«Не паникуй, не паникуй, не паникуй!»
Иду за телефоном в спальню и включаю его. Мне тут же начинают приходить сообщения от Алекса. Набираю номер Маркуса, но он не отвечает. Черт! Черт! Черт! Могу ли я вообще хоть кому-то доверять?!
Я вздрагиваю от неожиданной вибрации телефона в моей руке.
- Ле, где ты? – его холодный и серьезный голос сейчас самый лучший звук на свете.
- Я дома.
- Я еду. Убили гетеру.
- Я знаю, - снова подкатывает тошнота. – У меня ее палец.
6
Алекс чеканил слова словно раздавал приказы:
- Быстро выключи свет во всей квартире. Собери весь алкоголь, который у тебя есть. Внимательно осмотрись на предмет вещей, которые могут тебя скомпрометировать. Не торопись и будь уверена, что ничего не забыла. Оденься неброско, соседи уже вызвали службу правды. У тебя будет ровно 4 минуты. Отключи телефон. Я жду тебя на углу Шестой улицы. Ле?
- Что? – я не могу скрыть паники.
- Пожалуйста, без самодеятельности, - тревога нарушает его построенную речь. – Я жду тебя ровно 4 минуты и иду за тобой.
Я делаю все в точности так, как сказал мне Алекс и успеваю выйти за пару секунд до того, как остановился патрульный автомобиль службы правды.
Через улицу от моего дома Алекс сидит в темном внедорожнике. Я сажусь на переднее сиденье и теперь мне хочется реветь навзрыд. Мужчина молча обнимает меня, и так сидим какое-то время.
Мы приезжаем в пентхаус Алекса. Он наливает два стакана виски со льдом, один из них я опустошаю залпом.
- Робин Ру. Ее нашли в фонтане в «Парке цветов», так же полностью обнаженная. Ее утопили и отрезали два пальца.
- Один из которых остался в моей квартире, - заканчиваю я за него. - Гранитный кусок, скорее всего это фрагмент фонтана, разбил окно. К куску был привязан мешочек, в котором лежал женский палец и записка.
- Записка? – Алекс оживляется настолько, что встает с места и начинает ходить по гостиной точно зверь. Я достаю из кармана ветровки аккуратно сложенный листок бумаги. Алекс раскрывает белый лист и читает фразу, выведенную черными чернилами «я начал обратный отсчет». – Что за ерунда?
- Меня больше интересует почему это все оказалось у меня. Думаешь мятежники начали охоту? – я с трудом верю, в то что говорю.
- Это не мятежники, - Алекс идет к настольной лампе и внимательно изучает записку.
- Почему ты так уверен в этом?
- Посмотри, как сложен листок. Край к краю, абсолютно ровно. Буквы так же ровно написаны. Это кто-то из местных, кто живет в Блэк Фоксе довольно долго и привык к идеальным стандартам. Мятежник бы не стал так утруждаться.
И я вспоминаю записку Тариэла, которая была полной противоположностью нынешней.
- Ходжер?
- Тоже вряд ли. У него не хватит терпения на спектакль. Хотя… - Алекс снова внимательно осматривает записку. - Зачем ты забрала ее?
- Не знаю. Мне хотелось бы иметь хоть какое-то преимущество перед службой правды, сейчас они начнут пристально изучать меня, - Алекс лишь коротко кивнул, давая понять, что понимает меня.
- Сколько он берет в расчет пальцев? Пять? Десять?
- Сколько бы ни было, но уже минус два.
- Значит он планирует убивать еще.
- Почему ты думаешь, что это мужчина?
- Вряд ли женщина хладнокровно отрежет пальцы и закинет на 4 этаж.
- Ты плохо знаешь женщин, - я выпиваю еще один стакан виски.
- Не налегай, - он забирает стакан из моих рук. – Тебя вызовут на допрос. Нам необходимо найти Маркуса.
Но Маркуса найти не удается. Скорее всего служба правды выяснит, что я должна быть в Академии гетер в карцере для наказания, но меня там нет. И конечно об этом узнает Ходжер. Пожалуй, пора подумать во что приодеться на собственные похороны.
- Я прокачусь по городу, поищу Маркуса, - Алекс берет ключи от машины и накидывает кожаную куртку. – Поешь что-нибудь и постарайся поспать. Завтра у тебя будет тяжелый день, голова должна быть холодной.