— Не получится. Я ведь тоже был в своём праве.
Лариос наконец убрал стилет за пояс и упёр тяжёлый, холодный взгляд в Балеора, не спеша подниматься с кресла.
— Объяснись. Немедленно. Я уже совсем ничего не понимаю, — потребовал тот, нервно меряя шагами пространство между дверью и телом.
— Конечно, мой друг, — улыбнулся четвёртый сын Дома Валари, и в этой улыбке не было ни капли раскаяния. — Балеор, ты любезно предложил помощь и сказал, что Кайрос, — кивок на окровавленное тело, — сам во всём разберётся, а мне нужно сосредоточиться на восстановлении, потому что нет ничего важнее здоровья.
— Ну и? — его оппонент терял терпение.
— И вот результат. Пожалуйста, возьми, полюбуйся.
— Что это?
— Это, друг мой, ночной горшок. В него принято справлять нужду.
— Я и без тебя это понимаю. Лучше скажи…
— Просто загляни внутрь, — перебил разъярённого эльфа Лариос, кивком указывая на предмет.
Балеор слегка повернул горшок и непонимающе уставился на герб одного из великих домов светлоликих. Откуда-то взятую явно оригинальную эмблему, отлитую из чистого золота и лунного серебра, грубо вплавили в саму основу дна дешёвого, простецкого горшка. Контраст был настолько нелепым, что Балеор на мгновение потерял дар речи.
— Это результат работы Кайроса. Что теперь скажешь? — поинтересовался Лариос, явно наслаждаясь произведённым эффектом.
— Не понимаю, — покачал тот головой, всё ещё разглядывая изувеченный, унизительно применённый герб.
— Доставили сегодня рано утром, вместе с запиской от гоблинов. Полностью её содержание раскрывать не буду. Скажу лишь, что эти зеленокожие отродья крайне недовольны тем, что Кайрос притащил на место предстоящей сделки едва ли не половину всех Высших из твоей гвардии.
— Насколько мне известно, оба гоблина тоже Высшие, — возразил Балеор, наконец отставив горшок в сторону. — Потому подобные меры предосторожности…
— Предпринятые им меры оказались избыточны, — уже во второй раз Лариос перебил хозяина дома, и в его голосе впервые прорезалось нечто похожее на раздражение. — Гоблины просили золото и всего две руны — первой и третьей орбиты. Так что нетрудно догадаться про их истинный уровень развития. Твой же подчинённый повёл целую армию против пары слабаков. Он явно сделал это в своём желании выслужиться перед тобой, между прочим. Видимо, решил не платить, а просто отнять моё оружие у коротышек, чтобы показать свою полезность. Для этого пригласил их в один из удалённых районов города. Вот только он не учёл, что эльфы крайне редко забредают так далеко от центра, из-за чего скрыть присутствие сразу нескольких десятков солдат, распределённых по небольшой территории, оказалось невыполнимой задачей. Вот гоблины и заметили западню до того, как в неё угодили. Как ты понимаешь, они очень обиделись на то, что их собирались ограбить, а после и убить. Теперь стараниями Кайроса я оказался необычайно близок к отлучению от дома и изгнанию из семьи. Если мой дед узнает о случившемся, то…
Балеор проникся услышанным, и весь его гнев будто разом схлынул, сменившись искренней тревогой за друга.
— Вопрос со своим вассалом я улажу и помогу тебе вернуть родовые клинки, — произнёс он уже примирительным тоном.
— Благодарю, мой друг, но вынужден отказаться. Я сам разберусь с этой проблемой. Теперь на кону стоит не только моя добрая репутация, но и вся моя жизнь.
— Я понимаю твои волнения, но ты сгущаешь краски, ведь это всего лишь гоблины.
— Я бы и рад с тобой согласиться, но сейчас мы в городе гоблинов, на их территории, где наши возможности весьма ограничены. Потому у меня нет права на ещё одну ошибку.
Балеор ещё раз взглянул на искалеченный герб на дне горшка.
— Если вдруг понадобится помощь, сразу обращайся! — сказал он, покидая гостевую опочивальню.
— Тогда не мог бы ты…
«Уже? Так скоро?» — мысленно удивился Балеор, останавливаясь в дверях.
— … приказать, чтобы здесь прибрались, — Лариос улыбнулся и обвёл здоровой рукой комнату. — А ещё… занять мне немного денег.
— Да, разумеется, — кивнул он прежде чем выйти.
— Похоже, она проклята.
Драконид нарочно громко захлопнул книгу, приподнял её на уровень глаз и, прищурившись, осмотрел обложку со всех сторон, будто и правда опасался.
— Не понимаю, господин… — слуга застыл в растерянности.
— Тебе известно о моём пристрастии к чтению. Я с лёгкостью могу проглотить несколько томов всего за вечер. А здесь же… — Адаль Асим Кадха будто задумался. — Чтение одной книги затянулось уже более чем на седмицу. Стоит мне только открыть сказание о путнике из деревни трёх рек, как тут же появляешься ты. И так каждый раз. Это не может быть простым совпадением.