— Оставь меня и уходи, нэк, — старику было плевать на мои уговоры.
Но теперь я не мог его отпустить. Не ради него самого, а ради себя.
Он резким рывком высвободил рукав.
Тогда я быстро обежал его и встал прямо перед стариком, широко расставив руки в стороны. Разумеется, подобная преграда не могла его остановить, но мне было жизненно необходимо сделать хоть что-то, чтобы он замедлил шаг и хотя бы выслушал меня.
— Наставник, это не последние эльфы! — произнёс я ему в лицо. — Будут и другие, обязательно будут! Мир не настолько огромен, если мы раз за разом натыкаемся на проклятого отступника. Значит, и с эльфами мы ещё неизбежно повстречаемся!
— Ты не понимаешь, Менос… — его голос прозвучал глухо.
— Понимаю! — перебил я, продолжая стоять неподвижно. — Я тоже слышал такой же мерзкий, звенящий смех, когда потерял брата! Я знаю, через какой ад из-за этих остроухих ублюдков вам пришлось пройти!
«Прости меня, Арах», — мысленно произнёс я. Выбора у меня больше не оставалось.
— Я знаю про Аю, учитель, — очень тихо проговорил я, глубоко склонив голову и бессильно опустив руки. — Мне очень, очень жаль…
— Ар-раххх… — сквозь плотно сжатые зубы процедил гоблин. В его остекленевших глазах на мгновение вспыхнул блеск. — Вот же трепло, нэк.
— Можете наказать меня за эти слова, но вы просто не имеете права…
Я внезапно запнулся, беззвучно открывая рот, точно выброшенная на берег рыба. Меня пробил холодный пот от запоздалого осознания, что если прямо сейчас попробую пристыдить старика памятью о его погибшей внучке, он убьёт меня на этом самом месте без каких-либо колебаний и жалости.
— Знаете, сколько раз у меня опускались руки? — заговорил я снова, судорожно меняя направление мысли. — Сколько раз хотелось просто сдаться и всё бросить, лишь бы этот кошмар наконец закончился⁈ Но я не могу позволить себе умереть, пока лично не отрежу уши каждой эльфийской твари, причастной к гибели моего брата. И поэтому вам тоже нельзя умирать!
— Менос…
— Вы умрёте, если пойдёте туда. А без вас и мы с Арахом умрём. И больше некому будет поквитаться с эльфами. И тогда они окончательно победят. А всё через что мы прошли окажется зря.
Я впервые в жизни говорил с ним настолько нагло, почти преступая грань дозволенного. Наверное, именно поэтому Зуг’Гал пришёл в бешенство от услышанного.
Но одновременно с этим он больше не рвался вперёд и не пытался меня обойти.
— Ты прав, — произнёс он наконец.
От услышанного в груди потеплело. Я смог. У меня получилось.
Было чувство, будто огромный камень свалился с плеч. Смахивая холодный пот, я сделал несколько шагов, намереваясь поспешить обратно к амбару, но ладонь наставника хватко вцепилась в мою руку.
— Куда собрался?
— Все ведь уже ушли, — растерянно пролепетал я, даже не пытаясь высвободиться. — Там только Арах один ждёт с лошадьми…
— Ещё немного подождёт. Ничего с ним не случится, нэк, — отрезал гоблин. — А вот нам с тобой нужно немного прогуляться.
— Куда? — у меня вдруг запершило в горле от нехорошего предчувствия.
— А ты прислушайся.
А что прислушиваться — колокольчики звенят. Значительно реже и тише, чем раньше, но всё же продолжали звенеть, доносясь откуда-то из глубины притихшего города.
— Вы ведь сами только что сказали, что я прав, — взмолился я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Учитель, давайте просто вернёмся, прошу вас.
Глядя на моё кислое выражение лица, он неожиданно улыбнулся, и сделал это по-настоящему искренне.
— Мы не будем лезть в драку, — спокойно произнёс он. — Только посмотрим.
— Зачем нам на них смотреть⁈
Неужели, прежде чем уйти, он хотел воочию убедиться, что это не те самые эльфы? Боится, что вот так глупо может разминуться с убийцами внучки, а потом всю оставшуюся жизнь гадать, была ли то судьба или простое, нелепое совпадение?
— Совсем выдохся, да? — старик покачал головой с притворным разочарованием.
— Что?
— Ты только что сподобился на весьма мудрые слова, чтобы остановить меня, а теперь снова, даже после моей подсказки, не способен проанализировать и свести воедино два простеньких факта.
— Подсказки? — я задумался, совершенно сбитый с толку.
— Нет времени ждать, пока ты сам додумаешься, — старик бесцеремонно дёрнул меня за собой. — Пошли.
Уже снова поднимаясь по винтовой лестнице часовни, шаман всё же сжалился и терпеливо, шёпотом пояснил, что именно я упустил из виду.
— Смех, Менос. Мы слышим только их мерзкий смех. А там, на минуточку, сразу две Плети и отступник, успевший прикончить двоих других заражённых скверной. Так почему эти твари до сих пор хохочут вместо того, чтобы рвать друг друга на куски?