Мысль была настолько неуютной, что Арах поспешил её прогнать.
Он поправил заказ, велев маленькой гоблинше заменить уже принесённый эль на квас. Ситуация для наставника слишком личная, так что не лишним будет выразить свою лояльность таким вот трезвым методом. И, чего уж скрывать, самому Араху тоже не помешает сохранить ясную голову. Завтра предстояло куда более важное дело, чем игра с эльфами в кошки-мышки по узким улочкам Улмора.
— Даже мёртвым Менос продолжает доставлять мне неприятности, — ворчал Арах, укладываясь спать.
Нужное место они нашли довольно быстро — по кружащему над кронами деревьев вороньём. Даже не самому опытному следопыту было ясно, что подобное скопление падальщиков просто так не собирается.
Отряд сошёл с дороги и начал углубляться в лес. Уже совсем скоро все они почуяли запах. Густой, приторно-сладковатый, тот самый, что ни с чем не спутать, если довелось хоть единожды побывать на недавнем поле боя.
— Менос, что же ты наделал? — покачал головой старик, когда они наконец вышли на небольшую поляну.
Арах шагнул следом за наставником и замер.
Повсюду валялась эльфийская броня — помятая, исцарапанная глубокими бороздами когтей, а местами даже прокушенная насквозь.
Нагрудники, поножи, обрывки перевязи — всё это лежало посреди бурых пятен, впитавшихся в утоптанную землю и успевших превратиться в засохшие почти чёрные корки. От самих владельцев доспехов не осталось ровным счётом ничего. Ни костей, ни малейшего клочка плоти.
Зато имелись другие трупы — не эльфийские. Три, нет, четыре крупные волчьи туши.
У одного волка в боку торчал обломок клинка, ушедший едва ли не по самую рукоять. У другого — там, где раньше была голова, теперь чернела оплавленная, будто прижжённая рана.
— О боги, что здесь произошло? — удивлялись стражники, прохаживаясь вокруг.
— Что это за твари, нэк?
— Волки же.
— Ты только посмотри на их размеры. Пасть такая, что голову за раз откусит.
— И шерсть какая чернющая.
Судя по гербам доспехи принадлежали воинам Дома Валари. Откуда они здесь взялись вообще не понятно. Чертовщина какая-то. Прибывшие с гоблинами эльфы сами ничего не понимали. Потому наскоро собрав броню, поспешили в Улмор.
Стражникам потребовалось на пять минут больше, чтобы осмотреться. После этого они тоже быстренько засобирались обратно в город. Оно и понятно, шли сюда толпой охотиться на одну Плеть, а тут мёртвые волки размером с телёнка. И судя по количеству оставленных следов всего их здесь побывало примерно с полторы дюжины. А значит где-то поблизости бродило ещё больше десятка таких же монстров.
Так что стража поспешила догнать уходящий отряд эльфов и пара гоблинов осталась сама по себе.
— Какая всё-таки… бездарность, нэк. Я был о Меносе лучшего мнения.
— Я тоже, Арах.
Гоблин про себя усмехнулся. Не часто старик с ним соглашался.
Арах не злорадствовал над гибелью парня — не потому, что опасался разгневать учителя, а потому, что даже мысленно не испытывал ничего, что можно было бы принять за ликование. Просто то время, когда он неистово желал Меносу смерти, уже прошло.
На самом деле он даже немного расстроился. Но не потому, что жалел человека, а из-за того, что испытал укол досады от того, как нелепо тот расстался с жизнью. Это же надо было сгинуть от собственной уловки с волками, не сумев удержать барьер меж измерениями и впустив тварей в этот мир.
От дурака только полботинка осталось.
А ведь сколько раз гоблин сам пытался прикончить парня. Теперь уже и не счесть. Взять хотя бы последний случай, когда Арах напел в ухо пьяному вдрызг орку, что Менос поносит почём зря имя его господина. Тот, разумеется, рассказал обо всём Драалу, и завертелось такое, что в итоге не только человек, но и он с наставником едва не погибли. Из-за этого Арах столько времени боялся, что если правда всплывёт наружу, то старик сам его прикончит.
И потому сейчас было обидно, что финал истории оказался таким вот пресным.
— Шкуру с него спущу, когда встречу, нэк.
— Что? Что вы сказали? — удивлённо моргнул Арах.
Глава 25
— Что значит «когда встречу»?
— То и значит.
— Но Менос же мёртв. Разве нет?
— Ты видел его труп?
— Как его увидишь? Его ведь сожрали. Вон, только пол ботинка осталось.
— Это плохо, тяжело ему на той стороне босиком придётся.
— Вы думаете, он ушёл в теневое измерение?
— Арах, осмотрись внимательнее. Да, не всю поляну, а сюда смотри, где ботинок лежит… то что от него осталось.
Гоблин недовольно шмыгнул носом. Он не любил, когда его учили таким вот способом. В этом было нечто унизительное, его будто как глупого котёнка пытались ткнуть носом в лужу, которую тот напрудил там, где не надо.