлович считал, что Оля с внуком должны ещё какое-то время побыть здесь и никуда не ехать. Но Ольга наотрез отказалась оставаться одной с маленьким сыном в этом просторном и гостеприимном, но всё же чужом для них Свердловске.
– Ничего, как-нибудь устроимся. Дома и стены помогут, – твёрдо заявила она.
Так и решили.
В конце августа они вместе с двухмесячным Серёжей вернулись в Сталинград. Обосновались в Кировском районе, на юге разрушенного города.
Район этот оказался в стороне от основных боёв, и здесь сохранилось много жилых одноэтажных домов. В одном из них они и поселились. Помимо маленькой кухоньки в доме было три комнаты. Они впятером разместились в одной из них. Комната была вместительной. Отгородив большой угол, соорудили лёгкую перегородку, за которой устроились Оля с Серёжей. Родители Ивана с Варей расположились в оставшейся части.
Одну из комнат в доме занимали хозяева – пожилая семейная пара, Василий Капитонович и Елизавета Федотовна, работавшие ещё до войны на лесозаводе и тогда же ушедшие на пенсию. С ними жила их внучка Маша, пятнадцатилетняя задумчивая барышня. Родители Маши находились сейчас на фронте. Её отец, сын Василия Капитоновича и Елизаветы Федотовны, служил артиллеристом, а мама Маши – зенитчицей.
Последнюю, самую маленькую, комнату занимала семья, вернувшаяся из заволжской эвакуации в Сталинград ещё в марте – мать с дочкой. Мать, Полина Тихоновна, – энергичная строгая женщина лет сорока. Её дочка – шустрая Верочка – была ровесницей Варе. Полина Тихоновна до войны работала школьным учителем. До эвакуации они жили в центре города, который сейчас был полностью разрушен. На месте их дома теперь зияла засыпанная обломками воронка.
Вернувшись в Сталинград, Полина Тихоновна уже с марта учила деток в единственной в городе школе, которая открылась в Краснооктябрьском районе.
С самых первых дней, как только Волгины с Олей обосновались в этом доме, несмотря на тесноту и неминуемые трудности такого положения, все сразу сдружились. Жили как одна большая семья. Все проблемы решали вместе, по дому всё делали сообща.
– В тесноте, да не в обиде, – часто добродушно говаривал своим густым баском Василий Капитонович, протискиваясь утром к общему столу на кухне.
Через Полину Тихоновну Ольга совершенно случайно устроилась учителем в школе. Это она сказала Ольге, что с сентября в городе будут открываться новые школы и очень нужны учителя. Их просто не было в городе в нужном количестве. А дети и школы уже были.