- Не обессудь, но желания никогда не исполнишь, не веря, что сбудется. Думай о нём, о Владе-то, а он уж сам сделает что надо.
- Ты оптимистка.
- Я вижу, - снисходительно сказала Дарья.
А Тася потупилась, пряча улыбку и вспоминая, как Влад сказал то же самое, властно уволакивая её в свою комнату - под поверхностным предлогом, что без него ей снятся плохие сны. Дарья взглянула на неё и вдруг сама засмеялась.
- Что? - удивилась Тася.
- Ничего. Только когда сегодня будешь с Владом говорить, скажи ему, что будет в сентябре.
- С Владом? А что будет в сентябре? И почему ты решила, что буду сегодня?..
- Сейчас! - Всё ещё смеясь, Дарья встала со скамьи и быстро пошла куда-то по тропинке: здешние места она чуть не наизусть уже знала, могла ходить где угодно и как угодно - без проводника.
Тася некоторое время смотрела ей вслед, как она постепенно исчезает в тёмно-зелёных зарослях, а потом улыбнулась: после коротких бесед с Дарьей на душе всегда как-то легчало. Заглянула в ладошку с вишнями и услышала:
- Тася! Ты где?
- Здесь! Иди на голос! - сказала и вспомнила, как то же самое кричали в зеркальном городе. По плечам как морозом, но быстро прошло, как увидела Влада.
Истинно городской человек, он не очень любил Алексеичев лесистый сад и плохо знал его окрестности, хотя бывал здесь часто. Поэтому при виде Таси, сидящей на скамье, он с заметным облегчением выдохнул и устремился к ней.
- Угощайся, - предложила она ему, усевшемуся рядом. - Это Дарья меня угостила, говорит - последние. Сладкие...
Он выбирал ягоды из её ладошки и блаженно жмурился на солнце, пробивающемся сквозь ветви кустов и деревьев последними тяжёлыми жёлтыми лучами.
- Что решили? - спросила Тася.
- Всё то же. Мы с утра объезжаем город - типа, дежурим. Но если ребята Алексеича засекают людей с внедрёнными в них тенями, в любое время суток выезжаем по адресу, который нам скажут. Нет опасности проламываться сквозь границы миров - уже хорошая новость.
- Влад, как ты думаешь, долго ли это будет продолжаться?
- Понятия не имею, а что?
- Август впереди. Нет, я ещё, конечно, буду свободна, но потом мне придётся думать... - Она вдруг споткнулась на полуслове, сообразив, что спонтанно получилось заговорить о том, о чём предлагала сказать Дарья. И сообразила, почему она должна это сказать. - В конце августа мне придётся позаботиться о детях - подготовка к учебному году, сам понимаешь, - она виновато улыбнулась ему. - Наверное, некоторое время вам придётся без меня... И, прости, Влад, с сентября я не смогу оставаться у тебя с ночевой. Сам понимаешь, - уже тихо повторила она, глядя на него и со страхом видя, как спокойное до сих пор лицо Влада становится равнодушным. Выждав несколько минут и поняв, что он не собирается что-либо говорить, она мысленно пожала плечами, скрепила сердце, вызвав перед глазами лица детей, и уже спокойней сказала: - Дети... Не хотела бы оставлять их с отцом. Да и кто будет ухаживать за ними? Их и в школу надо собирать, и кормить утром перед школой, да и с домашним заданием сидеть время от времени. И... Я не представляю, как буду их оставлять вместе с Геннадием в одной квартире, пока не куплю другую. Вот и всё...
Поскольку она уже не смотрела на него, но знала, что и он смотрит куда угодно, только не на неё, она смогла позволить себе скривить губы от болезненно уколовшей обиды... И тут же снова взяла себя в руки. Обида... Мало ли она их испытала. Переживёт. Ради детей.
А он сидел рядом с ней, такой хладнокровный, что-то вычисляющий - наверное, дни и ночи, сколько их осталось у них на двоих... Она сунула последнюю ягоду в рот - странно, что на язык брызнул не приторно сладкий сок, а кислый, так что морщиться можно уже не прячась. А проглотить - никак, горло сжало. И косточку не выбросить - не тот момент... Тася так и перекатывала языком косточку во рту, когда Влад, так и не глядя на неё, вдруг поднял руку и обнял её за плечо.
- Прости, Тася... Я привык, что постоянно один, и как-то не подумал, что у тебя свои обязательства. Я сейчас сидел, прикидывал, а как бы поступил я, будь у меня дети, которых ну никак нельзя бросить. И вдруг поймал себя на мысли... Бросить. Своих-то у меня нет. Эгоистично - по отношению к детям. Слово это - эгоистично. Ну, "бросить". В нашей квартире всегда было шумно и весело, ведь нас, детей, было всегда двое. Я и сестра. А потом как сестра замуж вышла и родители к ней уехали, дома стало пусто. Пока не появилась ты. Я не совсем уверен, любовь ли это, - он, не глядя, прислонился щекой к её голове, - но в моей квартире три комнаты, а мы, даже вдвоём с тобой, занимаем всего одну. Твои детишки ко мне привыкли. Я привык к ним. Катюшка и Артём мне нравятся, они вроде не против, чтобы я был с тобой... Ну...