И новый план уже созрел в юной голове.
— Не ждал тебя, — прошептал Заккари, оторвавшись от ее губ. — Но это приятный сюрприз. Прости, что не пришёл сегодня. Выглядишь потрясающе.
— Я не обижаюсь. И у меня для тебя новость, — глубоко вдохнула, собираясь с силами, но тут же вся решимость разлетелась в пыль под внимательным взглядом. — Дома меня сегодня не ждут, так что надеюсь, пустишь переночевать?
— Глупый вопрос. Моя кровать — твоя кровать. — Он коснулся губами её скулы, медленно прокладывая дорожку к шее. Бекки тут же податливо наклонила голову, предоставляя ему доступ и прикрывая глаза. — Твой концертный образ заставляет меня ещё больше жалеть, что не был с тобой сегодня.
— Публика… была в восторге, — чуть помедлив из-за нехватки воздуха, выпалила Ребекка.
Пальцы вплелись в его волосы, превращая прическу в хаос — так гораздо лучше. От его поцелуев кожа плавилась, а в ногах нарастала слабость. Она наслаждалась каждой секундой, не замечая, как участился пульс. Его руки на талии сжимались всё крепче, и кроме как раствориться в своём нетерпеливом змее других желаний нет.
Но… Сегодня все изменится.
— Покажешь мне свою кровать, или снова останемся на полу? — она игриво прижалась бедром к его паху, вызывая тяжёлый вздох.
— Идем, малышка.
Зак нехотя отстранился, искоса любуясь красноватыми следами, которые оставил на её шее. Потянул Бекки за руку, направляясь к выходу из кабинета, а оттуда — к лестнице. Она послушно семенила следом, и стук каблуков эхом раздавался по пустому дому, отдавая от мраморных плит.
Бекки уже бывала в комнате Заккари, и более безликого места сложно представить. Нехитрая мебель одинакового тёмного дерева, плотные тёмно-синие шторы и выход на балкон с коваными железными перилами. Словно гостиничный номер, а не место, где рос ребенок. В прошлый раз на скромный вопрос, неужели тут всегда было так мрачно, Зак только плечами пожал — для него это было нормой. Разве что про тайник с книгами в нише за шкафом он умолчал.
Сегодня же рассматривать обстановку не хотелось. Торопливо щелкнув переключателем торшера в углу спальни, Зак снова притянул к себе свою девочку — соскучился. И ужасно хотел избавиться ото всех тяжёлых мыслей, отравляющих разум. Только она была способна уничтожить окружающий мир, заполнив его собой. Своими глубокими поцелуями, с полной отдачей, со сплетением языков и жаром, опаляющим грудь. Бекки льнула к его телу, как наэлектризованный проводник к противоположному заряду. Без шанса оторваться.
Он нетерпеливо прикусил её губу, тут же снова погружаясь в горячий плен карамели и патоки. Стало ужасно душно, словно из воздуха выкачивали кислород с каждой минутой. Она так нужна ему. Единственное, что ещё не давало ему опуститься на самое дно.
Бекки дарила ему цель — быть лучше ради неё. Быть для неё всем.
Его руки опустились на её упругие ягодицы, скрытые подолом платья, мягко сжали. Бекки одну за одной расстегивала пуговицы его рубашки, не прерывая поцелуя ни на секунду, разнося кипящую лаву по венам. Ночь только начиналась, и она вся в их распоряжении: в кои то веки можно не торопиться. Упиваться этой близостью, позволять ей кружить голову и дурманить прекрасным ядом.
На короткий миг Ребекка совершенно забыла о своих намерениях. Хотелось, как обычно, позволить ему всё, что пожелает. Отдаваться в эти требовательные руки, уже так громко кричащие о нетерпении попытками пробраться под подол. Но ей нужно было сегодня убедиться, что её слова не станут между ними преградой. Что их чувства сильней любых трудностей и расстояний, что они справятся. Бекки не сомневалась: имя Зака вписано на её сердце острым пером, и уже не сотрётся никогда. Слишком въелось в кровь, сплелось с каждой клеточкой тела, сейчас поющего от жадности горячих касаний губ.
Но вот готов ли к испытаниям Заккари, и без того совсем недавно переживший столько потрясений — это стоило проверить. Так ли сильны его слова, прозвучавшие в охотничьем домике в первый и последний раз…
А потому она не дала ему перехватить инициативу. Сдернув рубашку, тут же ненужной тряпкой отлетевшую на пол, Бекки со всей возможной силой толкнула его к кровати. Взгляды встретились: её, горящий озорными искрами, и его, немного шокированный таким напором, но абсолютно понимающий. Малышка хотела поиграть. И Заккари точно не был против такого исхода событий.