Но в этом весь наставник, так что Арах вздохнул и принялся сосредоточенно осматривать место, где, как ему казалось всего минутой ранее, нашёл свой бесславный конец Менос. Он опустился на корточки прямо посреди примятой, всё ещё пахнущей кровью травы и заставил себя смотреть внимательно, а не просто скользить взглядом, как делал это до сих пор, слишком поглощённый собственной обидой.
Трава помята, как и везде вокруг. Но одно место особенно выделяется — здесь лежал Менос. Судя по следам, Арах был уверен, что он рухнул сюда с приличной высоты, а не просто упал наземь во время боя — вмятина в земле слишком глубокая, будто что-то тяжёлое ударилось о неё с разгона.
— Странно, — почесал гоблин затылок. — Выглядит так, словно он с неба свалился сюда, а после просто немного отполз к этому дереву.
— Полагаю, что именно так всё и было.
Ну да, скорее всего именно так. Ведь речь шла о Меносе, а этот умел летать.
«Долетался» — мысленно усмехнулся первый ученик.
Тут же лежал и кусок ботинка, который волк не стал доедать. Узнать обувь Меноса труда не составило — слишком уж необычный фасон. Насколько гоблин знал, парень ходил в них ещё на родине, в Зергшаме, и даже когда ему предлагали справить новую обувь, тот отказался. Тогда Арах не обратил на это никакого внимания, посчитав это обычной человеческой придурью, но теперь, когда взял уцелевший огрызок в руки, понял, почему Менос не захотел новые ботинки. В этих, возможно, даже по раскалённой лаве побегать получится, и если не слишком долго, то после ещё циклов двадцать прослужат.
«Интересно, что это за кожа такая? Гибкая, но при этом плотная и твёрдая подобно камню!» — гоблин поскрёб когтем и снова принюхался.
— Думаю, что нога Меноса уцелела и это не его кровь, — слишком крепкие ботинки держал в руках Арах. — Значит, и кровь на них не его. Но помимо чужой я так же отчётливо ощущаю запах именно его крови.
— Если перестанешь нюхать только ботинок, то может даже найдёшь источник этого запаха.
Издевается? Молодой ученик поднял взгляд на наставника и понял, что тот говорит вполне серьёзно. Более того, старик раздражён медлительностью Араха. Так что тот поспешил последовать совету и отбросил испорченную обувь в сторону.
И правда, запахи на мгновение колыхнулись в такт движения ветра, аромат чужой крови уплыл вслед за ботинком, а вот Меносов остался на месте.
Полуухий снова медленно опустился на четвереньки и припал к земле, шумно втягивая ноздрями воздух. Каких-то двадцать ударов сердца потребовалось ему, чтобы наконец заметить притрушенный хвоей нож.
Он осторожно поднял его и поднялся сам.
Костяная дешёвка с коротким в половину ладони лезвием. Но на нём была кровь, и принадлежала она одному только Меносу.
— Линия крови очень тонкая и ровная, — учитель, не касаясь, провёл когтем вдоль красной полосы на режущей кромке.
— Значит, это он сам себя порезал? — догадался Арах. — Но зачем?
— Чтобы сделать именно то, о чём я совсем недавно его предостерегал. Только этот болван решил ещё и усилить прорыв, наверняка для того и плеснул своей крови в проход на ту сторону, чтобы разом всю волчью свору свести с ума, нэк.
— Но это же смертный приговор.
— Ты не слушаешь, Арах. Говорю же, он распахнул дверь и позвал сюда всех на обед, а сам прыгнул туда, — старик неопределённо ткнул пальцем себе под ноги. — Будь это не так, тогда и здесь бы красовалось большое засохшее кровавое пятно. Но его нет.
Ну конечно! Араху захотелось заорать от злости на самого себя. Как он мог упустить столь важную, а главное настолько большую, в буквальном смысле, деталь. Ведь везде, где сожрали каждого из эльфов, всё было залито кровью. А здесь же только смятая трава и дурацкие пол ботинка.
— А эти эльфы. Как думаете, кто это и вообще как здесь оказались?
— Не знаю, и если честно, то мне плевать. А теперь пошли отсюда, пока нас не съели.
— В смысле?
— Сумеречные волки, Арах, — вздохнул наставник. — Ты же хороший следопыт и обучен счёту, должен понимать, сколько тварей разбежалось по лесу после бойни.
— Они разве не вернулись в свой мир? — по спине гоблина пробежал холодок. Он заозирался, прислушиваясь к лесу.
— Ну так Менос, когда нырнул в свою тень, то тем самым оборвал связь между двумя планами, и проход захлопнулся, нэк.
К дороге они добирались в полнейшей тишине. Арах то и дело оборачивался, вздрагивая от каждого шороха в кустах, а рука его так и норовила сама собой лечь на рукоять оружия, хотя против стаи волков таких размеров костяной клинок помог бы едва ли лучше, чем обычная щепка. Даже наставник, обычно шагавший неспешно и вразвалку, на этот раз двигался быстро и почти бесшумно, то и дело останавливаясь, чтобы прислушаться.