Время неумолимо шло, а битва всё не прекращалась. Люди, несмотря на страстное желание и все усилия города их сохранить, продолжали гибнуть. От этого становилось очень тяжело.
Наступали холода. Это сильно усложняло положение людей в осаждённом Сталинграде. Они замерзали, а он не мог их всех согреть.
А потом выпал и не растаял снег, засыпав и укрыв белым все его раны и его самого. Городу на короткий миг показалось, что в этой вдруг наступившей тишине и в спокойном и чистом белом убранстве всё переменится.
Он всегда радовался снегу. Поздней осенью ждал его так же нетерпеливо, как весной – солнца и зелени. Под снегом город светлел и нарядными становились его мысли и настроение.
Но это белое, светлое безмолвие продлилось недолго. Притихшие было люди словно стряхнули с себя зыбкое оцепенение и продолжили посылать друг в друга смерть. От первых же разрывов все припорошённые снегом раны города обнажились вновь. Земля смешалась со снегом. И снег из белого стал грязно-серым.
А позже город увидел, как нестерпимо ярко-красным на этом снегу горит человеческая кровь.
3
Кровь прилила к голове, застучала, пульсируя в висках. От неожиданности и одновременно страха, что никакого голоса нет и ему всё только показалось, Иван чуть не упал, соскочив с койки.
К нему стремительно шла Оля.
Он подбежал к ней, обнял. Какое-то время они стояли молча, не веря своему счастью.
– Как ты здесь? Оленька, родная…
Она же только повторяла:
– Я нашла тебя. Я тебя нашла. Милый мой. Ваня. Ванечка. Живой!
Они подошли к его койке, присели, потом снова вскочили и прижались друг к другу.
Ольга, закрыв глаза, крепко обнимала Ивана. Ей казалось, что никогда она не сможет разжать рук, что только она сделает это – и всё унесёт внезапный порыв ветра: и эту палату, и Ивана, и всю её внезапную радость.
У Ивана кружилась голова, но впервые за последние дни это было не от слабости и тяжести, а от невероятной радости: «Она здесь! С ней всё в порядке!» Тяжёлый камень тревоги за Ольгу, всё это время давивший на Ивана, треснул и рассыпался в пыль.
– Как ты? Хорошая моя. Ну расскажи: что с тобой было? Как нашла меня?
Оля открыла глаза. От его родного, тихого и ласкового голоса она словно очнулась. И разом вспомнила всё, что произошло с ней за последнее время. И всё, что пряталось в эти дни там, в самой глубине её памяти, в её душе, неудержимо устремилось наружу. Госпиталь, эвакуация раненых по Волге под обстрелами, бомбёжками, разрушенный и горящий Сталинград, глубокая воронка на месте их дома, родители.
– Мама с папой погибли, – прошептала она. Уткнулась ему в грудь лицом и, не в силах сдерживаться, горячо разрыдалась.
Остро почувствовав её боль, Иван прижимал к себе Ольгу, гладил её волосы и тихо шептал, успокаивая:
– Я с тобой, родная моя. Всё пройдёт. Мы теперь вместе…
Как много он готов был отдать, чтобы забрать у Ольги её боль. Или хотя бы суметь разделить её на двоих, облегчить невыносимый груз её страданий. Глаза его начинали застилать слёзы, и он не в силах был сдержать их.
В палате стало очень тихо. На них никто не смотрел прямо, но по напряжению, витающему в воздухе, Иван чувствовал, что все пристально наблюдают за ними, вслушиваясь в каждое слово. В дверях палаты он увидел Зину. Она стояла с побелевшим лицом, нервно кусая губы, и смотрела на него. Разглядев, что в его глазах стоят слёзы, Зина вздрогнула, резко повернулась и ушла.
Ольга долго не могла успокоиться.
Потом они шёпотом разговаривали и всё не могли наговориться. Оля показала Ивану его фотокарточку с запиской на обороте. Она её сохранила и носила с собой.
– Смотри, ты написал, что любишь меня и скоро вернёшься, а получается, что прошёл уже целый год, а вернулся не ты, а я.
– Но я всё так же тебя люблю, – только и смог на это ответить Иван.
– Ты прости, я почему-то не смогла удержаться, чтобы не пошутить, и опять назвала тебя Иволгиным.
– Называй меня хоть горшком, только не теряйся больше, прошу тебя. Так страшно было не получать от тебя писем.
– Я писала, и от тебя письма приходили.
Спать отправились далеко за полночь. Ольга разместилась в той самой комнатке с тремя кроватями, где жили Даша с Зиной.
А на следующий день Иван оказался в этой комнатке вдвоём с Ольгой. Только она и он.
Оля сказала, что всё это устроила сама Зина.
Она тогда тихо добавила, обращаясь к Ольге:
– Повезло тебе, девка, с парнем. Кремень, а не человек. Держись за него, не упусти. А то желающие найдутся…
Ольга не поняла, с чего это Зинаида ей такое говорит. Но это было и неважно. Главное – они с Ваней вместе.